20.9. Струк­турная мо­дель кон­со­лида­ции де­мок­ра­тии

КОМ­МЕНТА­РИИ

По­нятие кон­со­лида­ции обоз­на­ча­ет, как от­ме­ча­ют Т. Карл и Ф. Шмит­тер, как ин­сти­туци­она­лиза­цию, т. е. окон­ча­тель­ное фор­ми­рова­ние и ут­вер­жде­ние де­мок­ра­тичес­ких по­лити­чес­ких ин­сти­тутов, так и сог­ла­сие ос­новных по­лити­чес­ких сил с ре­зуль­та­тами де­мок­ра­тичес­ко­го по­лити­чес­ко­го про­цес­са. Л. Дай­монд ут­вер­жда­ет, что кон­со­лида­ция де­мок­ра­тии сво­дит­ся к дос­ти­жению ши­рокой и глу­бокой под­дер­жки де­мок­ра­тии, ког­да все важ­ней­шие по­лити­чес­кие ак­то­ры – как на элит­ном, так и на мас­со­вом уров­не – убеж­де­ны, что для их стра­ны де­мок­ра­тичес­кий ре­жим луч­ше лю­бого дру­гого. Х. Линц и А. Сте­пан свя­зыва­ют кон­со­лида­цию с при­вер­женностью боль­шинс­тва об­щес­тва пра­вилам и по­ряд­кам, ус­та­нав­ли­ва­емым кон­сти­туци­ей дан­ной стра­ны. Каж­дый по­лити­чес­кий ак­тор ожи­да­ет по­веде­ние дру­гого в со­от­ветс­твии с ус­та­нов­ленны­ми нор­ма­ми и пра­вила­ми.

Дру­гие ав­то­ры да­ют схо­жие оп­ре­деле­ния кон­со­лида­ции как про­цес­са ут­вер­жде­ния от­кры­той струк­ту­ры, по­лити­чес­кой кон­ку­рен­ции и со­рев­но­ватель­нос­ти, фор­ми­рова­ния ин­сти­тутов пред­ста­витель­ства ин­те­ресов. В про­цесс кон­со­лида­ции де­мок­ра­тии вклю­ча­ет­ся глу­бокое ус­во­ение об­щес­твом де­мок­ра­тичес­ких норм и цен­ностей, а так­же форм по­лити­чес­ко­го по­веде­ния. Кон­со­лида­цию мож­но пред­ста­вить как про­цесс вы­работ­ки сог­ла­сия элит от­но­ситель­но де­мок­ра­тичес­ких ин­сти­тутов, так и под­дер­жку их об­щес­твом.

Кон­со­лида­ция пред­ста­ет как про­цесс ин­сти­туци­она­лиза­ции вы­рабо­тан­ных в про­цес­се де­мок­ра­тиза­ции норм, пра­вил, про­цедур, форм по­лити­чес­ко­го по­веде­ния.

В по­лити­чес­кой на­уке сло­жилось два под­хо­да к оп­ре­деле­нию со­дер­жа­ния кон­со­лида­ции де­мок­ра­тии. С точ­ки зре­ния ми­нима­лист­ско­го под­хо­да кон­со­лида­ция сво­дит­ся к фор­ми­рова­нию и ут­вер­жде­нию ре­жима, со­от­ветс­тву­юще­го се­ми кри­тери­ям по­ли­ар­хии Р. Да­ля. С по­зиции мак­си­малист­ской трак­товки кон­со­лида­ции она пред­ста­ет как ре­зуль­тат фор­ми­рова­ния де­ес­по­соб­но­го граж­дан­ско­го об­щес­тва, пра­вово­го го­сударс­тва, ло­яль­ной к де­мок­ра­тии бю­рок­ра­тии и ин­сти­туци­она­лиза­ции ры­ноч­ной эко­номи­ки. Х. Линц и А. Сте­пан вы­дели­ли че­тыре сфе­ры, с ко­торы­ми свя­зана кон­со­лида­ция де­мок­ра­тии:

1) граж­дан­ское об­щес­тво, эф­фектив­но вза­имо­дей­ству­ющее с го­сударс­твом;

2) ав­то­ном­ное по­лити­чес­кое об­щес­тво (де­мок­ра­тичес­кие про­цеду­ры и ин­сти­туты);

3) ло­яль­ная по от­но­шению к де­мок­ра­тии бю­рок­ра­тия и эф­фектив­ный го­сап­па­рат;

4) пра­вовое го­сударс­тво;

5) ин­сти­туци­она­лизи­рован­ное эко­номи­чес­кое об­щес­тво, пред­став­ля­ющее со­бой со­вокуп­ность ус­той­чи­вых норм, ре­гули­ру­ющих как по­веде­ние аген­тов на рын­ке, так и сфе­ру вза­имо­от­но­шений го­сударс­тва и рын­ка.

Р. Даль вы­деля­ет нес­коль­ко ус­ло­вий, спо­собс­тву­ющих кон­со­лида­ции де­мок­ра­тии:

1) рас­сре­дото­чение и ней­тра­лиза­ция средств на­силь­ствен­но­го при­нуж­де­ния (кон­троль над ар­ми­ей и по­лици­ей вы­бор­ных граж­дан­ских лиц);

2) де­мок­ра­тичес­кая по­лити­чес­кая куль­ту­ра об­щес­тва;

3) од­но­род­ность об­щес­тва в куль­тур­ном от­но­шении, сла­бо вы­ражен­ный куль­тур­ный плю­рализм, ли­бо в ус­ло­ви­ях куль­тур­ной ге­теро­ген­ности, на­личие ме­ханиз­мов со­об­щес­твен­ной де­мок­ра­тии;

4) от­сутс­твие силь­ной за­виси­мос­ти от силь­ной не­демок­ра­тичес­кой инос­тран­ной дер­жа­вы.

Кон­со­лида­ция, и с этим сог­ласны боль­шинс­тво по­лито­логов, пред­по­лага­ет кон­сенсус элит и об­щес­тва от­но­ситель­но де­мок­ра­тичес­ких про­цедур, но сох­ра­нение кон­ку­рен­ции и кон­флик­тов, свя­зан­ных с оп­ре­деле­ни­ем по­лити­чес­ко­го кур­са и со­дер­жа­ния про­води­мой по­лити­ки.

«Де­мок­ра­тия ста­новит­ся кон­со­лиди­рован­ной, ког­да в дан­ных по­лити­чес­ких и эко­номи­чес­ких ус­ло­ви­ях оп­ре­делен­ная сис­те­ма ин­сти­тутов ста­новит­ся единс­твен­но воз­можной.»

А. Пше­вор­ский

«Суть кон­со­лида­ции зак­лю­ча­ет­ся в дос­ти­жении ши­рокой и глу­бокой ле­гити­мации, та­кой, ког­да все важ­ней­шие по­лити­чес­кие ак­то­ры – как на элит­ном, так и на мас­со­вом уров­не – уве­рены, что для их стра­ны де­мок­ра­тичес­кий ре­жим луч­ше лю­бой дру­гой ре­аль­ной аль­тер­на­тивы, ко­торую они мо­гут се­бе во­об­ра­зить.»

Л. Дай­монд

Кон­со­лида­ция тре­бу­ет «ин­сти­туци­она­лиза­ции но­вых норм и струк­тур ре­жима, рас­ши­рения их ле­гити­мации и ус­тра­нения пре­пятс­твий, ко­торые на пер­во­началь­ных эта­пах де­ла­ют их ус­та­нов­ле­ние труд­ным.»

Г. О’Дон­нелл, Ф. Шмит­тер

Гла­ва 21. Сис­те­ма меж­ду­народ­ных от­но­шений 

В те­чение пос­ледних сто­летий сис­те­ма меж­го­сударс­твен­ных от­но­шений ста­нови­лась все бо­лее струк­ту­риро­ван­ной и ре­гули­ру­емой. Мно­гим ка­залось, что че­лове­чес­тво пос­те­пен­но прод­ви­га­ет­ся к фун­кци­ональ­но­му ми­рово­му пра­витель­ству. Од­на­ко в ус­ло­ви­ях кри­зиса Вес­тфаль­ской мо­дели ми­ра и Ял­тин­ско-Пот­сдамской сис­те­мы меж­ду­народ­ных от­но­шений вдруг об­на­ружи­лось, что О­ОН и вся меж­ду­народ­ная ар­хи­тек­ту­ра, воз­ве­ден­ная пос­ле Вто­рой ми­ровой вой­ны, ока­зались пло­хо прис­по­соб­ле­ны к уре­гули­рова­нию но­вых на­силь­ствен­ных пот­ря­сений. Ста­ла оче­вид­ной про­тиво­речи­вость мно­гих пра­вовых норм и прин­ци­пов – пра­ва на­ций на са­мо­оп­ре­деле­ние, с од­ной сто­роны, и сох­ра­нения це­лос­тнос­ти го­сударс­тва – с дру­гой; нев­ме­шатель­ства во внут­ренние де­ла – с од­ной, и ока­зания гу­мани­тар­ной по­мощи, обес­пе­чения прав че­лове­ка – с дру­гой.

Окон­ча­ние «хо­лод­ной вой­ны» сна­чала по­роди­ло оп­ти­мис­ти­чес­кие прог­но­зы о нас­тупле­нии эры бес­кон­фликтно­го су­щес­тво­вания на пла­нете и в этом смыс­ле – да­же о «кон­це ис­то­рии». Ка­залось, что с ис­чезно­вени­ем про­тивос­то­яния двух свер­хдер­жав – СССР и США ка­нут в Ле­ту и ре­ги­ональ­ные кон­флик­ты, не го­воря уже об уг­ро­зе треть­ей ми­ровой вой­ны. В 1989 г. аме­рикан­ский по­лито­лог Ф. Фу­ку­яма опуб­ли­ковал выз­вавшую ши­рокий ре­зонанс статью «Ко­нец ис­то­рии?», в ко­торой обос­но­вал вы­вод о том, что глав­ное со­дер­жа­ние сов­ре­мен­ной эпо­хи оп­ре­деля­ет­ся пе­рехо­дом боль­шинс­тва стран ми­ра на путь со­зида­ния граж­дан­ско­го об­щес­тва, ба­зиру­юще­гося на прин­ци­пах ли­бераль­ной де­мок­ра­тии и ры­ноч­ной эко­номи­ки.

Од­на­ко, как по­каза­ли даль­ней­шие со­бытия, 1990-е гг. не при­нес­ли ми­ру ни гар­мо­нии, ни все­об­ще­го бла­годенс­твия. Не­кото­рые ав­то­ры пос­пе­шили про­воз­гла­сить нас­тупле­ние эпо­хи ха­оса и де­зори­ен­та­ции в меж­ду­народ­ных от­но­шени­ях. Так, фран­цуз­ский ав­тор З. Ла­иди за­явил, что ко­нец «хо­лод­ной вой­ны» оз­на­ча­ет «не толь­ко раз­рыв с ком­му­низ­мом, но и окон­ча­ние эпо­хи Прос­ве­щения». От­ра­жая край­нюю про­тиво­речи­вость ми­ровой по­лити­ки, ди­рек­тор Гар­вард­ско­го ин­сти­тута стра­теги­чес­ких ис­сле­дова­ний С. Хан­тин­гтон за­явил в на­шумев­шей статье «Стол­кно­вение ци­вили­заций» (1993), что пос­ле кра­ха ком­му­низ­ма те­чение меж­ду­народ­ной жиз­ни ста­нет ме­нее пред­ска­зу­емым и бо­лее опас­ным...