XII в. Позднее они яснее обозначаются в рассказе летописца. В 1209 г.

новгородцы усердно помогали великому князю Всеволоду суздальскому в его

походе на Рязанскую землю. В награду за это Всеволод сказал новгородцам:

"Любите, кто вам добр, и казните злых". При этом, добавляет летописец,

Всеволод дал новгородцам "всю волю и уставы старых князей, чего они хо-

тели". Итак, Всеволод восстановил какие-то старые уставы князей, обеспе-

чивавшие права новгородцев, и предоставил городу судебную власть в из-

вестных делах, точнее, право самовольной расправы с неугодными согражда-

нами. В 1218 г. из Новгорода ушел правивший им Мстислав Мстиславич Уда-

лой, князь торопецкий. На место его прибыл его смоленский родич Святос-

лав Мстиславич. Этот князь потребовал смены выборного новгородского по-

садника Твердислава. "А за что, - спросили новгородцы, - какая его вина?"

"Так, без вины", - отвечал князь. Тогда Твер-дислав сказал, обращаясь к

вечу: "Рад я, что нет на мне вины, а вы, братья, и в посадниках, и в

князьях вольны".

Тогда вече сказало князю: "Вот ты лишаешь мужа должности, а ведь ты

нам крест целовал без вины мужа должности не лишать" ". Итак, уже в на-

чале XIII в. князья крестным целованием скрепляли известные права новго-

родцев. Условие не лишать новгородского сановника должности без вины, т.

е. без суда, является в позднейших договорах одним из главных обеспече-

ний новгородской вольности.

Льготы, которых добились новгородцы, излагались в договорных грамо-

тах. Первые договорные грамоты, в которых излагались политические льготы

Новгорода, дошли до нас от второй половины XIII в. Их три: они содержат

в себе условия, на которых правил Новгородской землей Ярослав Ярославич

тверской. Две из них написаны в 1265 г. и одна-в 1270 г. Позднейшие до-

говорные грамоты с некоторыми изменениями и прибавками повторяют условия

этих договоров с Ярославом. Изучая их, мы видим основания политического

устройства Новгорода, главные условия его вольности. Здесь новгородцы

обязывают князя целовать крест, на чем целовали деды и отцы и его отец

Ярослав. Главное общее обязательство, падавшее на князя, состояло в том,

чтобы он правил, "держал Новгород в старине по пошлине", по старому обы-

чаю. Значит, условия, изложенные в грамотах Ярослава, были не нововведе-

нием, а заветом старины. Договоры определяли: 1) судебно-административ-

ные отношения князя к городу, 2) финансовые отношения города к князю, 3)

отношения князя к новгородской торговле.

КНЯЗЬ В УПРАВЛЕНИИ И СУДЕ. Князь был в Новгороде высшей прави-

тельственной и судебной властью, руководил управлением и судом, опреде-

лял частные гражданские отношения согласно с местным обычаем и законом,

скреплял сделки и утверждал в правах. Но все эти судебные и администра-

тивные действия он совершал не один и не по личному усмотрению, а в при-

сутствии и с согласия выборного новгородского посадника: "... без посад-

ника ти, княже, суда не судити, ни волостей раздавати, ни грамот ти дая-

ти". На низшие должности, замещаемые не по вечевому выбору, а по княжес-

кому назначению, князь избирал людей из новгородского общества, а не из

своей дружины. Все такие должности, "волости", раздавал он с согласия

посадника. Князь не мог отнять без суда должности у выборного или назна-

ченного на нее лица. Все судебные и правительственные действия совершал

он лично в Новгороде и ничем не

ЛЕКЦИЯ XXIII

В. О. КЛЮЧЕВСКИЙ

мог распоряжаться с низу, из Суздальской земли, находясь в своей вот-

чине. "А из Суждальской ти земли Новгорода не рядити, ни волостий ти не

роздавати". Так вся судебная и правительственная деятельность князя шла

под постоянным и бдительным надзором новгородского представителя.

ФИНАНСОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ. С мелочной подозрительностью определяли новго-

родцы свои финансовые отношения к князю, его доходы, стараясь в этом от-

ношении возможно крепче связать ему руки. Князь получал "дар" с новго-

родских волостей, не входивших в состав древнейших коренных владений

Новгорода, каковы Волок, Торжок, Вологда, Заволочье и др. Сверх того, он

получал еще "дар" от новгородцев, едучи в Новгород, по станциям, но не

получал его, уезжая из Новгородской земли. Боясь отпадения или захвата

Заво-лочья, новгородцы старались не допускать прямых отношений князя с

этой обширной и важной для них волостью и требовали в договорах, чтобы

князь отдавал свои заволоцкие сборы на откуп новгородцам. Если же он сам

хотел собирать их, то посылал бы в Заволочье своего сборщика из Новгоро-

да, и этот сборщик не отвозил бы собранную дань прямо на низ, т.е. в

Суздальскую землю, в вотчину князя, а завозил бы наперед в Новгород, от-

куда она и передавалась бы князю: так Новгород получал возможность конт-

ролировать эту операцию. После татарского нашествия и на Новгород был

наложен ордынский выход-дань. Татары поручали сбор этого выхода, назван-

ного черным бором, т. в. повальным, поголовным налогом, великому князю

владимирскому, который обыкновенно правил и Новгородом. Новгородцы сами

собирали черный бор и передавали его великому князю, который доставлял

его в Орду. Кроме того, князь пользовался в Новгородской земле судными и

проезжими пошлинами и разными рыбными ловлями, сенокосами, бортями, зве-

риными гонами; но всеми этими доходами и угодьями он пользовался по пра-

вилам, точно определенным, в урочное время и в условленных размерах.

Князь, по договорам, не мог иметь в Новгородской земле своих источников

дохода, независимых от Новгорода. Новгородцы всего более старались поме-

шать князю завязать непосредственные юридические и хозяйственные связи в

Новгородской земле, которые шли бы помимо выборных новгородских властей

и давали бы князю возможность пустить здесь прочные корни. В договорных

грамотах особым условием

запрещалось князю с его княгиней, боярами и дворянами приобретать или

заводить села и слободы в Новгородской земле и принимать людей в заклад,

т.е. в личную зависимость.

ОТНОШЕНИЯ ПО ТОРГОВЛЕ. С такой же точностью были определены отношения

князя и к новгородской торговле. Торговля внутренняя и внешняя была жиз-

ненным нервом города. Князь нужен был Новгороду не только для обороны

границ, но и для обеспечения торговых его интересов: он должен был да-

вать в своем княжестве свободный и безопасный путь новгородским купцам.

Князь обязывался пускать их в свои владения "гостить без рубежа", без

задержки. Было точно определено, какие пошлины взимать князю с каждой

новгородской ладьи или торгового воза, являвшихся в его княжество. В

Новгороде рано появляются заморские купцы с Запада. Около ' половины XII

в. здесь основались купцы с острова Готланда из города Висби, который

был тогда средоточием торговли по балтийским берегам. Готландцы построи-

ли в Новгороде на торговой стороне у торга двор с церковью скандинавско-

го святого Олафа, с "варяжскою божницей", как его называли новгородцы.

Потом купцы из немецких городов, составлявшие торговое общество на том

же Готланде, построили в той же части Новгорода другой двор, на котором

в 1184 г. поставлена была "немецкая ропата - церковь св. Петра. С усиле-

нием Ганзы в XIV в. немцы в Новгороде вытеснили готов и стали нанимать

их новгородский двор, и тогда высшее руководство немецкой торговлей в

Новгороде перешло от Висби к Любеку, главе Ганзейского союза. Новгородцы

очень дорожили своей балтийской торговлей и давали большие льготы обеим

иноземным конторам, хотя при корпоративной сплоченности и расчетливо вы-

работанном порядке ведения дел заморские торговые компании извлекали из

Новгорода несравненно больше выгод, чем умел извлечь Новгород из них^.

По договорным грамотам, князь мог участвовать в торговле города с за-

морскими купцами только чрез новгородских посредников; он не мог затво-

рять немецкого торгового двора, ни ставить к нему своих приставов. Таким

образом новгородская внешняя торговля была ограждена от произвола со

стороны князя.

НЕПОЛНОТА ДОГОВОРНЫХ ГРАМОТ. Нельзя"* сказать, чтобы в изложенных до-

говорных грамотах действительные отношения князя к

ЛЕКЦИЯ XXIII

В. О. КЛЮЧЕВСКИЙ

Новгороду были определены полно и всесторонне. Одна из главнейших це-

лей, если не самая главная, для чего нужен был князь Новгороду, - это за-

щита от внешних врагов, а об этом в договоре с Ярославом тверским нет ни

слова, и лишь в позднейших говорится мимоходом, что в случае размирья с

немцами, Литвой или с какой другой землей князь обязан пособлять Новго-

роду без хитрости. Значение князя по договорам неясно, потому что неясно

его назначение, выражавшееся в его правах и обязанностях. Но права и

обязанности князя в грамотах не излагаются прямо, а лишь предполагаются;

грамоты формулируют только границы прав и следствия обязанностей, т.е.

способы вознаграждения за их исполнение, корма за боевые и прави-

тельственные услуги князя "\ В недоверчивом, скрупулезно-детальном раз-

весе кормовых статей и состоит основное содержание новгородских догово-

ров с князьями"*. Припомним значение князя, вождя дружины, в старинных

торговых городах Руси IX в. Это был наемный военный сторож города и его

торговли. Точно такое же значение сохранял для Новгорода и князь

удельного времени. Это значение князя выражено в псковской летописи, ко-

торая одного новгородского князя XV в. называет "воеводой, князем корм-

леным, о ком было им стояти и боронитися". Значение князя как наемника

новгородцы, верные своей старине - пошлине, старались поддерживать дого-

ворами до конца своей вольности. Так смотрели на князя их отцы и деды;

иначе не хотели или не умели посмотреть на него дети и внуки. Но такой

старообразный взгляд Новгорода на князя удельного времени, как увидим,

совсем не сходился со взглядом тогдашнего князя на Новгород.

УПРАВЛЕНИЕ НОВГОРОДА ВЕЛИКОГО. Переходим к устройству новгородского

управления и суда. Они строились в связи с определением отношений

вольного города к князю. Эти отношения, видели мы, определялись догово-

рами; но договорами определялись еще в XII в. и отношения других старших

городов на Руси к князьям. Следовательно, Новгород в удельные века раз-

вивал лишь порядок политических отношений, какой завязался всюду на Руси

гораздо раньше; но этот порядок прежде времени погиб в остальных облас-

тях, а в Новгороде имел время развиться в сложную систему прави-

тельственных учреждений. В" этом и сходство его с волостными городами

Киевской Руси, и вместе отличие от них. Рассмотрим основания этой систе-

мы.

НОВГОРОД - ДЕРЖАВНАЯ СОЮЗНАЯ ОБЩИНА. У Новгорода не было своих посто-

янных князей. По идее общее достояние княжеского рода, владеемое по оче-

реди старшими его представителями, великими князьями, он стал ничьим на

деле. Выбирая князей по произволу на условиях найма и корма, он был всем

чужой, и все князья были ему чужие. По мере того как устанавливались у

него договорные отношения к князьям", новгородский князь постепенно выс-

тупал из состава местного общества, теряя органические связи с ним. Он

со своей дружиной входил в это общество лишь механически, как сторонняя

временная сила. Он и жил вне города, на Городище, как называлось его

подворье. Благодаря тому политический центр тяжести в Новгороде должен

был с княжеского двора переместиться в среду местного общества, на вече-

вую площадь". Вот почему, несмотря на присутствие князя, Новгород в

удельные века был собственно державной общиной. Далее, в Новгороде мы

встречаем то же военное устройство, какое еще до князей сложилось в дру-

гих старших городах Руси. Новгород составлял тысячу-вооруженный полк под

командой тысяцкого. Эта тысяча делилась на сотни-военные части города.

Каждая сотня со своим выборным сотским представляла особое общество,

пользовавшееся известной долей самоуправления, имевшее свой сход, свое

вече. В военное время это был рекрутский округ, в мирное - округ поли-

цейский. Но сотня не была самой мелкой административной частью города:

она подразделялась на улицы, из которых каждая со своим выборным улицким

старостой составляла также особый местный мир, пользовавшийся самоуправ-

лением. С другой стороны, сотни складывались в более крупные союзы-кон-

цы. Каждый городской конец состоял из двух сотен. Во главе конца стоял

выборный кончанский староста, который вел текущие дела конца. Но он пра-

вил концом не один, а при содействии коллегии знатных обывателей конца,

которая составляла кончанскую управу. Эта управа была исполнительным уч-

реждением, действовавшим под надзором кон-чанского веча, имевшего распо-

рядительную власть. Союз концов и составлял общину Великого Новгор

ода. Таким образом, Новгород представлял многостепенное соединение

мелких и крупных местных миров, из которых большие составлялись сложени-

ем меньших.

ВЕЧЕ И ЕГО ОТНОШЕНИЕ К КНЯЗЮ. Совокупная воля всех этих союзных миров

ЛЕКЦИЯ ХХП1

В. О. КЛЮЧЕВСКИЙ

выражалась в общем вече города. По происхождению своему новгородское,

вече было городским собранием, совершенно однородным со сходами других

старших городов Руси. Можно было бы предполагать, что больший политичес-

кий простор позволял новгородскому вечу сложиться в более выработанные

формы. Однако в рассказах древней новгородской летописи вече благодаря

этому простору является только более шумным и произвольным, чем где-ли-

бо. В устройстве его до конца вольности города оставались важные пробе-

лы. Вече созывали иногда князь, чаще который-нибудь из главных городских

сановников, посадник или тысяцкий. Впрочем, иногда, особенно во время

борьбы партий, вече созывали и частные лица. Оно не было постоянно

действующим учреждением, созывалось, только когда являлась в нем надоб-

ность. Никогда не было установлено постоянного срока для его созыва. Ве-

че собиралось по звону вечевого колокола. Звук этого колокола новгородс-

кое ухо хорошо отличало от звона церковных колоколов. Вече собиралось

обыкновенно на площади, называвшейся Ярославовым двором. Обычным вечевым

местом для выбора новгородского владыки была площадь у Софийского собо-

ра, на престоле которого клали избирательные жеребьи^. Вече не было по

составу своему представительным учреждением, не состояло из депутатов:

на вечевую площадь бежал всякий, кто считал себя полноправным граждани-

ном. Вече обыкновенно состояло из граждан одного старшего города; но

иногда на нем являлись и жители младших городов земли, впрочем только

двух, Ладоги и Пскова". Это были или пригород-ские депутаты, которых по-

сылали в Новгород, когда на вече возникал вопрос, касавшийся того или

другого пригорода, или случайные посетители Новгорода из пригорожан,

приглашенные на вече. В ^ * 1384 г. пригоро-жане Орехова и Корелы прибы-

ли в Новгород жаловаться на посаженного у них новгородцами кормленщика-

литовского князя Патрикия. Собрались два веча, одно за князя, другое за

пригорожан. Это было, очевидно, обращение обижаемых провинциалов за уп-

равой к державной столице, а не участие их в законодательной или судеб-

ной

власти веча. Вопросы, подлежавшие обсуждению веча, предлагались ему со степени князем или высшими сановниками, степенным посадником либо тысяцким. Вече ведало всю область законодательства, все вопросы внешней политики и внутреннего устройства, а также суд по политическим и другим важнейшим преступлениям, соединенным с наиболее тяжкими наказаниями, лишением

жизни или конфискацией имущества и изгнанием (поток и разграбление

Русской Правды). Вече постановляло новые законы, приглашало князя или

изгоняло его, выбирало и судило главных городских сановников, разбирало

их споры с князем, решало вопрос о войне и мире и т.п. ^" В законода-

тельной деятельности веча принимал участие и князь; но здесь в компетен-

ции обеих властей трудно провести раздельную черту между правомерными и

фактическими отношениями. По договорам князь не мог замышлять войны "без

новгородского слова"; но не встречаем условия, чтобы Новгород не замыш-

лял войны без княжеского согласия, хотя внешняя оборона страны была

главным делом новгородского князя. По договорам князь не мог без посад-

ника раздавать доходных должностей, волостей и кормлений, а на деле бы-

вало, что вече давало кормления без участия князя. Точно так же князь не

мог отнимать должностей "без вины", а вину должностного лица он обязан

был объявить на вече, которое тогда производило дисциплинарный суд над

обвиняемым. Но иногда роли обвинителя и судьи менялись: вече привлекало

на суд пред князем неудобного областного кормленщика. По договорам князь

не мог без посадника давать грамот, утверждавших права должностных или

частных лиц; но нередко такие грамоты исходили от веча помимо князя и

даже без его имени, и только решительным поражением новгородской рати

Василий Темный заставил новгородцев в 1456 г. отказаться от "вечных гра-

мот"^*.

АНАРХИЧЕСКИЙ ХАРАКТЕР ВЕЧА. На вече по самому его составу не могло

быть ни правильного обсуждения вопроса, ни правильного голосования. Ре-

шение составлялось на глаз, лучше сказать на слух, скорее по силе кри-

ков, чем по большинству голосов. Когда вече разделялось на партии, при-

говор вырабатывался насильственным способом, посредством драки: осилив-

шая сторона и признавалась большинством. Это была 'своеобразная форма

поля, суда божия, как сбрасывание с волховского моста осужденных вечевым

приговором было пережиточной формой древнего испытания водой. Иногда

весь город "раздирался" между боровшимися партиями, и тогда собирались

одновременно два веча, одно на обычном месте, на Торговой стороне, дру-

гое-на Софийской; но это были уже мятежные междоусобные сборища, а не

нормальные веча. Случалось не раз, раздор кончался тем, что оба веча,

двинувшись друг против друга, сходились на