Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
Slovar жестов.doc
Скачиваний:
2
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
2 Мб
Скачать
☆

240 Г. Е. Крейдлин

столько этикета, сколько "приличных манер", ревниво следя, чтобы все выглядело так, как принято в "лучших домах" города Миловидова; эти­кет превращался в некую этикетку... В соответствии с этим и разговор утратил простоту и живость, превратившись в цепь комплиментов гас­трономического направления со вкраплениями замечаний о погоде, приро­де и местных достопримечательностях". Именно в таких случаях мы и говорим о позе как о негативно оцениваемом поведении человека, как о его позерстве.

Разумеется, позы, как и другие жесты, могут по-разному квалифици­роваться, классифицироваться и оцениваться, и вовсе не только нега­тивно; при этом особое значение для характеристики как самой позы, так и, в соответствии с позой, психологического состояния человека, имеют положения рук и ног (см. Блэйзер 1966). Например, открытая по­за сидящей женщины (женщина сидит, локти далеко от тела, ноги вытя­нуты, колени разведены и пр.) противопоставлена закрытой (женщина сидит, локти близко от тела или почти прижаты к нему, руки скрещены, колени прижаты друг к другу). В Европе и Америке подобная открытая поза оценивается как нейтральная или даже положительная (этот человек доступен для другого, ср. такие выражения, как открытый ха­рактер, открытый человек), а в Японии она признается нехорошей и аморальной.

Непринужденная поза выражает отсутствие чувства дискомфорта, же­лание быть с окружающими "на короткой ноге". Человек совершенно не зажат: тело расслаблено и открыто, руки не закрывают корпус, ноги не напряжены, легко меняют положение. Застенчивая поза — "ноги прижа­ты друг другу, руки сложены, тело напряжено, чуть сгорблено, человек будто сжимается, стараясь уйти в свое личное пространство и огородить­ся от окружающих", — такая поза передает неуверенность и стеснение. Интересно, что родители обычно не учат детей специально, как произво­дить многие мануальные жесты, но что касается поз, то тут можно час­то слышать родительские поучения в адрес ребенка: "Не сутулься, сядь прямо!", "Держи голову прямо", "Не суй руки в карманы!", "Так стоять некрасиво", "Смотри, ты совсем разлегся", и это не случайно, поскольку многие позы обслуживают такую важнейшую область повседневной жиз­ни, как этика общения.

Индивидуальные и социальные взаимоотношения — это одна из смыс­ловых доминант языка поз. В языке тела позы, в смысловом отношении существенно дополняя жесты рук и ног, выражения лица и игру глаз, обычно обслуживают такие зоны концептов и смыслов, как человеческие отношения и эмоции. Особенно много говорят нам позы о смысловом со­держании и структуре актуального процесса коммуникативного взаимо­действия (см. об этом выше, а также Шефлен 1964; Шефлен 1973).

Часто позы настолько точно отражают особенности характера чело­века и влияют на его формирование, что, как и их изменения в процес-

241

се коммуникации, могут явиться надежным психологическим и медицин­ским диагностическим средством состояния человека, а также помогать в снятии напряжений и преодолении разных психических и физических нарушений; см. работы Лоуэн 1971/1997; Лоуэн 1998; Лоуэн 1969/1999; Райх 1933/1949. Так, психолог Вильгельм Райх, ученик 3. Фрейда, рас­ширил сферу типологии характеров, начало которой было положено его учителем. Одновременно с этим он установил различные корреляции между строением тела, спонтанными движениями и позами, с одной сто­роны, и стадиями формирования личности и особенностями личностных проявлений, с другой. Теоретические принципы и практические методи­ки, изложенные в его книге "Анализ характера" (Райх 1933/1949), были огромным шагом вперед на пути к аналитическому пониманию связи по­ложений тела, мышечного покрова и напряжений, энергетических блоки­ровок и соматических заболеваний. Знаменитый ученик В. Райха, круп­нейший американский психоаналитик и психиатр Александр Лоуэн раз­вил идеи В. Райха и явился одним из создателей биоэнергетического анализа, весьма оригинальной терапевтической системы. Цель ее — по­знать личность через язык тела и его энергетические процессы с тем, чтобы снимать психологические проблемы и телесные напряжения у па­циентов и с помощью специальных физических упражнений восстанав­ливать у них чувство тела и его энергетический потенциал. В одной из своих книг с ярким названием "Предательство тела" А. Лоуэн попытал­ся описать те позы, которые, по его мнению, характеристически связаны с человеческими типами по Фрейду и Райху (Лоуэн 1969/1999). В ней, в частности, отмечается, что в классификации характеров, предложенной 3. Фрейдом, имеется тип "oral personality" 'словоохотливый, любящий поговорить человек', для которого характерны, например, поза oral sag 'прогиб', то есть отклонение корпуса назад и раскачивание, а также си­дячее положение с руками за головой в форме арки и — в таком поло­жении — попеременное сведение и разведение рук. В связи с достаточ­но устойчивой корреляцией типов личности и "любимых" поз А. Лоуэн утверждает, что в лечении психических отклонений и физических ригид-ностей, то есть болезней верхних и нижних конечностей, связанных с не­нормальным ограничением их подвижности, имеются общие методики и конкретные приемы. А именно, речь идет о принятии пациентом под руководством врача определенных положений тел, благодаря которым высвобождается на длительное время необходимая и полезная для его жизнедеятельности энергия. В книге "Язык тела" А. Лоуэн приводит сле­дующий весьма показательный пример. "Пациенткой моей была молодая, очень привлекательная женщина. На первом же сеансе меня поразили посадка ее головы и сильная челюсть. Эта челюсть придавала лицу мрач­новатое выражение. При такой челюсти, конечно, от решительного выра­жения до мрачного всего один шаг, но я был уверен в своем впечатле­нии. Пациентка страдала от безрадостного существования и в личной

242

Г. Е. Крейдлин

КИНЕСИКА

243

жизни, и в семейном окружении. Она сразу же поняла мое замечание от­носительно мрачности в ее характере. Со слегка склоненной набок голо­вой и приподнятыми плечами тело ее приобрело выражение безропотной покорности, а лицо — мученической мрачности. Прорабатывая положе­ние ее тела, я на каждом сеансе уйму времени тратил, стараясь смягчить челюсть и снять напряжение с затылка. Но всякий раз, как я приступал к этим областям, она начинала тихо плакать, хотя быстро и с готовнос­тью успокаивалась и оживлялась. Я упорно продолжал именно эту рабо­ту и несколько месяцев спустя был приятно удивлен, не обнаружив на ее лице и следа мрачности. Структура характера начала слегка подда­ваться, но эта черта была единственной исчезнувшей, по крайней мере в тот момент" (Лоуэн 1971/1997, с. 135-136).

Психолога Альберта Шефлена интересовал совсем другой аспект, связанный с позами: он изучал позы с точки зрения способности выпол­нения ими определенных социальных и дискурсивных функций. По А. Шефлену индивидуальная речь человека в акте коммуникации проходит ряд упорядоченных фаз в соответствии с теми позами, кото­рые принимает его тело. Первую фазу он назвал точкой (point). Точка приблизительно соответствует акценту, то есть выделенному моменту в беседе, который обычно сопровождается движением (сменой положе­ния) головы. Несколько точек составляют вторую фазу — позицию (position). Позиция отражает изменение говорящим точки зрения (или принятие некоторой точки зрения) в процессе беседы, и это изменение фиксируется сменой позы, в которой принимает участие, как правило, больше половины тела. Наконец, третью фазу А. Шефлен назвал пред­ставление (presentation). Эта фаза связана со всеми позами, принимае­мыми человеческим телом в акте коммуникации. Представление завер­шается обычно полной сменой местоположения тела. Таким образом, из­менения в позах могут служить своеобразными указаниями на програм­мы поведения человека, отвечающие некоторому заранее предполагаемо­му сценарию или возникающие спонтанно в ходе коммуникации.

Однако позы выполняют не только дискурсивные функции, управляя ходом разговора и маркируя его отдельные существенные части. Они яв­ляются также невербальными показателями конкретных социальных си­туаций и их типов, отдельных социальных коллективов. Например, по­зы вытянуться в струнку и отдание чести (не в ситуации игры) в рус­ской культуре типичны при встрече военных. Собрание, встреча друзей или знакомых, обслуживание в ресторане, сервировка стола к званому обеду, спортивное состязание, заседание в зале суда, церковное богослу­жение и тысячи других событий маркируются особыми позами и их ком­бинациями. Например, в православной церкви люди в определенных эпизодах службы стоят, становятся на колени и т. д. Позой, как и жес­том, отмечается вхождение лица в определенный коллектив. Можно го­ворить о типичных позах (младших) школьников, учителей, позах воен-

ных, полиции, надсмотрщиков (ср. Она стояла перед ним в позе над­смотрщика), спортсменов, дирижеров и пр. По наблюдениям целого ря­да ученых сходство или тождество поз у собеседников в актуальной ком­муникации может свидетельствовать как о близости их взглядов или то­чек зрения на обсуждаемую тему, так и — в случае вхождения собесед­ников в одну социальную группу — о сходстве исполняемых ими в этой группе ролей или близости статусов.

На что внимания обращалось еще меньше, так это на то, что, напро­тив, нетождественность поз является очевидным показателем различий в социальных статусах или в личном отношении к данному лицу или данному вопросу. В работе Мехрабиан 1969 утверждается, что, напри­мер, позу стоять руки в боки в Северной Америке чаще принимают при встрече люди, относящиеся к другому с неприязнью; кроме того, в аме­риканской культуре эта поза свойственна человеку, встречающемуся с лицом гораздо более низкого социального статуса. В Испании та же поза стоять руки в боки характерна для молодых людей вообще и при­суща больше лицам низкого социального положения, как правило, из ма­леньких городов. В особенности любят принимать ее женщины среднего и старшего возраста, а также подростки и молодые люди мужского пола, тогда как молодым девушкам более привычно стоять со скрещенными руками. Как отмечает А. Мехрабиан, эта поза в испанской культуре свой­ственна также молодым людям во время их представления при знаком­стве. Для сравнения укажем, что в русской культуре лица, имеющие бо­лее высокий статус, в разговоре с людьми более низкого статуса часто принимают так называемые "расслабленные позы", каковые с этической точки зрения следует оценить отрицательно и каковых, насколько мне известно, в испанской культуре нет.

Для определения совокупности этических норм телесного поведения людей мы предлагаем использовать термин "<ситуативная> телесная эти­ка" и ниже остановимся только на одном важном этическом концепте — концепте социальной несправедливости или неравенства. Мы покажем, как могут разные позы в разных культурах его по-разному отражать.

Если поза отклоняется от нормы, то, как и другие аномалии, именно этот факт обычно получает в тексте соответствующую вербальную ква­лификацию. Одни позы оцениваются наблюдателем как скованные, дру­гие — как свободные, расслабленные, раскованные, третьи — как чересчур свободные и т. д., вплоть до развязных; такая манера держаться получи­ла в русском языке характеристику вульгарной со всеми вытекающим от­сюда социальными последствиями. Каждая из указанных поз имеет в от­дельно взятой культуре свое стереотипное воплощение и свои смыслы. В частности, вульгарная поза в русской культуре несет в себе явно вы­раженные сексуальные коннотации.

Этика позы, как уже говорилось, неразрывно связана с этикетом. Со­ставляются даже особые кодексы поведения человека в обществе, каса-

244

Г. Е. Крейдлин

КИНЕСИКА

245

ющиеся непосредственно положений тел. Один простой пример. Если в комнату входит гостья, то по нормам европейской культуры (но не, на­пример, мусульманской) сидящему мужчине, если тот не очень стар, бо­лен и т. п., полагается встать, чтобы поприветствовать вошедшую, позна­комиться с ней (быть ей представленной) или просто уступить ей мес­то. Такое поведение мужчин, однако, многими женщинами-феминистка­ми на Западе рассматривается как неэтичное проявление неравенства по­лов. Существуют особые правила этикетного поведения детей разных возрастов в разговоре с взрослыми, включающие в себя составной час­тью нормативные позы (но, заметим попутно, почему-то никто не поду­мал о том, каковы должны быть правила поведения взрослых при уст­ном общении с детьми). Детские позы не соматогенные — в каждой культуре и каждом этносе детей полагается учить специально, как вести себя в разговорах с взрослыми, и здесь необходимо учитывать связь между позами, с одной стороны, и возрастом и стадиями формирования личности, с другой. Маленьким детям Европы и Америки присущи рас­слабленные, свободные позы. В то же время у взрослого расслабленные позы характерны (и это мы уже видели на примере русской культуры) для людей с более высоким статусом в диалоге с человеком статусом ни­же, а наоборот, принятие подобных поз лицом, занимающим подчинен­ное положение, перед более высоко стоящим считается нарушением норм ситуативной телесной этики.

В европейских и американской культурах, в отличие, например, от китайской или японской, поза глубокий поклон расценивается как яв­ный знак униженности или раболепства жестикулирующего перед адре­сатом, в общем, как нечто сугубо отрицательное. Мы уже говорили, что японцы считают поклон исключительно своим, чисто характеристичес­ким для их культуры жестом, хотя поклон часто встречается и в Корее, и в Индии, не говоря уже о Китае. Так, китайская поза kou-tou 'глубо­кий поклон' является экстремальным выражением неравенства, посколь­ку, как считают китайцы, сгибаясь низко в пояснице, вы делаете себя не только ниже физически, но и социально. Значение этой позы можно сформулировать примерно следующим образом: 'я считаю себя много ниже вас и готов оказывать вам разные услуги'.

Между тем, в Японии глубокий поклон является не столько знаком униженности и раболепства, сколько уважения к другому и смирения; это, если угодно, знак неравенства — почета, а не неравенства — злой ие­рархии. Если, по утверждению историков, этнографов и просто путеше­ственников не поклониться низко в Китае рассматривалось как очень дерзкое, но вместе с тем всецело индивидуальное поведение, не наруша­ющее общественных норм, то в Японии не поклониться так означало прежде всего отход от норм общественного поведения и оценивалось не как дерзкое поведение, а как грубое нарушение этики поведения, прояв­ляющееся в неучтивости и невежливости. Важно подчеркнуть, что про-

вербиальная вежливость японцев напрямую связана с определенной си­туацией, их поведение жестко подчинено законам ситуативной телесной этики. Как рассказывали мне японские студенты, а также русские сту­денты, побывавшие в Японии, там обычно не кланяются в транспорте, в лифтах, на эскалаторах метро, не кланяются, когда несут на руках ма­леньких детей, и в ряде других особых социальных ситуаций. Больше то­го, ненормативная сверхвежливость тоже считается в Японии неэтичным поведением и осуждается обществом.

Как мы видим, в культурах Азии идеи и представления людей осо­бенно тесно связаны с позами и действиями в мире телесном. Впрочем, в других культурах тоже прослеживается взаимозависимость телесного и духовного миров. Так, во время церковных богослужений люди разных культур в разные моменты службы встают, садятся, становятся на коле­ни, раскачиваются в молитве и пр. Беседа, собрание, игра, встреча близ­кого человека в аэропорте, обслуживание в ресторане — все эти социаль­ные взаимодействия поддерживаются особыми этикетными позами. На­пример, официанту по этикету не положено принимать у клиента заказ сидя. Еще до совсем недавнего времени в Америке у молодых людей бы­ла широко принята "свободная независимая" поза сидеть, вытянув ноги вперед, которая у нас, даже при всей любви молодежи ко всему амери­канскому, не привилась, в отличие, например, от жеста ОК. Молодые американцы и даже американки очень любили эту молодежную позу и еще недавно сидели таким образом не только будучи одни. Мне само­му, когда я читал лекции в США, пришлось столкнуться с тем, что сту­денты, ничуть не стесняясь, сидят, вытянув ноги вперед, на занятиях пе­ред преподавателем. Сегодня, однако, эта поза едва ли не повсеместно оценивается в США как неэтичная и некрасивая — в особенности это ка­сается разговоров младших со старшими или мужчины с женщиной — и мало-помалу выходит из употребления. В этом выводе я опираюсь не только на собственные наблюдения, сделанные во время пребывания в США в 1997 году, но и на высказывания моих американских коллег-преподавателей. Тем самым, можно заключить, что этикетная норма на наших глазах изменилась.

В русской культуре поза стоять руки в боки характеризуется как не­дружелюбная и агрессивная, а потому порицается: стоять так, например, перед друзьями или близкими родственниками, по меньшей мере, не принято, а с точки зрения существующих в обществе этических норм даже не допустимо, что, несомненно, является следствием семантики по­зы. В отличие от русских, у японцев, как мы уже знаем, не поклониться старшему означает не просто нарушить этикет, это больше — совершить неэтичный общественный поступок и обидеть партнера. И тут мы скорее всего сталкиваемся уже не с семантическим, а прагматическим запретом. Вообще, неконгруэнтность положений тел у собеседников является, по-видимому, характерной чертой азиатской культуры, в отличие от евро-

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]