Психотерапевтическое вмешательство

Обучение родительской терапии состояло из десяти еженедельных двухчасовых занятий. Перед началом обу­чения было проведено предварительное занятие, на кото­ром Объяснялась общая процедура, проводилось предва­рительное тестирование и было подписано терапевтиче­ское соглашение. Как отмечалось выше, родителей обуча­ли базовым Навыкам игровой терапии, центрированной на ребенке; от них требовалось проведение регулярных игро­вых занятий с ребенком. Занятия проводились по схеме, разработанной Гарри Лэндретом' для десятинедельной родительской группы. После десятого занятия вновь про­водилось тестирование. Все занятия записывались на ви­деопленку.

Результаты

Хотя статистически значимых различий между тесто­выми замерами не наблюдалось, качественные отчеты от­мечают значительные изменения как у родителей, так и у детей. Авторы постулировали наличие нескольких смягча­ющих обстоятельств, которые повлияли на родителей и, как следствие, на результаты замеров. Наблюдения на со­держательном уровне (производимые руководителями группы и третьим наблюдателем) свидетельствуют о том, что родители усвоили техники игровой терапии, центри­рованной на ребенке, которым их обучали в течение деся­ти занятий. Кроме того, родители сообщают о позитивных изменениях в них самих и в их детях по сравнению с опи­саниями детей, сделанными в начале обучения. Все участ­ники группы рекомендовали такое обучение другим роди­телям.

Комментарии

Хотя число субъектов данного исследования было ограниченным (трудно получить статистически значимые результаты в маленьких выборках), все участники говорят о позитивных изменениях. Все участвовавшие в програм­ме родители «сообщают о существенных изменениях в их отношениях с детьми». Авторы предполагают, что эти ка­чественные изменения являются существенными резуль­татами исследования. Эта уникальная форма игровой те­рапии благотворно влияет на проблемы, с которыми стал­киваются дети, страдающие хроническими заболевания­ми.

Источник. 01а2ег-\УаЫтап, Н.К., 2лттегтап, І.Е., ЬапсІгеШ, О.Ь., апсіМогїоп, В. (1992). Ріііаі їЬегару: апіпіег- уєпііоп іог рагепіз оґ сЬіИгеп шіЬ сКгопіс іііпезз. Іпіетаііо- паї Іоитаї о/Ріау ТНегару 1:31—42.

Возможные диагнозы по в8м-гу

Исследование не содержит достаточной информации.

4. Дети, страдающие глухотой и другими физическими недостатками

К детям, обладающим физическими недостатками, обычно относятся в соответствии с тем, что можно увидеть на поверхности; в результате они могут чувствовать себя не­полноценными, нежелательными или неприемлемыми. Проблемы и трудности, с которыми сталкиваются эти дети, представляют для игрового терапевта второстепенный ин­терес. Для него важно, что каждый из них — отдельная лич­ность со своими собственными правами, и, булучи таковы­ми, они испытывают те же чувства и реакции, что и все дру­гие дети. Их состояние не делает их в меньшей степени лич­ностью, точно так же, как и ребенка, испытывающего за­труднения в чтении, имеющего нарушения речи, учебные проблемы, трудности в общении со сверстниками, страда­ющего от всепоглощающей тревоги, не считают в меньшей степени личностью. Все дети нуждаются в понимании, принятии, чувстве адекватности и ощущении собственной ценности. Физическое состояние ребенка не отменяет этих потребностей. Можно понять, что таким детям нужно боль­ше времени, чтобы довериться психотерапевту, потому что они не раз в своей жизни испытывали отвержение со сторо­ны других значимых взрослых.

Игровому терапевту надо будет проявить чуткость к тому обстоятельству, что те трудности, с которыми стал­кивались такие дети, возможно, привели к тому, что их подход к миру изменился, как это происходит, например, в случае глухих детей. Исследования показывают, что в предоперационный период, в возрасте от 2 до 7 лет, эти дети вырабатывают менее зрелые игровые паттерны, очень редко прибегают в игре к воображению и меньше заняты самостоятельной символической игрой. Такого рода ин­формация существенна для игрового терапевта — она по­могает ему правильно понять игру таких детей. Точно так­же игровой терапевт должен будет внести в игру значите­льные изменения, чтобы приспособиться к ребенку с фи­зическими недостатками, например, понадобится при­крепить кисть к руке ребенка, больного церебральным па­раличом.

Игра в песок с детьми, страдающими гиперкинезией и эпилепсией

Авторы: Итсуо Кати, Хайао Кавай и Хироши Нанта

Фокус

Влияние игры в песок в процессе игровой терапии на чрез­мерную активность детей, больных эпилепсией.

Введение

Авторы изучали использование игровой терапии с пес­ком с психомоторными детьми-эпилептиками, страдаю­щими гиперкинезией, или непоседливостью, которым ме­дикаментозное лечение не принесло видимой пользы.

Описание случая

Игровую терапию с песком получали одиннадцать де­тей в возрасте от 5 до 14 лет. Занятия проходили раз в неде­лю — всего от тридцати до ста пятидесяти занятий. Анти- конвульсивные и психотропные препараты не оказывали видимого воздействия в восьми из упомянутых случаев. Хотяу трех остальных детей во время игры с песком возни­кали приступы, неуемное поведение не уменьшилось с введением медицинских препаратов.

Психотерапевтическое вмешательство

Авторы использовали способ игры в песок, описанный Кальфф . Во время занятий были отмечены три первосте­пенные характеристики детей, страдающих эпилепсией: иррелевантное или иррациональное содержание, бурный или строго заданный мир и постоянные битвы. Примером иррелевантного или иррационального содержания может быть случай, когда в игре ребенка из вулкана выпрыгнули ведьма и чудовище; бейсбольные биты и самолеты, выло­женные в ряд, — явления того же порядка. Другой ребенок продемонстрировал бурный и жестко заданный мир, бур­но швырялся песком и плескался в «водопадах» — все это контрастировало с аккуратными рядочками животных, солдатиков и машинок. Авторы отмечают, что в играх не­вротических детей часто возникают сражения и что де­ти-эпилептики не устают повторять их. Один из терапев­тов отмечает, что катарсис возникал при виде города, по­являющегося вновь на том месте; где он только что был разрушен, в результате жестокого Сражения, — возникал только для того, чтобы вновь подвергнуться разрушению.