48. Манифесты футуристов

В 1909 году в Италии был издан Манифест футуризма, написанный Ф. Маринетти. Вскоре футуризм стал оформляться и в России.

Русский футуризм представлен четыремя группами:

1. Петербургские эгофутуристы (объединилсиь вокруг издательсва «Петербургский глашатай – И. Северянин, И. Игнатьев, К. Олимпов)

2. Московские эгофутуристы (по названию издетельства «Мезонин искусства» - В. Шершеневич, Р. Ивнев, Б. Лавренев).

3. Московская группа «Центрифуга» (Б. Пастренак, Н. Асеев, С. Бобров)

4. «Гилея», кубофутуристы (А. Крученых, Д. и Н. Бурлюки, В. Хлебников, В. Маяковский, В. Каменский)

В марте 1910-го в сборнике «Студия импрессионистов» было напечатано стихотворение тогда почти никому не известного поэта В. Хлебникова «Заклятие смехом» (О, рассмейтесь смехачи!...), по сути это произведение программное для Хлебникова:

Заклятье смехом

О, рассмейтесь, смехачи! О, засмейтесь, смехачи! Что смеются смехами, что смеянствуют смеяльно, О, засмейтесь усмеяльно! О, рассмешищ надсмеяльных — смех усмейных смехачей! О, иссмейся рассмеяльно, смех надсмейных смеячей! Смейево, смейево, Усмей, осмей, смешики, смешики, Смеюнчики, смеюнчики. О, рассмейтесь, смехачи! О, засмейтесь, смехачи!

Спустя некоторое время, тоже в 1910 году, на обойной бумаге вышел сборник «Садок судей», фактически определивший создание группы будетлян "Гилея". Среди авторов - В.Хлебников, братья Бурлюки, Е. Гуро, В.Каменский. Звуковое сходство слов «садок» и «судей» сразу обращало на себя внимание. Смысл же названия авторы «расшифровывали» так: садок - клетка для содержания животных в неволе, поэты будущего пока загнаны в клетку (садок), но в будущем именно они станут законодателями (судьями) поэтического вкуса. Как вспоминал В.Каменский: «Главное - все единодушно понимали, что суть нашего пришествия не только в книге "Садок судей", но в тех огромных затеях будущего, за которые мы энергично взялись в надежде на поддержку армии передовой молодежи». В феврале 1913 г. в том же издательстве выходит "Садок судей II", с участием Гуро, Д. Бурлюка, Хлебникова, Маяковского, Крученых, Лившица, Ек. Низен, рисунками Гуро, Гончаровой, Ларионова, Д. и В. Бурлюков. Ниже приводится текст неозаглавленного манифеста, открывавшего сборник:

Садок судей

Находя все нижеизложенные принципы цельно выраженными в первом "Садке судей" и выдвинув ранее пресловутых и богатых, лишь в смысле Метцль и К°, футуристов, - мы, тем не менее, считаем этот путь нами пройденным и, оставляя разработку его тем, у кого нет более новых задач, пользуемся некоторой формой правописания, чтобы сосредоточить общее внимание на уже новых открывающихся перед нами заданиях.  Мы выдвинули впервые новые принципы творчества, кои нам ясны в следующем порядке:  1. Мы перестали рассматривать словопостроение и словопроизношение по грамматическим правилам, став видеть в буквах лишьнаправляющие речи. Мы расшатали синтаксис.  2. Мы стали придавать содержание словам по их начертательной и фонической характеристике.  3. Нами осознана роль приставок и суффиксов.  4. Во имя свободы личного случая мы отрицаем правописание.  5. Мы характеризуем существительные не только прилагательными (как делали главным образом до нас), но и другими частями речи, также отдельными буквами и числами:  a) считая частью неотделимой произведения его помарки и виньетки творческого ожидания;  b) в почерке полагая составляющую поэтического импульса;  c) в Москве поэтому нами выпущены книги (автографов) "самописьма".  6. Нами уничтожены знаки препинания, - чем роль словесной массы - выдвинута впервые и осознана. 7. Гласные мы понимаем как время и пространство (характер устремления), согласные - краска, звук, запах.  8. Нами сокрушены ритмы. Хлебников выдвинул поэтический размер - живого разговорного слова. Мы перестали искать размеры в учебниках - всякое движение рождает новый свободный ритм поэту. 9. Передняя рифма - (Давид Бурлюк); средняя, обратная рифма (В. Маяковский) разработаны нами. 10. Богатство словаря поэта - его оправдание.  11. Мы считаем слово творцом мифа, слово, умирая, рождает миф и наоборот.  12. Мы во власти новых тем: ненужность, бессмысленность, тайна властной ничтожности - воспеты нами.  13. Мы презираем славу; нам известны чувства, не жившие до нас. Мы новые люди новой жизни.

1913

Давид БУРЛЮК, Елена ГУРО, Николай БУРЛЮК, Владимир МАЯКОВСКИЙ, Екатерина НИЗЕН, Виктор ХЛЕБНИКОВ, Венедикт ЛИВШИЦ, А. КРУЧЕНЫХ.

Пощечина общественному вкусу

 Манифест русских футуристов (декабрь, 1912), написанный поэтами Давидом Давидовичем Бурлюком (1882—1967), Алексеем Елисеевичем Крученых (1886—1968), Владимиром Владимировичем Маяковским (1893—1930) и Велемиром Владимировичем Хлебниковым (1885— J 922), а также альманаха (1912), предисловием к которому он послужил.

Полное название манифеста: Пощечина общественному вкусу. В защиту свободного искусства. Авторы манифеста писали: <…> «Только мы — лицо нашего времени. Рог времени трубит нами в словесном искусстве.Прошлое тесно. Академия и Пушкин непонятнее иероглифов. Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с Парохода современности. Кто не забудет своей первой любви, не узнает последней. <…> Мы приказываем чтить права поэтов:

1.         На увеличение словаря в его объеме произвольными и производными словами (Слово-новшество).

2.         На непреодолимую ненависть к существовавшему до них языку.

3.         С ужасом отстранять от гордого чела своего из банных веников

сделанный вами Венок грошовой славы.

4.         Стоять на глыбе слова «мы» среди моря свиста и негодования.

И если пока еще и в наших строках остались грязные клейма ваших «здравого смысла» и «хорошего вкуса», то все же на них уже трепещут впервые Зарницы Новой Грядущей Красоты Самоценного (самовитого) Слова.

В сентябре 1913 г. в Москве под маркой издательства "ЕУЫ" с иллюстрациями Малевича и Розановой вышла пятнадцатистраничная брошюра "Слово как таковое", написанная Хлебниковым и Крученых. Сборник состоит из приведенного ниже манифеста и стихов, подкреплящих теоретические положения русских футуристов. Несколько ранее, летом 1913 г. Крученых напечатал листовку "Декларация слова как такового", где сформулировал понятие "заумный язык".

Слово как таковое

О художественных произведениях

1. Чтоб писалось и смотрелось во мгновение ока! (пение, плеск, пляска, разметывание неуклюжих построек, забвение, разучивание, В. Хлебников, А. Крученых, Е. Гуро; в живописи В. Бурлюк и О. Розанова).  2. Чтоб писалось туго и читалось туго неудобнее смазных сапог или грузовика в гостиной (множество узлов, связок и петель и заплат, занозистая поверхность, сильно шероховатая. В поэзии Д Бурлюк, В. Маяковский, Н. Бурлюк и Б. Лившиц, в живописи Бурлюк, К. Малевич).  У писателей до нас инструментовка была совсем иная, например:

По небу полуночи ангел летел  И тихую песню он пел...

Здесь окраску дает бескровное пе... пе... Как картины, писанные киселем и молоком, нас не удовлетворяют и стихи, построенные на

па-па-па  пи-пи-пи  ти-ти-ти  и т. п.

Здоровый человек такой пищей лишь расстроит желудок. Мы дали образец иного звука и словосочетания:

дыр, бул, щыл,  убещур  скум  вы со бу  р л эз

(Кстати, в этом пятистишии более русского национального, чем во всей поэзии Пушкина).  Не безголосая, томная, сливочная тянучка поэзии (пасьанс... пастила..), а грозное баячь:

Каждый молод, молод, молод,  В животе чертовский голод.  Так идите же за мной...  За моей спиной  Я бросаю гордый клич  Этот краткий спич!  Будем кушать камни, травы,  Сладость, горечь и отравы.  Будем лопать пустоту,  Глубину и высоту.  Птиц, зверей, чудовищ, рыб,  Ветер, глины, соль и зыбь.  (Д. Бурлюк)

До нас предъявлялись следующие требования языку: ясный, чистый, честный, звучный, приятный (нежный) для слуха, выразительный (выпуклый, колоритный, сочный). 

Впадая в вечно игривый тон наших критиков, можно их мнения о языке продолжить, и мы заметим. что все их требования (о, ужас!) больше приложимы к женщине как таковой, чем к языку как таковому. В самом деле: ясная, чистая (о, конечно!) честная. (гм!.. гм!..), звучная, приятная, нежная (совершенно правильно!), наконец, сочная, колоритная вы... (кто там? Входите!). 

Правда, в последнее время женщину старались превратить в вечно женственное, прекрасную даму, и таким образом юбка делалась мистической (это не должно смущать непосвященных, - тем более!..). Мы же думаем, что язык должен быть прежде всего языком, и если уж напоминать что-нибудь, то скорее всего пилу или отравленную стрелу дикаря. 

Из вышеизложенного видно, что до нас речетворцы слишком много разбирались в человеческой "душе" (загадке духа, страстей и чувств), но плохо знали, что душу создают баячи, а так как мы, баячи будетляне, больше думали о слове, чем об затасканной предшественниками "Психее", то она умерла в одиночестве, и теперь в нашей власти создать любую новую... Захотим ли?  Нет!.. 

Пусть уж лучше поживут словом как таковым, а не собой. Так разрешаются (без цинизма) многие роковые вопросы отцов, коим и посвящаю следующее стихотворение:

поскорее покончить  недостойный водевиль -  о, конечно  этим никого не удивишь.  жизнь глупая шутка и сказка  старые люди твердили...  нам не нужно указки  и мы не разбираемся в этой гнили...

Живописцы будетляне любят пользоваться частями тел, разрезами, а будетляне речетворцы разрубленными словами, полусловами и их причудливыми хитрыми сочетаниями (заумный язык). Этим достигается наибольшая выразительность и этим именно отличается язык стремительной современности, уничтоживший прежний застывший язык (см. подробнее об этом в моей статье "Новые пути слова") (в книге "Трое"). Этот выразительный прием чужд и непонятен выцветшей литературе до нас, а равно и напудренным эгопшютистам (см. "Мезонин поэзии"). 

Любят трудиться бездарности и ученики. (Трудолюбивый медведь Брюсов, пять раз переписывавший и полировавший свои романы Толстой, Гоголь, Тургенев), это же относится и к читателю.  Речетворцы должны бы писать на своих книгах:  прочитав, разорви!

1913

А. КРУЧЕНЫХ и В. ХЛЕБНИКОВ

ДОПОЛНИТЕЛЬНО: Манифест лучистов и будущников 1913 (художники)

ЛУЧИ́ЗМ — авангардное течение в русской живописи начала XX в., провозглашенное Михаилом Федоровичем Ларионовым (1881—1964). После кратковременного увлечения импрессионизмом и примитивизмом, участия в объединениях "Бубновый валет" и "Ослиный хвост" художник стал создавать картины,композиция которых строилась на пересечении разноцветных лучей, создающих игру света и цвета. В брошюре "Лучизм", опубликованной в 1913 г. (первые живописные опыты относятся к 1912 г.), Ларионов изложил теорию, основанную на том, что человеческий глаз воспринимает не сами предметы, а только отраженные от них лучи света. Поэтому и живопись должна изображать именно эти лучи, их динамизм и цветность.

Манифест (выдержки):

Мы, Лучисты и Будущники, не желаем говорить ни о новом, ни о старом искусстве и еще менее о современном западном. Мы оставляем умирать старое и сражаться с ним тому «новому», которое кроме борьбы, очень легкой, кстати, ничего своего выдвинуть не может. Унавозить собою обеспложенную почву полезно, но эта грязная работа нас не интересует.

Мы не объявляем никакой борьбы, так как где же найти равного противника?! Будущее за нами.

Довольно «Бубновых валетов», прикрывающих этим названием свое убогое искусство, бумажных пощечин, даваемых рукой младенца, страдающего собачьей старостью — Союзов старых и молодых! Нам не нужно пошлых счетов с общественным вкусом — пусть этим занимаются те, кто на бумаге дает пощечину, а фактически протягивает руку за подаянием. Довольно этого навоза, теперь нужно сеять! У нас скромности нет, мы это прямо и откровенно заявляем — Мы себя считаем творцами современного искусства.

Мы восклицаем: весь гениальный стиль наших дней — наши брюки, пиджаки обувь, трамваи, автомобили, аэропланы, железные дороги, грандиозные пароходы — такое очарование, такая великая эпоха, которой не было ничего равного во всей мировой истории. Мы отрицаем индивидуальность как имеющую значение при рассмотрении художественного произведения. — Апеллировать нужно только исходя из законов, по которым оно создано. Выдвигаемые нами положения следующие: Да здравствует прекрасный Восток! Мы объединяемся с современными восточными художниками для совместной работы. Да здравствует национальность! — Мы идем рука об руку с малярами. Да здравствует созданный нами стиль лучистой живописи, свободной от Реальных форм, существующей и развивающейся по живописным законам! Мы заявляем, что копии никогда не было, и рекомендуем писать с картин, написанных до нашего времени. Утверждаем, что искусство под углом времени не рассматривается.

Считаем, что в живописных формах весь мир может выразиться сполна: жизнь поэзия, музыка, философия. Мы стремимся к прославлению нашего искусства и ради этого и будущих наших произведений работаем. Мы желаем оставить по себе глубокий след, и это — почетное желание. Мы выдвигаем вперед свои произведения и свои принципы, которые непрерывно меняем и проводим в жизнь. Мы против художественных обществ, ведущих к застою. Мы не требуем общественного внимания, но просим и от нас его не требовать. Выдвигаемый нами стиль лучистой живописи имеет в виду пространственные формы, возникающие от пересечения отраженных лучей различных предметов, формы, выделенные волею художника. Луч условно изображается на плоскости цветной линией. То, что ценно для любителя живописи, в лучистой картине выявляется наивысшим образом. Те предметы, которые мы видим в жизни, не играют здесь никакой роли, то же, что является сущностью самой живописи, здесь лучше всего может быть показано — комбинация цвета, его насыщенность, отношения цветовых масс, углубленность, фактура; на всем этом тот, кто интересуется живописью, может сосредоточиться всецело.

Отсюда начинается творчество новых форм, значение которых и выразительность зависит исключительно от степени напряженности тона и положения, в котором он находится в отношении других тонов. — Отсюда и естественное падение всех существующих стилей и форм во всем предшествующем искусстве, — так как они, как и жизнь, являются только объектом для лучистого восприятия и построения в картине. Отсюда начинается истинное освобождение живописи и жизнь ее только по своим законам, живописи самодовлеющей, имеющей свои формы, цвет и тембр.

Тимофей Богомазов, Наталия Гончарова, Кирилл Зданевич, Иван Ларионов, Михаил Ларионов, Михаил Ле-Дантю, Вячеслав Левкиевский, Сергей Романович, Владимир Оболенский, Мориц Фабри, Александр Шевченко.

«Ослиный хвост и Мишень». Москва, 1913.

МАНИФЕСТ ЛЕТУЧЕЙ ФЕДЕРАЦИИ ФУТУРИСТОВ (1918) Старый строй держался на трех китах. Рабство политическое, рабство социальное, рабство духовное. Февральская революция уничтожила рабство политическое. Черными перьями двуглавого орла устлана дорога в Тобольск. Бомбу социальной революции бросил под капитал октябрь. Далеко на горизонте маячат жирные зады убегающих заводчиков. И только стоит неколебимый третий кит — р а б с т в о Д у х а. По-прежнему извергает он фонтан затхлой воды — именуемый — с т а р о е и с к у с с т в о. Театры по-прежнему ставят: «Иудейских» и прочих «царей» (сочинения Р о м а н о в ы х), по-прежнему памятники генералов, князей — царских любовниц и царицыных любовников тяжкой, грязной ногой стоят на горлах молодых улиц. В мелочных лавочках, называемых высокопарно выставками торгуют чистой мазней барских дочек и дачек в стиле Рококо и прочих Людовиков. И наконец, на светлых праздниках наших поем не наши гимны, а седовласую одолженную у французов марсельезу. Довольно.  Мы пролетарии искусства — зовем пролетариев фабрик и земель к третьей бескровной, но жестокой революции, революции духа. Требуем признать: I. О т д е л е н и е и с к у с с т в а о т г о с у д а р с т в а. Уничтожение покровительства привилегий и контроля в области искусства. Долой дипломы, званий, официальные посты и чины. II. Передачу всех материальных средств искусства: театров, капелл, выставочных помещений и зданий академии и художественных школ — в руки самих мастеров искусства для равноправного пользования ими всего народа искусства. III. Всеобщее художественное образование ибо мы верим, что основы грядущего свободного искусства могут выйти только из недр демократической России, до сего времени лишь алкавшей хлеба искусства. IV. Немедленная, наряду с продовольственными, реквизиция всех под спудом лежащих эстетических запасов для справедливого и равномерного пользования всей России. Да здравствует третья Революция, Революция Духа!  Д. Бурлюк, В. Каменский, В. Маяковский Дан Москве 1918 года, Март.