Глава 5. Гендер и сексуальные отношения

Мартин Мак ан Гейл: образование и формирование мужественности и сексуальности

Мартин Мак ан Гейл провел этнографическое ис­следование в английской государственной сред­ней школе, чтобы выяснить ее «гендерный ре­жим», т. е. то, каким образом тендерные отноше­ния проявляются внутри школы. Опираясь на ра­боты Коннелла, Мак ан Гейл интересовался тем, каким образом школы активно способствуют рас­пределению учеников по степеням мужествен­ности и женственности. Хотя его прежде все­го интересовало формирование гетеросексуаль­ной мужественности, он исследовал также опыт группы учеников-гомосексуалистов. Результаты Мак ан Гейла, опубликованные в книге «Созда­ние мужчин» (Mac an Ghail 1994) показывают, что сама школа является институтом, для кото­рого характерны тендерные и гетеросексуаль­ные структуры. Преобладающий «режим» спо­собствует созданию среди учеников тендерных отношений, совпадающих с более широким тен­дерным порядком, т. е. в границах школы можно проследить иерархию доминирующих и подчи­ненных черт мужественности и женственности. Разнообразные социальные влияния и привычки, такие как дисциплинарные процедуры, распре­деление предметов, взаимодействие ученик — учитель и учитель — ученик, а также надзор, вносят вклад в формирование гетеросексуаль­ной мужественности.

Мак ан Гейл выделяет четыре находящих­ся на стадии становления в школе типа муже­ственности. Парни-мачо — группа белых маль­чиков из рабочего класса, открыто неповину­ющихся школьному начальству и презрительно относящихся к учебному процессу и ученикам-отличникам (см. также главу 16 «Образование» на с. 449-450). Мак ан Гейл приходит к выводу, что ларни-мачо испытывают «кризис мужествен­ности», поскольку та ручная и неквалифици­рованная (или полуквалифицированная) работа, которая, как они считали, определит их личности в будущем, стала бесперспективной. Это ставит перед парнями психологическую и практическую дилемму в отношении их будущего, которую им самим трудно постичь и еще труднее разрешить.

Вторая группа состоит из «отличников», которые видят себя в будущем профессионала-

ми. Парни-мачо (и учителя) рассматривают их как изнеженных «умников». Согласно Мак ан Гейлу, наиболее распространенный способ пре­одоления дурных стереотипов в отношении себя, которым пользуются «отличники», — это сохра­нение уверенности, что их тяжелый труд и акаде­мические успехи обеспечат им безопасное буду­щее. Это составляет основу маскулинного начала в их личностях.

Третья группа — новые предпринимате­ли — это мальчики, которых притягивают новые предметы в обновленном учебном плане, такие как информатика и бизнес. Мак ан Гейл рассмат­ривает их как детей новой «предприниматель­ской культуры», которая начала культивировать­ся в эпоху Маргарет Тэтчер. Для этих парней успех на экзаменах уровня А^]) сравнительно бесполезен и с точки зрения их нацеленности на занятия бизнесом в будущем, и как ступень в планировании этого будущего.

Последнюю группу составляют истинные англичане. Это вызывающая наибольшее беспо­койство группа представителей среднего класса, сохраняющих двойственное отношение к акаде­мическим занятиям, но рассматривающих себя как «носителей культуры», более высокой по от­ношению ко всему, что может предложить учи­тель. Поскольку представители этой группы ори­ентированы на карьерный рост, мужественность для истинного англичанина включает демонстра­цию не требующих усилий академических дости­жений.

При изучении учеников-гомосексуалистов мужского пола Мак ан Гейл обнаружил, что во всех школьных дискуссиях, которые касают­ся вопросов пола и сексуальности, принимается как само собой разумеющийся явно гетеросек­суальный набор норм и ценностей, основанный на традиционных взаимоотношениях и нуклеар-ных семьях. Это приводит к большой путани­це и противоречиям при построении тендерной и сексуальной идентичности молодых гомосексу­алистов, которые могут одновременно чувство­вать себя отвергнутыми и причисленными к дру­гой категории.

Хотя некоторые социологи полагают, что западное общество испытывает «гендерный кризис», Коннелл считает, что мы просто пе­реживаем мощные кризисные тенденции. Эти тенденции проявляются в грех формах. Во-первых, это кризис институционалишции, по­нимаемый Коннеллом в том смысле, что ин-

ституты, традиционно поддерживавшие власть мужчин, а именно семья и государство, посто­янно расшатываются. Легитимность превос­ходства мужчин над женщинами ослабляется

'' Экзамен повышенного уровня по программе сред­ней школы. — Прим.-ред.

Черты женственности, мужественности и гендерные отношения

115

благодаря принятию законов о разводах, о до­машней жестокости и насилии и по эконо­мическим причинам типа налогообложения и пенсий. Во-вторых, это кризис сексуально­сти — гегемонная гетеросексуалыюсть ста­новится менее господствующей, чем ранее. Женская сексуальность и сексуальность геев с растущей силой оказывают давление на тра­диционную гегемонную мужественность. На­конец, это кризис формирования интересов. Коннелл показывает, что существуют новые основания для социальных интересов, про­тиворечащих существующему тендерному по­рядку. Права замужних женщин, движения ге­ев и рост «антисексистских» позиций среди мужчин представляют угрозу существующему порядку.

Преобразующаяся мужественность

Коинелл высветил в рамках существующе­го тендерного порядка ряд «кризисных тен­денций», угрожающих подорвать стабильность гегемонной мужественности. Он не одинок в исследовании глубоких изменений, которым подвергаются мужчины в постмодернистских обществах. Многие наблюдатели полагают, что экономические и социальные преобразования провоцируют кризис мужественности. Сто­ронники этой точки зрения считают, что тра­диционное понятие мужественности подвер­гается эрозии за счет комбинации факторов от изменения рынков труда до высокого уров­ня числа разводов. Если в былые времена средний мужчина спокойно чувствовал себя в отношении работы, семьи и общества в це­лом, то сейчас его положение подрывается множеством воздействий, что делает его не­уверенным в себе и своей роли в обществе. Ниже мы рассмотрим ряд областей, в которых обнаруживается изменение мужской идентич­ности.

Безработица

Сара Уиллот и Кристин Гриффип изучали так называемый «кризис мужественности» на при­мере группы долгое время остававшихся без­работными мужчин в Западном Мидлепдсе в Англии. Респонденты жили в области с вы­сокой безработицей, где был экономический и социальный спад. Многие из них потеряли надежду найти постоянную работу. Среди этих мужчин-рабочих идеи мужественности тесно связывались с возможностью «выйти из дома»

и принести домой достаточно денег, чтобы семья перестала зависеть от государственной поддержки. Длительная безработица разруша­ла эти идеалы при общении как дома в семьях, так и с другими мужчинами в социальном окружении, например в местном пабе. Одна­ко Уиллот и Гриффин подчеркивают, что хотя роль «кормильца» сильно изменилась в резуль­тате безработицы, индивидуальные ощущения беспомощности не обязательно переводились в изменения в общих властных взаимоот­ношениях между мужчинами и женщинами. Иными словами, не было признаков «кризиса мужественности» в целом, хотя и наблюдалось ослабление некоторых элементов традицион­ной мужественности (Willott and Griffin 1996).

Преступность

Преступность — другая область, в которой ощущается «кризис мужественности». На осно­ве эмпирического изучения жестокого поведе­ния молодых мужчин в ряде городов Беатрикс Кемпбелл предположила, что существует связь такого поведения с меняющейся ролью муж­чин в современных обществах {Campbell 1993). В прошлом молодые мужчины, даже жившие в районах с высоким уровнем преступности, имели ясный набор целей, к достижению ко­торых они стремились в жизни, — получить законную работу и стать кормильцем для се­мьи. Но сейчас, как показывает Кемпбелл, та­кая роль мужчины-кормильца деформирует­ся, особенно для молодых мужчин из более бедных областей. Когда единственной пер­спективой является длительная безработица, стремиться к поддержке семьи — не лучшее ре­шение. Кроме того, женщины становятся более независимыми, чем обычно, и не нуждаются в мужчине для приобретения социального ста­туса в более широком обществе. В результате происходит спиралевидное падение по соци­альной лестнице, похожее па то, которое на­блюдается сегодня в социально ущемленных внутригородских районах. Результаты иссле­дования Кемпбелл хорошо совпадают с дру­гими недавними социологическими работами по поводу нищеты, преступности и жизни городов.

Кризис смысла?

В книге «Застывшие. Предательство современ­ного мужчины» (Faludi 1999) Сьюзен Фалу-ди исследует жизненный опыт американских мужчин конца XX в. Она показывает, что

116