Глава 7. Семья

Меняющиеся отношения

Похоже, что на изменение характера семейной жизни и высокий уровень разводов во мно­гом влияют существенные классовые различия. В книге «Семья на неверном пути» Лилиан Ру­бин провела беседы с членами тридцати двух семей из рабочего класса (Rubin 1994). Она пришла к выводу, что, по сравнению с семьями из среднего класса, родители из рабочего класса более традиционный Те нормы, которые приняли родители среднего класса, например, открытое признание добрачного секса, в основном отвер­гаются представителями рабочего класса, даже если они не религиозны. В семьях рабочих силь­нее проявляется конфликт поколений.

В опросе Рубин молодые люди признали, что их отношение к сексуальному поведению, браку и разделению полов отличается от ро­дительского. Однако они настаивали, что их поведение не является одним лишь поиском удовольствий. Просто они придерживаются дру­гих ценностей по сравнению с людьми старших поколений.

Рубин обнаружила, что опрошенные моло­дые женщины в значительно большей степени, чем поколение их родителей, двойственно от­носятся к браку. Они абсолютно уверены в не­достатках мужчин и говорят об использовании доступных возможностей и более полном и от­крытом стиле жизни по сравнению с тем, кото­рый был возможен для их матерей. У мужчин сдвиг между поколениями в отношении к браку не столь велик.

Исследование Рубин было проведено в США, но оно хорошо согласуется с аналогичны­ми исследованиями в Великобритании и других

европейских странах. Элен Уилкинсон и Джефф Малган провели два масштабных опроса мужчин и женщин в возрасте от 18 до 34 лет в Велико­британии (Wilkinson 1994; Wilkinson and Mulgan 1995). Они обнаружили существенные измене­ния, особенно во взглядах женщин, а также тот факт, что ценности 18-34-летнего поколения в целом отличаются от тех, которые сохранили более старшие поколения Великобритании.

Среди молодых женщин распространено желание «самостоятельности и самореализации, в равной степени через семью и работу», а так­же «признание ценности риска, эмоциональной встряски и изменений». В этом смысле суще­ствует растущее сближение между традицион­ными ценностями мужчин и новыми ценностя­ми женщин. Как говорят Уилкинсон и Малган, ценности молодого поколения сформировались унаследованными ими свободами, во многом не­доступными старшим поколениям, — свободой женщины работать и самой регулировать де­торождение, свободой мобильности для обоих полов и свободой определять собственный стиль жизни. Такие свободы приводят к большей от­крытости, щедрости и толерантности; однако они могут породить и узкий эгоистичный индивиду­ализм и недостаток заботы о ближних. Из числа опрошенных 29 % женщин и 51 % мужчин же­лали подождать с появлением детей как можно дольше. Из женщин в возрасте от 18 до 24 лет 75% были уверены, что родители-одиночки мо­гут воспитывать детей так же, как семейные пары. Исследование показало, что брак потерял привлекательность как для мужчин, так и для женщин в этой возрастной группе.

Американские исследователи, принимав­шие активное участие в дискуссии, во многом находились под влиянием обсуждения это­го же вопроса в Великобритании. В своей книге «Америка без отцов» Дэвид Бланкенхорн утверждает, что общества с высоким уров­нем разводов сталкиваются не только с без­отцовщиной, но с эрозией самой идеи отцов­ства, что приводит к губительным социальным последствиям, поскольку многие дети растут, не имея рядом с собой авторитетной личнос­ти, к которой они могли бы в случае нужды обратиться за помощью (Blankenhorn 1995). Брак и отцовство до сего дня во всех обще­ствах является средством целенаправленного устремления сексуальной и агрессивной энер­гии мужчин. В противном случае такие виды

энергии чаще всего направляются в преступ­ность и насилие. Как отметил один из ре­цензентов книги Бланкенхорна, «лучше иметь папу, который, придя домой после отврати­тельной работы, садится с кружкой пива пе­ред телевизором, чем не иметь папы вообще» (The Economist. 8 April 1995. P. 121).

Так ли это? Вопрос об отсутствующих от­цах перекрывается с более общим вопросом о влиянии развода на детей, а здесь, как мы ви­дели, интерпретация доступных свидетельств далеко не ясна. Как замечает тот же рецензент: «Разве головорез-отец не плодит головорезов-детей? Разве все отцы хороши для семьи?» Некоторые ученые считают, что ключевой во­прос не в том, есть ли отец, а в том, насколько он участвует в семейной жизни и воспита-

Изменение типов семьи. Этническое разнообразие в Великобритании

167

нии детей. Иными словами, внешняя сторона семейной жизни может быть не столь суще­ственной по сравнению с качеством ухода, внимания и поддержки, которые дети получа­ют от членов семьи.

Хотя феномен «безотцовщины» содержит в себе неявное осуждение мужчин за «мо­ральную безответственность», у молодых муж­чин находятся защитники, доказывающие, что эти мужчины часто полны надежд стать от­цами. Однако, поскольку у них нет навыков такого рода взаимоотношений и достаточной поддержки, они забывают о детях, которые в результате растут озлобленными и одиноки­ми. В Соединенных Штатах и Великобритании «кризис отцовства» породил растущее число групп помощи для мужчин, которые хотят стать лучшими, чем они есть, отцами. В Соеди­ненных Штатах для развития семейных и от­цовских навыков работают такие группы, как Хранители надежды и Национальная отцов­ская инициатива. В сообществах чернокожих внимание к большому числу возглавляемых женщинами неполных семей пытаются при­влечь акции типа Марша миллиона мужчин, организованной обществом Исламская нация.

Женщины, остающиеся бездетными

Опрос, проведенный в 1976 г. Британским советом по созданию семьи, показал, что толь­ко 1 % замужних женщин не хотел иметь детей. В недавнем докладе Департамента по опросам населения, наоборот, предсказывает­ся, что 20% женщин, родившихся между I960 и 1990 гг., останутся бездетными по собствен­ному желанию. В наши дни женщины в Ве­ликобритании приходят к решению завести ребенка в контексте других жизненных це­лей, включая стремление к успеху в работе и автономности личной жизни.

Бездетная женщина уже не выглядит уны­лой старой девой. Замужем она или нет, жен­щина может принять решение остаться бездет­ной в качестве подтверждения своей свободы выбора. Но есть и отрицательные моменты. Возникшие в Великобритании новые возмож­ности для профессионального роста мало что изменили в социальном обеспечении отпусков по беременности и уходу за детьми. Многие могут опасаться иметь детей из-за боязни воз­можного развода и скатывания в нищету.

Уровень рождаемости в Великобритании и почти во всех западноевропейских странах падает. Среднее значение 1,73 ребенка на одну

женщину в Великобритании несколько выше, чем в большинстве стран Европейского Союза, но ниже, чем необходимое для поддержания численности населения на сегодняшнем уров­не значение 2,1 ребенка на одну женщину. Самый низкий уровень рождаемости в мире приходится на Италию — 1,2 ребенка на од­ну женщину. Ожидается, что «детский кризис» приведет в следующей четверти века к умень­шению численности населения в стране с 57,3 до 51,3 млн чел.