45. Гирландайо.

Доменико Гирландайо, 1449-1494г. Флорентинец, начинал как ювелир, до конца от этого невозможно избавиться. От Ареццо ди Маринетте берет колористическую составляющую. Основал художественную династию (брат Давид и сын Ридольфо), в его мастерской работал юный Микеланджело. Во фресковых циклах выпукло и с подробностями показана домашняя жизнь библейских персонажей (в их роли знатные флорентийцы). В 1473г работал вместе с Алессо Бальдовинетти в Сан-Джиминьяно, а в 1476г вернулся во Флоренцию, где может поработал в мастерской Вероккьо (там в это время Боттичелли и Перуджино, а позже Леонардо). В 1475 вместе с братом был в Риме (расписывал Ватиканскую библиотеку, фрески с портретами пророков и философов).

Оньи Санти, цикл фресок, капелла Веспуччи, 1470е (?). Аналогично капелла Барди (история Франциска, такой заказ). Тайная вечеря в трапезной. Короткая торцовая сторона – можно много обыграть с точки зрения реальной и иллюзорной композиции. Он не новатор, его тайная вечеря – это развитие привычной иконографии. Великолепно выстраивает и подчиняет архитектуре свое живописное повествование. На торцовой стене реальная архитектура 2 лотка свода (то есть 1 консоль и 2 полукруга), он расширяет это, делая 2 иллюзорных свода и 2 люнета на задней стене, там сад, и две торцовые стены (на одной окно и павлин, а на второй окно, соответствует и реальному окну). Совмещается изображенный и реальный свет. Иконография старая (Костанья так сделал): один из вас предаст меня, Иуда сидит по другую сторону стола. Здесь рассказ усилен (у Костанья все спокойно), появляется пейзаж, большое количество предметов на столе, обилие тем для рассказа и сюжетов – поэтому снижение пафоса. Еще он сделал слева Иеронима, а справа Августин Боттичелли (келья гуманиста, пластически активная фигура занимает почти все пространство, но есть и множество элементов). Гирландайо делает почти тоже самое, но композиция идет слева направо, фигуры поменьше, уходит в глубину, предметов больше – тогда не мощная фигура отца Церкви, а замечательный предметный мир.

Санта Тринита во Флоренции, до 1485г (связана с семьей Сосетти). Сосетти купил капеллу (он вообще был руководителем банков Медичи в разных городах), но постепенно его любовь к меценатству привела к тому, что ряд банков Медичи обвалились, но он все равно не потерял связь с семьей. Капелла справа от алтаря, вторая, рядом с боковым входом. Традиционно посвящена Франциску, но после покупки получила посвящение еще и рождеству. За основу декорация капеллы Барди Джотто. Капелла – идея величия фамилии; она полна личной живой религиозности. За 4 года до росписи капеллы у них умирает 19 летний сын, но через 8 месяцев у старой пары чудесным образом родился новый сын. Это и капелла, и усыпальница. Вся тема – и трагедия, и радость. Над входной аркой ключевой сюжет: Август и тибуртинская сивилла (Август хочет провозгласить себя богом, к нему приходит сивилла и говорит, можешь делать что хочешь, но уже родился истинный Бог). Чудесное исцеление младенца Франциском – конкретный пейзаж (палаццо Сакетти и фасад церкви Санта Тринита); нарушается ряд моментов – чудо Франциск совершил после своей смерти и в Риме, здесь же все во Флоренции. Здесь показано все событие (вдалеке младенец падает, а впереди его исцеляют). Еще сцена Чудесное утверждение ордена, тоже было после смерти Франциска. Специально вводится момент кадрированности – чудо приближается к нам. То есть это подробный рассказ, специально вводится изображение заказчиков и города. Утверждение ордена папой Ганорием 3 – опять же узнаваемый пейзаж Флоренции (палаццо и площадь Синьории и лоджия деи Ланци). Опять же событие переносится из Рима,получается, что на площадь поднимаются обрезанные персонажи. Слева Франческо Сосетти и его младший сын, его брат и Лоренцо Великолепный, группа слева – другие дети Сосетти. Лоренцо обращается к людям, которые поднимаются – это дети Лоренцо и Анджело (?), учитель детей. То есть утверждение ордера это второстепенное действие. В целом, архитектура передана не особенно живо, но замечательные перспективы, учитывается взгляд снизу, он их закрывает. Алтарная картина Рождество тоже его, чувствуется, что это Италия, но много от Нидерландов.

Санта Мария Новелла, капелла Торнабуоли, ок1490г. По заказу Джованни Торнабуони. Огромная живописная декорация – справа Креститель, слева – история Богоматери. Рассказ снизу вверх, отказывается от принципа единый регистр-единая композиция (Мазаччо), так как очень большой масштаб – в одном регистра 2 сюжета. На алтарном торце Коронование Марии, потом что то и Благовещение и Креститель в пустыне; еще ниже донаторы. Встреча Марии и Елизаветы: с одной стороны желание сохранить традиции (в одном пространстве одна тема), с другой стороны – много тем – в итоге, рассказ, детали важнее, чем само событие. Важно рождество Марии: пространство окаймляется живописными пилястрами, их 3, создают определенность, ограниченность пространство, есть отдельные трюки – у свода вроде есть глубина, но она закрывается пилястрой. Есть стремление показать событие во всей его завершенности, опять же интерес к деталям. Анна и ложе выделяется (как бы ограниченная комната, там фриз с амурами и гирляндами – тема гротесков), а слева лестница (то есть еще и это пространство становится почти 2эт).

Как монументалист работал и в Сикстинской капелле, сохранилась фреска Призвание Петра и Андрея. Множество людей (включены портреты видных флорентинцев, работавших в Риме), но все воспринимаются на 1м плане, направлены в центр, там центр и смысла, и композиции. Христос перед ним коленопреклоненные апостолы, сзади,

почти ровно по центру река, она развивает перспективу, в пейзаже есть что то голландское.

Портрет старика с внуком. Есть рисунок, где он с закрытыми глазами – тогда возможно портрет заказан родственниками умершего. Банальность: два возраста, портрет – топография лица. Бытовизм, но есть проникновение человеческого чувства. Между ними нежное общение, а сзади уходящий пейзаж. Это нидерландский тип.

Портрет Джованны Торнабуони, 1488, Тиссен-Борнемисса. Это уже традиции раннего 15в итальянского. Портрет профильный, несколько обощенный, зато с мельчайшими подробностями прописаны все детали.

Все равно, флорентийская живопись 2п 15в, даже дав замечательных мастеров, исчерпала себя, она не стоит в сравнении с другими центрами. Хотя она воспитала Леонардо, который открыт в будущее.