Глава II

тического характера: они четко в методологическом плане сориен-

тированы против реализма в широком смысле слова. В данном

случае Фельман подвергает критике референциальную природу

реалистического сознания, т. е. его установку на соотнесение мира

вымысла с миром реальности. Сама попытка Филиппа вернуть

разум Стефани рассматривается критиком как аморальная, по-

скольку он стремится насильственным путем изменить, т. е. унич-

тожить ее безумную инаковость, подчинить ее тем самым струк-

турам сознания, которыми руководствуется он сам, т. е. заведомо

мужским, сделать так, чтобы она узнала себя и снова признала

себя "его Стефани".

Еще больший грех Филиппа, по утверждению Фельман, за-

ключается в том, что он попытался это сделать "реалистическими

средствами", осуществив реалистическую реконструкцию сцены

страдании военного времени, где она потеряла свой рассудок.

Основной порок реализма, с точки зрения Фельман, в том, что

он пытается воспроизвести, скопировать действительность, и кри-

тики, находящаяся во власти реалистических структур сознания,

интерпретируют текст новеллы, следуя за логикой главного героя,

видят все описываемое лишь только его глазами. "Просто пора-

зительно, -- пишет исследовательница, -- до какой степени ло-

гика ничего не подозревающего "реалистического" критика спо-

собна воспроизводить одно за другим все заблуждения Филиппа"

(там же, с. 10).

Хваля реализм Бальзака и рассматривая новеллу как обра-

зец "реалистического письма", критики-мужчины, по мнению

исследовательницы, демонстрируют "как на критической, так и на

литературной сцене ту же самую попытку присвоить означающее

и редуцировать его способность к дифференцированной повторяе-

мости; мы видим то же самое стремление избавиться от различий,

ту же самую политику отождествления, ту же самую тенденцию к

господству, к контролю над смыслом. Вместе с иллюзиями Фи-

липпа реалистический критик, в свою очередь, точно так же по-

вторяет его аллегорический акт убийства, его уничтожение Дру-

гого: критик также по-своему убивает женщину (подчеркнуто

автором. -- И. И.), убивая в то же самое время вопрос о тексте

и сам текст как вопрос" (там же, с. 10).

Весь этот пассаж, пожалуй, как нельзя лучше иллюстрирует

постструктуралистскую мифологему феминизма со всем ее ценно-

стным рядом, фразеологией и заранее известным адресом уже

теперь традиционных инвектив. Как широкомасштабное явление

социального порядка и как влиятельный фактор интеллектуальной

153

ОТ ДЕКОНСТРУКТИВИЗМА К ПОСТМОДЕРНУ

жизни современного западного общества феминизм захватывает

своим воздействием в данное время практически весь спектр гу-

манитарных наук, тем не менее именно в литературоведении он

обрел тот рупор своих идей и настроений, который вот уже в те-

чение двадцати лет самым активным образом влияет на общест-

венное сознание. И как бы ни оценивать это влияние, и как бы

ни учитывать весь баланс спорных и бесспорных достижений и

изъянов, в одном феминистской критике нельзя отказать -- она

всегда была и остается чутким индикатором состояния психиче-

ского менталитета общества, четко фиксируя все его изменения,

вычеркивая ту дрожащую линию на графике, на котором прихот-

ливо пересекаются здравый смысл и безумие научной абстракции,

аберрации и заблуждения.