Глава III

в начале. Это прежде всего технический прогресс в области

масс-медиа -- развитие аудио-визуальных средств коммуникации

во всех сферах, которые активно влияют на формирование массо-

вого сознания -- от создания мощной индустрии книгоиздатель-

ства с ее разветвленной системой рекламы, рецензирования, пре-

мирования и заказного "монографирования" до влиятельной им-

перии газетно-журнального дела; от кинопромышленности с ее

производственными и прокатными мощностями до телевидения и

бурно растущего феномена видео -- гибрида кино и телевидения.

Другой причиной можно назвать изменение самой структуры

читателя, воспитанного на этой массовой культуре. Наивно пола-

гать, что сегодняшний читатель ничем не отличается от читателя

начала века -- он изменился и качественно и количественно; в

своей массе он стал носителем устоявшихся вкусов и пристрастий

к стереотипам массовой культуры.

Третья причина -- изменение вкусов самой творческой ин-

теллигенции и, как следствие, изменение ее эстетической ориента-

ции. В XX в. с особой остротой возник вопрос о пропасти меж-

ду высокой и низкой культурой.

В произведениях постмодернистов бросается в глаза сущест-

венная переориентация эстетических установок, явное стремление

стереть грань между высокой и низкой литературой, однако, надо

сразу сказать, эти попытки весьма непоследовательны и противо-

речивы, поскольку они адресованы все-таки искушенному читате-

лю и носят явно вызывающе эпатажный и пародийный характер.

Ощущение угрозы коммуникативного провала породило агрессив-

ность речевого поведения авторской маски, всеми имеющимися в

ее наличии языковыми средствами она стремится вовлечь читате-

ля в активный диалог с собой, вызвать его на спор, спровоциро-

вать непредвиденную им реак-

цию.

Новьй дидактизм

Пожалуй, никогда в искус-

стве со времен эпохи Просвеще-

ния так сильно не ощущался в

литературе элемент дидактической направленности, целеустрем-

ленно ориентированный на перевоспитание читательских вкусов,

на перестройку стереотипов его восприятия. Здесь речь, конечно,

не идет о нравственном воспитании читателя в духе гуманистиче-

ских идеалов просветителей, придававших нравственному совер-

шенству человека социально-политический смысл.

Общественный и нравственный горизонт большинства писа-

телей-постмодернистов, как правило, совсем другого качествен-

167

ПОСТМОДЕРНЫЙ ЛИК СОВРЕМЕННОСТИ

ного и временного ряда и рода и имеет дело с якобы извращен-

ными человеческими ценностями (что в частности и определяет

одну из главных проблем этического импульса этих писателей),

деформированными, по их представлению, современным уровнем

состояния культуры и цивилизации постбуржуазного общества.

Эстетическое мироощущение в значительной степени ограни-

чено, если можно так сказать, внутрилитературной полемикой

против реализма, модернизма и массовой культуры, тривиальной,

развлекательной литературы, -- иными словами, не выходит за

пределы специфических форм эстетического сознания. Разумеет-

ся, тут приходится делать неизбежную оговорку, поскольку необ-

ходимо различать литературное течение постмодернизма, миро-

воззренчески ориентированное на воспроизведение жизни как

хаоса, лишенного цели и смысла, безразличного и чуждого чело-

веку, и постмодернистскую манеру письма. Последняя, хотя и

широко распространена, но требует для своей оценки в каждом

конкретном случае сугубо дифференцированного подхода, ибо

разные представители этой манеры по-разному определяют свою

жизненную позицию и соответственно задачи искусства. Напри-

мер, Кортасар, Фаулз, Воннегут при всей близости своего письма

стилистике постмодернизма в своих произведениях явно выходят

за пределы его мировоззренче-

ской эпистемы.

"Короткое замыкание"

Английский литературовед

Д. Лодж употребил в отношении

"постмодернизма" термин "ко-

роткое замыкание" (222, с. 135), и действительно, многие произ-

ведения этого рода "законтачены" на современности, на полити-

ческой и рекламной актуальности бытия.

Разумеется, это обманчивая близость, поскольку она служит

средством дискредитации привлекаемого реально-жизненного ма-

териала и тесно связана с проблемой псевдореализма, присущего

постмодернистской манере письма, отмеченной специфической для

модернизма тенденцией к натурализму. Ее постмодернистское

своеобразие заключается в том, что здесь она выступает как

псевдофактографичность или псевдодокументализм, когда неин-

терпретированные куски реальности посредством коллажной тех-

ники вводятся в ткань художественного повествования как бы в

сыром, неопосредствованном виде.

Естественно, что в общей структуре произведения они все

равно получают интерпретацию и, как правило, в весьма одно-

значной идеологически-эстетической перспективе. Псевдодоку-

168