Глава 16. Кочевое хозяйство агинских бурят..

193

ущерба для собственного хозяйства выставить на торг то или иное количество животных. У большинства скотоводческих хозяйств все излишки производства, как правило, шли на нужды собственного потребления.

Следует отметить, что с последней четверти XIX в. начинает возрастать влияние российской экономики на бурятское кочевое хо­зяйство. Наиболее часто в качестве факторов влияния упоминаются рост оседлости, внедрение земледелия, более продуктивного, чем скотоводство, ориентация хозяйства на рынок, уменьшение числа заболеваний (в том числе профилактические мероприятия против неизлечимых ранее болезней) и смертности населения, распростра­нение грамотности и т. д.

Рассмотрим некоторые из данных факторов подробнее. Можно говорить, например, о некоторой тенденции развития у агинских бурят седентеризационных процессов. Прослеживается медлен­ное, но постепенное увеличение общего количество оседлых ино­родцев" в волости. Если в 1850 г. их было около 80 человек, то в 1911 г. — более 650 человек (НАРБ, ф. 129, on. 1, д. 512: 25; ф. 131, on. 1, д. 494: 149). Начиная с 1870-х гг. у агинских бурят фиксируется свиноводство, которое является четким марке­ром оседлого образа жизни. Правда, число свиней в целом было невелико (в пределах нескольких десятков голов), и их выращива­ли исключительно жители оседлых населенных пунктов (см. табл. 19). Поэтому гораздо более важным свидетельством седентериза-ции является увеличение количества деревянных юрт на зимних и летних пастбищах бурят. Если в 40-е — 50-е гг. XIX в. их общее число на волость не превышало 80 штук, то уже в конце XIX — начале XX в. общее количество деревянных юрт перевалило за две с половиной тысячи, увеличив совокупный процент до 27 — 31% (НАРБ, ф. 129, оп. 1, д. 590: 14 об.; д. 687: 10; д. 2402: 34; д. ЗОЮ, 6 об.; д. ЗОН: 12 об., 13 об.; д. 3012: 12 об.; д. 3059: 13 об.; д. 3320: 23, 23 об.; д. 3462: 10 об.; д. 3754: 74 об.; д. 3873: 102 об, 106; д. 3945: 164-164 об., 191 об.; ф. 131, д. 539: 54; д. 283: 236; д. 488: 247 об.; ф. 267, оп. 1, д. 3.: 76, 76 об., 80 об., 89; ф. 275, оп. 1, д. 113: 262 об.).

Вместе с земледелием в Восточное Забайкалье в начале XX в. пришла и некоторая механизация сельскохозяйственного труда.

194_hi. H. Крадин. Кочевники Евразии_

Глава 16. Кочевое хозяйство агинских бурят..

329

состав стада у них остался традиционным (т. е. с преобладанием овец и коз) и не начал постепенно изменяться в пользу увеличения поголовья крупного рогатого скота, то заготовленных кормов могло бы хватать на достаточно длительный период времени. Для пи­тания одной овцы было необходимо в холодное время ежедневно около 2,5 кг сена. Поскольку уже в конце XIX в. на одну услов­ную кормовую единицу (т. е. овцу) в волости приходилось при­мерно 12—19 пудов сена, то этим количеством кормов можно было подкармливать животных 2—4 месяца. К тому же столь низкий в сравнении с другими ведомствами и управами расчет на одну среднестатистическую кормовую единицу обусловлен не столько незначительными объемами сенозаготовок, сколько большим ко­личеством скота у бурят Агинской волости. В валовом объеме сена по ведомствам Забайкальской области агинцы выкашивали более 4 млн пудов, что уступало заготовкам сена только Хоринскому ведомству (Серебренников, 1925: 118).

Одним из наиболее важных новшеств стала организация борьбы с эпизоотиями крупного рогатого скота на государственном уровне. Катастрофические последствия эпизоотии вызывали существенное беспокойство у официальных властей, которые предпринимали по­пытки изучения данных явлений и выработки рекомендации, чтобы воспрепятствовать их масштабному распространению на территории всего Восточного Забайкалья. Была даже разработана специаль­ная программа по сбору соответствующей информации (НАРЬ,

ф. 129, on. 1, д. 1903: 7-9).

13 марта 1869 г. была утверждена специальная инструкция врачебного отделения Забайкальской области, п которой были ого ворены обязанности должностных и иных лиц в случае вспышки болезни (НАРБ. ф. 129, on. 1. д. 2461). Были введены жесткая ответственность за неинформирование хозяевами скота местных властей и полиции о появлении признаков болезни и строгие прави­ла, предусматривавшие санитарно-эпидемиологический осмотр все­го поголовья, предназначенного на убой, а также жесткий контроль в случае появления признаков болезни. Все животные должны были быть осмотрены ветеринарным врачом, при обнаружении призпа ков болешн вес сраженные должны были быть изолированы

К 1911 г. в области насчитывалось 76 плугов и сох, 33 сенокосил­ки, 69 грабель и 140 борон, молотилка, веялка и даже жатвенная машина (НАРБ, ф. 131, on. 1, д. 363: 23). Однако уже через четыре года у агинских бурят имелось 80 плугов, 47 сенокосилок. 141 грабли, молотилка, сеялка, 23 веялки, 4 жатвенные машины и 56 сепараторов и маслобоек (там же, д. 494: 121; д. 515: 3) Очевидно, что примерно на три с половиной тысячи дворов этого было ничтожно мало. Но в то же время следует оказать, что боль­шинство сельскохозяйственных орудий связано не столько с земле­делием, сколько с заготовками кормов для животных на зиму.

Надо отметить, что до появления в Забайкалье русских пер­вопроходцев основным видом хозяйственной деятельности бурят было скотоводство, и важным следствием модернизации сельско го хозяйства стало развитие сенокошения. В отличие, например, от монголов, почти не занимавшихся заготовкой кормов на зиму, буряты это практиковали вполне самостоятельно (За.\кинд, 1958: 169-170). Однако интенсификация сенокошения связана с куль­турным влиянием русскоязычных переселенцев, заимствованием у них более совершенной технологии сенокошения.

Поскольку на одну условную кормовую единицу в Агинской волости заготавливалось гораздо меньше сена, чем в других уп равах и ведомствах Забайкалья, то сложилось мнение, будто се нокошение здесь занимало более скромное место, чем у других территориальных групп бурят (МКК, 13: 111). 1 ак, например, со гласно выводам участников экспедиции, обследовавшей скотоводов Агинской волости в 1908 г., общий вес покошенных трав в расчете на поголовье скота был весьма незначителен, что свидетельствова \о. по их мнению, о преимущественном содержании животных на подножных кормах (Солдатов. 1911: 301). Сено заготавливалось в ос истцом на случаи различных климатических стрессов: джутов пожога трав, снегопадов и т. д.

Однако данные выводы должны быть приняты с существенны ми оговорками. Вне всякого сомнения, агинские буряты в указан ный период, как и ранее, продолжали вести традиционный кочевой (Ч-раз жизни с преимущественным содержанием стад животные на подножном корму. Но к концу XIX в уже примерно 70'' хсмяис ж агинских бурят ста \о заниматься сенокошением. Ксли t в

330_ti. H. Крадин. Кочевники Евразии_

_Глава 16. Кочевое хозяйство агинских бурят..._195

1 НЛРЬ. ф. \2<), on. 1, д. 42: 7 об.д 129: 1-2: д. 217: 2-3; д. 250: 1 об.- 2. д. 253: 49-49 об.; д. 322: 47; д. 372: 1-2, 5; д. 462: 37 об.; д. 484: 6 7; д. 512: 42; д. 561: 13 14; д. 590: 24; д. 676: 1 об.-2; д. 832: 3-4; д. 1930: И; д. 2110: 7 об.; д. 2286: 157 об.; д. 2 325: 145;

д. 2355: 140. 142 об.; д. 2402: 22, 33, 48, д. 2419: 12; д. 2458: 136. 138,

140, 142; д. 3291: 12 об., 13; д. 3315: 48; д. 3320: 25; д. 3462: 23; д. 3745 2 об-З, 73 об.; д. 3762: 127; д. 3873: 102, 106 об.; д. 3945: 164 164 об.. 184, 191 об.; ,],. 131, оп. 1, д. 98: 10 об. 11. д 283: 234; д. 363: 25: д. 488: 234; д. 494: 141; д. 539: 53; ф. 267. оп. 1, д. 3: 76, 76 об., 80 об., 89; д. 6: 96 об., 118 об.; ф. 427, on. 1. д. 50: 212.

2 НЛРЬ. ф. 129, on. 1., д. 322: 44 „б 4 5, д. 462. 38; д. 512: 42 об.; д. 590: 24 об.; д. 687: 17 об.; д. 3462: 4, 2 3 об; ф. 131, оп. 1, д. 363: 26;

д. 494: 145; ф. 427, д. 50: 212 об.

1 НАРБ, ф. 129, оп. 1. д. 462: 37,.. : д. 512: 42, 48; д. 590: 24; д. 687: 17; д. 3462: 4, 23; ф. 427, он. 1, д 50: 212

Предусматривались также специальные меры для дезинфек­ции пастухов и ветеринаров, здоровых животных (дегтем, во из­бежание заражения их насекомыми), а также мест содержания скота. Чтобы дикие звери и насекомые не могли способствовать дальнейшему распространению заразной болезни, было предписано зарывать околевших животных на глубину не менее одной казенной сажени, предварительно облив их раствором извести.

Были установлены запреты перегонять больной скот на иную территорию и, наоборот, прогонять здоровый через местность, на которой были обнаружены очаги болезней. Если же последнее не представлялось возможным, то власти должны были обеспечить безостановочный прогон скота, минуя селения, по обходным до­рогам. Для локализации очагов распространения болезней пред­полагалась установка на дорогах специальных кордонов на пе­риод вспышки эпидемий и дополнительно на полуторамесячный карантин (НАРБ, ф. 129, оп. 1, д. 2461: 32-32 об., 208, 252;

д. 2479: 65 об.).

Однако особенно эффективной мерой борьбы против распро­странения массовых эпизоотии стала вакцинация скота. Врачи-ве теринары и специально обученные санитары выезжали на места распространения болезней и проводили там прививание больного и меры профилактики для здорового скота. Это способствовало уменьшению очагов распространения эпидемии, увеличению пого ловья животных.

Необходимо также упомянуть последствия втягивания скотово дов в товарную экономику. Если еще во второй половине XIX в состав стада у агинских бурят был обычным для кочевников арид ных зон Евразии (при ведущей роли лошади, но с преобладанием мелкого рогатого скота), то в годы, предшествовавшие I 1ервои мировой войне, произошли существенные изменения. Достаточно сравнить, например, 1882 и 1911 гг. (см. табл. 19). В 1911 г. изме нения произошли за счет существенного сокращения поголовья овен от 50 до 34% от общего поголовья животных, при одновременном увеличении доли рогатого скота с 22 до 40%. Можно предполо жить, что это связано с постепенной переориентацией хозяйств.' агинских бурят, в первую очередь богатых и очень богатых, с за мкнутого натурального хозяйства на рынок.

Все это вело к необратимым последствиям в экономике, обще­стве и культуре кочевников. Данные Агинской экспедиции 1908 г. и сравнении с переписью Куломзина, например, показывают, что за 11 лет произошли определенные изменения в социальной структуре агинских номадов: увеличилось количество бедных и не имеющих каких-либо видов животных хозяйств, возросло число бесскотных хозяйств, в некоторой степени этот процесс затронул и богатые хозяйства. В целом "отношение между бедными и богатыми хо­зяйствами изменилось в сторону увеличения числа первых. Диф­ференциация населения за последняя 11 лет стала большей, чем была ранее, а вместе с нею шло общее обеднение бурят скотом и уменьшение размеров скотоводства' (С олдатов, 1911: 277). Од-нако вряд ли кто в то время предполагал, что бурятское кочевое хозяйство находится на пороге еще больших потрясений, поставив­ших, в конечном счете под угрозу само существование номадов за счет кочевой скотоводческой экономики. Но эта тема уже выходит за рамки настоящего исследования.