В.М. Сырых основы материалистической теории права

Сырых В.М., доктор юридических наук, профессор, руководитель отдела теории и истории права и судебной власти ФГБОУ ВО "Российский государственный университет правосудия".

1. Доктриной, способной творчески реализовать идеи интегративного подхода на сугубо научной методологической основе, выступает материалистическая теория права. Согласно этой теории, в основе действующего позитивного права лежит объективное право, представляющее собой правовую форму экономических отношений производства, распределения, обмена и потребления.

Единство правовой формы и экономического содержания убедительно продемонстрировало исторически первое экономическое отношение обмена, которое стало возможным лишь после того, как на заре истории цивилизации два владельца частной собственности сумели осуществить его на сугубо правовых началах равенства, свободы воли, взаимозависимости и эквивалентности <1>. Заметим, что для выявления этих принципов не требовалось сложных научных исследований. Индивиды, испытывающие потребность в обмене товарами, самостоятельно выявили и реализовали названные принципы действительного права, не утратившие своего значения по настоящее время.

--------------------------------

<1> Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. 1. С. 187 - 193.

Любое ныне действующее экономическое отношение производства, распределения, обмена и потребления обладает присущей ей правовой формой, отражающей особенности содержания этого экономического отношения и неизменно соответствующей всеобщим правовым принципам равенства, взаимозависимости, свободы воли и эквивалентности. Всеобщие принципы частного права и конкретизирующие их нормы, опосредствующие правовую форму действующих в настоящее время экономических отношений, составляют объективное право.

Таким образом, в рамках материалистической доктрины правовая форма экономических отношений имеет объективный характер, как и сами экономические отношения, действует независимо от воли и желаний людей. Ответ на вопрос, что из себя представляет правовая форма, адекватная современному содержанию экономических отношений, должна давать правовая наука.

Ориентированная на раскрытие закономерностей функционирования и развития права, правовая наука призвана уделять первостепенное внимание объективной основе права, раскрытию современного состояния правовой формы экономических отношений. Однако, как известно, российская правовая наука, исповедующая позитивистскую доктрину, этот вопрос автоматически исключает из своих исследований на том основании, что он лежит за пределами предмета правовой науки и исследуется экономистами. Российское, равно как и зарубежное правоведение, в настоящее время не имеет четких представлений о системе объективного права, его правовых нормах и институтах, но успешно использует такие принципы объективного права, как равенство, свобода, эквивалентность. Познание объективного права составляет удел будущих исследований, успешное развитие которых позволит правоведам оторвать глаза от эмпирического, догматического анализа текста нормативных источников и обратить свой взор на непосредственные реалии экономико-правовой практики.

2. Правовую форму как объективное право не следует отождествлять с позитивным правом. Во-первых, позитивное право, как и всякий познавательно-волевой акт, может отходить от объективного права, закреплять произвольную волю законодателя, т.е. представлять собой не право, а его превращенную форму. Во-вторых, и это самое главное, переход объективного права из возможности в действительность не ограничивается одним позитивным правом, а включает в себя еще три формы: индивидуальное, конкретное и действительное право.

3. Индивидуальное право, которое упорно игнорируется позитивистской доктриной, в действительности является необходимой и равноценной позитивному праву формой объективного права.

Процесс формирования индивидуального права носит комплексный характер и состоит из трех стадий: психологической, экономической и юридической. Формирование права ведется через осознание индивидом своей потребности к определенному предмету, определение его потребительной и меновой стоимости и осознания индивидом экономической дееспособности. Далеко не всякий юридически правоспособный субъект оказывается дееспособным экономически, т.е. способным купить товар, в котором он испытывает нужду, потребность.

Выбирая юридически значимое действие по овладению предметом потребности, индивид далеко не всегда ориентируется на действующие нормы права. На этой стадии он предстает действительно свободным и может рассматривать даже противоправное деяние в качестве варианта своих последующих действий. Ведущим мотивом избранного индивидом варианта юридически значимого действия является его материальный интерес, желание получить максимальную выгоду. В тех случаях, когда возможность ее получения предоставляется на путях, плохо сочетаемых с законом, индивид может игнорировать закон и искать новые правовые пути реализации своих материальных или духовных интересов. Именно на этом пути по-прежнему индивиды формируют новые правовые отношения, которые наилучшим образом соответствуют современному уровню в развитии экономики.

Таким образом, силой, способной заставить индивида вступить в конкретное частноправовое отношение, выступает отнюдь не позитивное право, а в первую очередь желание удовлетворить свои потребности в пище, жилье, одежде, иных материальных и духовных благах. Правилом своего поведения он избирает ту норму, которая закрепляет максимально простой способ удовлетворения соответствующей потребности, при этом гарантирующей максимально полное удовлетворение его имущественных и иных интересов, в том числе получение максимальной выгоды.

4. Позитивное право как всеобщая форма выражения объективного, подобно любому акту познания закономерного и всеобщего, может соответствовать объективному праву и быть его действительной формой, а может не соответствовать, представлять собой превращенную форму. Поэтому индивидуальное право, поставленное в формально-логическое соответствие с превращенной формой позитивного права, не является действительным. Форма, следующая своей основе, не может исправить ее недостатки, она способна лишь добросовестно повторить и преумножить их.

Добросовестным воспроизведением превращенной формы позитивного права в индивидуальном праве индивид не приближает объективное право к действительности, а удаляет его от нее, создавая условия для воплощения в жизнь субъективной воли законодателя, культивируя отношения, препятствующие действию объективного права и развитию охраняемых им ценностей.

Законодательство Советского государства, закрывшее нэп административными мерами, задолго до того, как были созданы экономические предпосылки этой меры в виде способности государства самостоятельно производить товары народного потребления в количестве, необходимом для удовлетворения потребностей населения, представляло собой превращенную форму права. Законодательство опередило экономические возможности Советского государства, тогда как право не может быть выше, чем экономический и обусловленный им культурный уровень развития общества. Государственные органы и законопослушные граждане, неукоснительно исполнявшие эти законы государства, представляющие собой превращенную форму права, действовали законно, но не правомерно. Индивиды, которые в обход закона пытались культивировать свое право частного собственника свободно владеть и распоряжаться частной собственностью, занимались спекуляцией, созданием разного рода нелегальных, подпольных предприятий, действовали в своем праве, хотя и незаконно.

Таким образом, определить действительность индивидуального права одним формально-логическим сравнением с нормами позитивного права не представляется возможным. Достоверным критерием в этих целях может выступать только объективное право. Полнота и точность их отражения в индивидуальном праве позволяет достоверно утверждать о его действительности или принадлежности к превращенной форме. Индивидуальное право как особая стадия перехода объективного права в действительность призвано бережно сохранить в себе все богатство содержания последнего, обеспечивать его перевод на уровень единичного и субъективного. Убедиться в том, насколько успешно индивидуальное право справилось со своим высоким предназначением, можно лишь одним путем - посредством его сопоставления, сравнения с объективным правом.

Индивидуальное право (его отдельные нормы или их совокупность), как и позитивное право, признается действительным, если оно, во-первых, соответствует общим принципам объективного права (взаимозависимости, эквивалентности, равенства и свободы воли) и, во-вторых, конкретным нормам, в которых отражается, фиксируется правовая форма отдельных экономических отношений.

5. Конкретное право в форме соглашения и договора выступает третьей необходимой формой, которую принимает объективное право в процессе перехода из возможности в действительность. Действительное конкретное право - это общие и согласованные волеизъявления сторон, закрепленные индивидуальным договором и соответствующие всеобщим принципам и нормам объективного права. Согласно материалистической теории права конкретные предписания, как и индивидуальное право, признаются действительным правом, если они удовлетворяют принципам и конкретным нормам объективного права.

Если конкретное право соответствует объективному праву, но противоречит позитивному, то имеются все основания полагать, что стороны договора сумели найти новую правовую связь, которая наиболее точно отражает современный уровень в развитии общественных отношений и имеет все основания в перспективе подняться на уровень общей нормы позитивного права. Конкретные предписания, закрепленные договором, не соответствующие общим принципам права либо действительным нормам позитивного права, представляют собой превращенную форму, не способную обеспечить перевод объективного права из возможности в действительность.

6. Действием субъектов, ориентированных на исполнение субъективных прав и юридических обязанностей, конкретного права обеспечивается воплощение объективного права в действительность, оно становится моментом, частью политико-правовой практики. Однако далеко не каждый обязанный участник правоотношений стремится надлежащим образом исполнять свои обязанности, в связи с чем имеется настоятельная потребность в государственном принуждении, осуществляемом по нормам публичного права.

Фактические правоотношения дают бесспорные свидетельства тому, насколько субъективные представления об объективном праве, культивируемые в правовом сознании общества, государства и индивидов соответствуют действительному содержанию экономических отношений и что нужно делать, чтобы обеспечить гармонию между правовой формой и содержанием этих отношений. И в этом видится наиболее важное социально-экономическое значение фактических правоотношений как формы, завершающей процесс воплощения объективного права в действительность и обеспечивающей реализацию этой функции успешно либо менее успешно, а временами и вовсе с негативными результатами.

Правовая, как и любая субъективная деятельность, способна давать сбои, приводить к ложным результатам, и с учетом этого обстоятельства процесс перехода объективного права в действительность осуществляется в многостадийной форме, способной нейтрализовать субъективизм как законодателя, так и индивида.

С учетом изложенного право представляет собой основанную на принципах равенства, свободы воли, взаимозависимости и эквивалентности всеобщую социальную связь индивидов и иных лиц, в которую они вступают в целях удовлетворения своих материальных и духовных потребностей. Неукоснительное следование всеми или большинством членов общества принципам и нормам объективного права обеспечивает прогрессивное развитие экономической, политической, социальной и иных сфер современного общества и общества в целом.

7. Многостадийный процесс перехода объективного права в действительность свидетельствует о том, что трактовки права, содержащиеся в иных правовых теориях, представляют собой лишь частный случай вышеизложенного понимания права, результат абсолютизирования той или иной стороной реально сущего права. Поэтому материалистическая теория права не отрицает достижений других правовых теорий, опирается на них, но ставит их в надлежащую связь.

Материалистическая доктрина воспринимает основное положение теории естественного права о наличии права, лежащего вне закона, и, развивая это положение, показывает, что в этом качестве выступает юридическая форма экономических отношений. Материалистическая теория права солидаризируется с позитивистской доктриной в понимании позитивного права как действенного способа обеспечения единого правопорядка в обществе, но не ограничивается этим, а идет дальше, выделив критерии (объективное право), с помощью которых можно отличить действительное позитивное право от законодательного произвола. Материалистическое правопонимание полностью поддерживает исходное положение психологической теории права о способности индивидуального, интуитивного права выступать действенным фактором реализации права в конкретных правоотношениях и не отрицает положений социологической теории права о правоотношениях как действительной форме права.

Таким образом, материалистическая теория права, последовательно заимствуя прогрессивные положения других правовых теорий, реализует интегративный подход.

8. Логической формой теоретического познания процесса перехода объективного права как возможности в действительность, в систему конкретных правоотношений в материалистической теории права выступает восхождение от абстрактного к конкретному, которое впервые было применено Г. Гегелем в работе "Философия права". Вместе с тем данный метод, примененный с позиций объективного идеализма, не способствовал раскрытию диалектики объективного и действительного права. Диалектика права оказалась поставленной с ног на голову. Попытки советских правоведов осуществить восхождение от абстрактного к конкретному в рамках позитивистской доктрины также не дали плодотворных результатов. Поэтому задача раскрытия закономерностей права в материалистической доктрине предстает одновременно и как задача разработки логической формы, способной привести к познанию действительной природы права и тем самым лишить актуальности саркастическое замечание двухсотлетней давности И. Канта о том, что юристы до сих пор ищут свое право.