§ 2. Какова роль гротеска в познании?

Первоначально словом «гротеск» называли особый тип орнамента, открытый при раскопках гротов в Риме, отсюда и происхождение термина. Он состоял из причуд­ливого сплетения стеблей растений, масок, карикатурных фигурок людей и животных. В дальнейшем, особенно в эпоху Возрождения, гротеск становится художествен­ным приемом в освоении эстетически воспринимаемой реальности, принимающей фантастический оттенок. По­лучив свое широкое применение в искусстве, гротеск ис­пользовался с целью вызова у зрителя или слушателя бур­ной эмоциональной реакции - удивления, смеха, раздра­жения, страха. Появление подобных чувств было связано с деформацией воображения человека, который обнару­живал в произведениях фантастические комбинации ре­альных предметов и явлений, сочетание несовместного, представление контрастов. Гротеск как метод отражает эс­тетическую форму выражения диалектического единства противоположностей, где ужасное и уродливое доводятся до своей противоположности - смешного, комического.

Именно благодаря этому приему происходит эстетичес­кий взаимопереход трансформация комического в тра­гическое, обыденного в фантастическое, низменного в священное, ужасного в возвышенное.

Какова роль гротеска в искусстве? С точки зрения В. Гюго, эстетическая природа гротеска состоит в соеди­нении прекрасного и безобразного. Посредством гротес­ка безмерно расширяется сфера проявления красоты. Ведь красота имеет лишь один облик, безобразное же - тысячи образов, и только гротеск позволяет уловить все многообразие форм бытия. Значение гротеска - в том, что он делает более возвышенным и чистым представле­ния о прекрасном, ибо соседство безобразного и пре­красного но закону контраста подчеркивает силу со­став] I ых элементов.

Гротеск встречается как в изобразительном искусст­ве, так и в музыке, и в литературе. Так, например, мы обна­руживаем гротескное изображение в одной из картин Гойи «Ты, который не можешь», где наездники - ослы, оседлали своих всадников - людей. Оно образно воплоща­ет идею внутреннего разлада социальной действительнос­ти, паралича, разбившего общество, в котором правящие не в силах управлять, а подчиненные - выполнять их волю.

Д. Д. Шостакович в Седьмой симфонии сатиричес­ки - гротескно изобразил фашистское нашествие, чья зло­вещая поступь ассоциировалась с угловатыми движения­ми механической игрушки.

В. Шекспир в 66 сонете изображает в гротескной форме победу в мире зла над добром:

Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж Достоинство, что просит подаянья,

Над прос тотой глумящуюся ложь,

Ничтожество в роскошном одеянье,

И совершенству ложный приговор,И девственность, поруганную грубо,

И неуместный почести позор,

И мощь в плену у немощи беззубой,

И прямоту, что глупостью слывет,

И глупость в маске мудреца, пророка,

И вдохновения зажатый рот,

И праведность на службе у порока.

Все мерзостно, что вижу я вокруг...

Но как тебя покинуть, милый друг.

§ 3. Какова роль метафоры в познании?

Метафора как художественный прием освоения реальности очень близка по своей роли с приемом срав­нения. Однако уже Аристотель различает сравнение и метафору по следующему признаку: если в сравнении прибавляется слово «как», то в метафорическом выра­жении нужда в нем отпадает. Метафора становится ме­тодом, основанным на сходстве явлений. Сравниваемые предметы в метафоре не отделяются друг от друга, как в приеме сравнения, но образуют целостность, которая имеет не механическую, а гносеологическую природу. Ее суть заключается в перенесении признаков с одного предмета на другой. Их совмещение с подразумеваемой схожестью и различием рождает законченный художе­ственный образ, не отменяющий два сравниваемых предмета, но, наоборот, объединяющий их. Чем совер­шеннее эстетическое сознание, тем больше проявляется в нем склонность к метафорическим способам освоения реальности. Она становится тем путем, который сможет привести человека к пониманию единства мира. Именно благодаря метафоре, объединяющей собой последова­тельно все вещи и явления, сознание человека приходит к логическому итогу ее проявления, утверждающему, что весь мир есть Бог. А это значит, что в явном или не-явном виде метафорический способ освоения реальнос­ти присутствует почти в каждой человеческой деятель­ности. Так, необходимость метафоры в философии от­метил уже Аристотель, полагавший, что она связана с перенесением имени с рода на вид или с вида на род, или с вида на вид, или по аналогии. Без метафоры не­мыслима литература. Так, например, у Пушкина мы чи­таем: «Пчела за данью полевой летит из кельи воско­вой», или у Маяковского: «Парадом развернув моих страниц войска, я прохожу по строчечному фронту». Метафорой в живописи являются «авангардные» тече­ния, к которым, несомненно, относятся кубизм, абстрак­ционизм, сюрреализм и др. Метафорой в науке может служить, к примеру, изречение Ньютона, утверждавше­го, что «книга природы написана па языке математики». Метафорой в религии - утверждение христианства, что Бог - это абсолютная Личность.