§ 4. Каково отношение к смерти

в различных религиях?

Смерть как неизбежное явление физической жизни становится фокусом внимания в различных культурах, философиях и религиях. Можно сказать и так: всякая жизнь является лишь приготовлением к неизбежности смерти. И в зависимости от того, насколько качественно была прожита жизнь, смерть становится для нее либо за­служенным вознаграждением, сравнимым с долгождан­ным ночным отдыхом после тяжелого трудового дня, ли­бо ожиданием страшного наказания за неверное отноше­ние к жизни. В любом случае, феномен смерти во всех религиях становится тем явлением, с которым человек вынужден сознательно или бессознательно считаться. I I действительно, роль смерти в жизни как отдельно взя­того человека, гак и человеческой цивилизации в целом переоценить невозможно. Допустим на минуту, что все поди бессмертны. Отсутствие того предельного рубежа, который заставляет всех в жизни к чему-то стремиться, реализуя свою подлинную, но еще не раскрывшуюся при­роду, позволило бы пребывать в безмятежном, абсолютно бездейственном состоянии самодовольства. Но только бессознательное ощущение ограниченности жизни во вре­мени толкает человека к тому, чтобы он оставил свой след в культуре, в истории. Так обретается реальное материаль ное бессмертие, обнаруживающее себя для конкретного человека в его наследии для других, то есть в архитектуре, музыке, книгах, картинах, и, наконец, в религиях. Иге ото выступает результатом жажды бессмертия смертного по своей природе человека. Таким образом, смерть во всех культурах выступает вечной побудительной силой, за ставляющей человека запечатлевать свои мысли, знания, идеи в памяти всего человечества, обретая в пей свою веч ность. Поэтому смерть так же необходима угля жизни, каки жизнь - для смерти. Ведь жизнь - это ограниченный временем шанс, данный человеку для того, чтобы, реали­зовав свою природу, он смог либо приблизить себя к Богу, либо стать им.

А между тем в разных религиях мы находим отлич­ные друг от друга понимания природы смерти. Их анализ приводит нас к четырем ярко выраженным концепциям. Первая из них утверждает, что смерть тела ведет к неиз­бежному разложению и души тоже. Вторая концепция убеждает, что смерть ведет к освобождению души от тела навсегда. Третья считает, что смерть обеспечивает душе смену старого тела на новое. Четвертый подход обнару­живает иллюзию существования тела, которого на самом деле удуши никогда не было. Рассмотрим эти концепции и их представителей несколько подробнее.

Концепцию неизбежного разложения души после смерти тела представляют, например, древнеиндийская школа чарвака и древнегреческие атомисты: Демокрит, Левкипп, Эпикур, Лукреций. Обобщая их взгляды, можно сказать, что все в мире состоит из различных комбинаций высших материальных атомов, являющихся субстанцией мира и человека. Из тяжелых атомов в универсуме рожда­ется земля, а в человеке они образуют тело. Легкие же ато­мы порождают небо, а в человеке они становятся его ду­шой. В случае смерти тела дальнейшему разложению ато­мов подвержена и душа человека. Таким образом, жизнь, согласно атомистам, уникальна и неповторима.

Иной концепции придерживаются иудаизм, хрис­тианство и ислам. Здесь человеческая жизнь так же уни­кальна, как и в первой концепции, однако после смерти душа человека сохраняет свою автономность до Страш­ного суда, на котором будет решаться вопрос о продол­жении ее вечной жизни в раю или в аду. Физическая же смерть тела в иудаизме и христианстве трактуется как1.к луженная кара всему человечеству за грехопадение Адама.

Третья концепция основывается на индийском за |.» нк* сансары - колеса рождений и смерчей, и его евроиен < ком аналоге - метемпсихозе - переходе души из одного ома в другое. В закон посмертного перевоплощения души верило большинство древнеиндийских религиозных школ. И буддизм как одна из мировых религий выделяеа - ея среди них тем, что предлагает короткий путь совершеи- ггвования, избегающий могущества сансары. Древние греки в лице Пифагора, Платона и неоилатониетов под­держивали идею перевоплощения, ибо она органично вписывается в их иерархическую структуру мира. Основ­ная цель этой концепции смерти заключалась в поддерж­ке иерархического уклада общества, его кастовости и не­возможности при жизни перейти из одного общественно­го слоя в другой. Здесь ревностное исполнение своих кастовых обязанностей сулило кастовое повышение, но только в следующей жизни.

И, наконец, четвертая концепция понимания смер­ча! становится логическим продолжением третьей. Что происходит с тем человеком, который достигает своего во­площения в самой высокой общественной касте? Эти лю­ди обладают высшим знанием о том, что мир и наша в нем жизнь - это иллюзия. И потому на самом деле ни тела че­ловека, ни даже души не существует и никогда не сущее г вовало. Наше же ощущение собственного существования не более реально, чем ночное сновидение, в котором мы можем предстать перед собой кем угодно. Однако подоб­но тому, как утром мы просыпаемся и понимаем, чао эго был всего лишь сон, так и в нашей реальной жизни дол жен наступить момент прозрения, когда мы поймем, чао на самом деле ничего нет, а есть только великая мпсаак|)и- кация, получившая название «иллюзия жизни». Толькоздесь человек понимает, что его подлинной природой вы­ступает божественное Ничто, сравнимое со сном без сно­видений. И это абсолютное Ничто - Брахман - есть по­тенциальное все. Здесь и мир, и человек выступают само­ограничением божественной бесконечности в состоянии его сновидения. И подобно тому, как всякая ограниченная форма берет свое начало из бесконечного божественного Ничто, чтобы назад туда вернуться, так и всякое ощуще­ние человеком себя берет свое начало из универсального ощущения божественной бесконечности, отсутствие в ко­торой какой-либо ограниченности и есть подлинная при­рода всего иллюзорного. В этом суть адвайты-веданты Шанкары.