24.3. Права потребителей и государственных служащих на надлежащую правовую процедуру

Возрождение заинтересованности судов в экономических правах по­лучает дальнейшее отражение в двух сериях процессов, которые на первый взгляд представляются обычными в своем обращении к чи­стым процессуальным гарантиям (см. п. 21.1). В процессе Fuentes v. Shevin¹⁸ Верховный Суд отменил законы штата, санкционирующие получение обратно в результате виндикации, без судебного слушания, собственности, на которую выдана закладная и которая действитель-

¹⁷ Дальнейшее рассмотрение конституционных прав неимущих граж­дан см. в п. 24.3, а также в п. 27.4. См. также рассмотрение исключающего зонирования в п. 3.8.

¹⁸ 407 U.S. 67 (1972).

Права потребителей и государственных служащих...

849

но принадлежит лицу, подавшему виндикационный иск. Истцами были продавцы по контрактам в рассрочку, ответчиками — покупа­тели, якобы оказавшиеся в состоянии дефолта. По мнению суда, по­скольку покупатели имели право собственности на товары, продан­ные по контракту, данные товары являлись их собственностью в зна­чении принципа надлежащей правовой процедуры, содержащегося в Четырнадцатой поправке, т. е. собственностью, которой власти шта­та не могут их лишить без суда.

Основная предпосылка решения суда, согласно которой «право гражданина владеть тем, что он имеет, без вмешательства государ­ства» является правом, достойным судебной защиты,¹⁹ близка по духу экономическому анализу, но заключение суда — нет. Суд не подверг сомнению адекватность возвращения права владения в случае дефол­та при контракте о продаже в рассрочку (см. п. 4.13). Проблема заключалась в том, как лучше всего предотвратить использование данного средства как метода вымогательства при отсутствии факти­ческого дефолта. С точки зрения экономической теории наилучшим методом является создание отрицательного стимула к безоснователь­ному возврату права владения. Рассматриваемый закон обеспечивал это, требуя от продавцов выпуска закладных. Хотя процедура винди-кационного иска, как и процедура предварительного судебного запре­та, первоначально может осуществляться без участия присяжных, окон­чательное решение не может быть принято без слушания в суде. Если при слушании выясняется, что право собственности было возвращено ошибочно, продавец должен вернуть его и возместить убытки покупа­теля, если таковые имелись; продавец также должен возместить рас­ходы по закладной. Таким образом, он не сможет ничего выиграть и потеряет деньги, если будет претендовать на это право безоснователь­но. Поскольку требование выпуска закладной продавцом должно как предотвращать произвольное использование средства судебной защи­ты, так и защищать покупателя от (судебных) ошибок, покупатели также вряд ли могут что-либо выиграть от получения права на пред­варительное слушание.

Суд признал наличие у продавца экономического стимула к из­бежанию безосновательного использования средства судебной защи­ты, но постановил, что подобный стимул не является заменой реше­ния нейтрального чиновника. Предпочтение властных полномочий личному интересу как средства регулирования человеческого поведе­ния представляется странным экономисту, который также найдет странным и то, что суд должен проводить столь четкое разделение между конкретной вещью, право владения на которую возвращено,

¹⁹ Id. at 81. Еще более экстравагантный гимн правам собственности прозвучал на процессе Lynch v. Household Finance Corp., 405 U.S. 538, 552 (1972).

850

Экономически оправданная надлежащая правовая процедура

и ее экономическим эквивалентом. Требование, чтобы продавец вы­пустил закладную и обосновал виндикационный иск на слушании, защищало если и не продолжение владения конкретным товаром, то ценность интересов покупателей. В случае товаров широкого потреб­ления, фигурировавших в этих процессах, товар и его рыночная цен­ность взаимозаменяемы. Следствием решения по делу Fuentes явля­ется увеличение издержек контракта о продаже в рассрочку — со­мнительное благодеяние для покупателей.

Вторая серия процессов, которая также берет начало с красивого постулата, согласно которому Конституция запрещает государству лишать гражданина собственности без применения надлежащей пра­вовой процедуры, устанавливает принцип, по которому учителя и другие государственные служащие, заключившие трудовой договор на определенный срок, — контракт, запрещающий произвольное уволь­нение, — имеют право собственности на свои рабочие места, так что в случае их увольнения без судебного слушания нарушаются их кон­ституционные права. Использование термина «право собственности» в этих случаях является нестандартным. Установленный срок пре­бывания в должности является контрактным правом, а не правом собственности. Противоположностью контракта с установленным сро­ком пребывания в должности является не контракт о трудоустрой­стве, а добровольная занятость — занятость, лишенная гарантирован­ных контрактом и поддерживаемых правом гарантий против уволь­нения (см. п. 11.4). В любом случае представляется странным, что, по мнению судов, этим работникам нужна федеральная конституцион­ная защита. Если государственный служащий, который имеет кон­тракт с установленным сроком пребывания в должности, уволен, он может подать в суд на власти штата в соответствии с контрактным законодательством данного штата. И если власти штата не предостав­ляют уволенному государственному служащему надлежащих средств правовой защиты от нарушения условия контракта (срока занято­сти), то заработная плата государственных служащих будет выше, чем в случае наличия таких средств. Если предоставление этих средств должно обойтись в меньшую сумму, чем повышение заработной пла­ты, которое должно компенсировать их отсутствие, власти штата бу­дут иметь стимул к созданию таких средств правовой защиты. Если предоставление этих средств обходится в большую сумму, сам работ­ник предпочтет (ex ante) не иметь их. Поскольку право, которое за­щищается посредством судебного иска на основании Пятой или Че­тырнадцатой поправки об исполнении контракта с установленным сроком занятости, является продуктом этого контракта и поскольку средства судебной защиты от нарушения контракта могут рассматри­ваться как подразумеваемое условие контракта, остается неясным, какого права собственности работник был лишен, если он может ис­пользовать средства судебной защиты, на которые он имеет право

Вопросы

851

вследствие заключения контракта, даже если эти средства не включа­ют слушание в суде, отвечающее стандартам надлежащей процедуры на федеральном уровне.