Платонова теория государства

С учением о человеке и душе тесно связана теория госу- дарства Платона. Антропология и этика греческого философа, так же как и его онтология, имели целью создание совершенного человеческого общества, а поскольку жизнь греческих сообществ протекала в полисах — городах-государствах — создание идеаль- ного государства. Платоновская этика ориентирована не на фор- мирование совершенной личности, а скорее на формирование совершенного человеческого рода, совершенного общества. Этика Платона — не индивидуальная, как, например, у стоиков или эпикурейцев, а социальная, и потому она органически сращена с политической теорией Платона.

Платон делит людей на три разных типа в зависимости от того, какая из частей души оказывается в них преобладающей: разумная, аффективная (эмоциональная) или вожделеющая (чув- ственная). Если преобладает разумная, то это люди, которые стремятся созерцать красоту и порядок идей, стремятся к выс- шему благу. Они привержены к правде, справедливости и уме- ренности во всем, касающемся чувственных наслаждений. Их Платон зовет мудрецами, или философами, и отводит им роль правителей в идеальном государстве. При преобладании аффек- тивной части души человек отличается благородными страстями — храбростью, мужеством, умением подчинять вожделение долгу. Это качества, необходимые для воинов, или «стражей», которые заботятся о безопасности государства. Наконец, люди «вожде- леющего» типа должны заниматься физическим трудом, ибо они с самого начала слишком сильно привержены к телесно-физиче- скому миру: это — сословие крестьян и ремесленников, обеспечи- вающих материальную сторону жизни государства.

Есть, однако, добродетель, общая для всех сословий, которую Платон ценит очень высоко: это мера. Ничего сверх меры — таков принцип, общий у Платона с большинством греческих философов; к мере как величайшей этической ценности призывал своих сторонников Сократ; умеренность как добродетель мудреца чтили Аристотель, стоики и эпикурейцы.

Согласно Платону, справедливое и совершенное государство — это высшее из всего, что может существовать на Земле. Поэтому человек живет ради государства, а не государство — ради чело- века. В учении об идеальном государстве мы находим ярко выра- женное господство всеобщего над индивидуальным.

Опасность абсолютизации такого подхода увидел уже Аристо- тель. Будучи большим реалистом, чем его учитель, он хорошо понимал, что идеальное государство в земных условиях едва ли удастся создать в силу слабости и несовершенства человеческого

рода. А поэтому в реальной жизни принцип жесткого подчинения индивидуального всеобщему нередко выливается в самую страш- ную тиранию, что, кстати, сами греки могли видеть на многочис- ленных примерах из истории.

Аристотель:

человек есть

общественное животное,

наделенное разумом

Аристотель, однако, как и Платрн, считал государство не просто средством обеспечения безопасности индивидов и регуляции общественной жизни с помощью законов. Высшая цель государ- ства, согласно Аристотелю, состоит в достижении добродетельной жизни, а поскольку добродетель — условие и гарантия счастья, то, соответственно, жизни счастливой. Не случайно греческий философ определяет человека как общественное животное, наде- ленное разумом. Человек самой своей природой предназначен к жизни сообща; только в общежитии люди могут формироваться, воспитываться как нравственные существа. Такое воспитание, однако, может осуществляться лишь в справедливом государстве: с одной стороны, подлинная справедливость, наличие хороших законов и их соблюдение совершенствуют человека и способ- ствуют развитию в нем благородных задатков, а с другой — «целью государства является благая жизнь... само же госу- дарство представляет собой общение родов и селений ради достижения совершенного самодовлеющего существования» ', наилучшей жизни, которая, по Аристотелю, предполагает не просто материальный достаток (Аристотель был сторонником среднего материального достатка, когда в обществе нет ни бед- ных, ни слишком богатых людей), но в первую очередь соблюде- ние справедливости. Справедливость венчает все добродетели, к которым Аристотель относил также благоразумие, великодушие, самоограничение, храбрость, щедрость, правдивость, благожела- тельность.

Предпосылка политических концепций античных философов — признание законности и необходимости рабовладения. И у Плато- на, и у Аристотеля речь идет о государстве свободных: рабы не считаются гражданами государства. Люди от природы неравны, считает Аристотель; те, кто не в состоянии сам отвечать за свои поступки, не способен стать господином самого себя, не может воспитать в себе умеренность, самоограничение, справедливость и другие добродетели, тот раб по природе и может осуществлять лишь волю другого.

¹ Аристотель. Соч. В 4 т. М., 1983. Т. 4. С. 462.

Учение Аристотеля о душе. Разум и воля

не связанного больше тесными узами со своей социальной общиной и не могущего, как раньше, принимать непосредственное участие в политической жизни своего небольшого города-государства.

Определенные коррективы вносит Аристотель и в платонов- ское учение о душе. Считая душу началом жизни, он дает типо- логию различных «уровней» души, выделяя растительную, живот- ную и разумную души. Низшая душа — растительная — ведает функциями питания, роста и размножения, общими для всех вообще одушевленных существ. У животной души к этим функциям прибавляется ощущение, а вместе с ним и способность желания, то есть стремление к приятному и избегание неприятного. Разум- ная же душа, которой обладает из всех животных один лишь человек, помимо перечисленных функций, общих у человека с рас- тениями и животными, наделена высшей из способностей — рассуждением и мышлением. У Аристотеля нет характерного для Платона представления о низшем, телесном начале (и соответст- венно низших, растительной и животной, душах) как источнике зла. Аристотель рассматривает материю, тело как нейтральный субстрат, служащий основой для более высоких форм жизни. Сам разум, однако, согласно Аристотелю, не зависит от тела. Будучи вечным и неизменным, он один способен к постижению вечного бытия и составляет сущность высшей из аристотелевских форм, совершенно свободной от материи, а именно вечного двигателя, который есть чистое мышление и которым движется и живет все в мире. Этот высший разум Аристотель называет деятельным, созидательным и отличает его от пассивного разума, только воспри- нимающего. Последний главным образом и присущ человеку, тогда как деятельный разум — лишь в очень малой степени. Пытаясь разрешить трудность, возникшую у Платона в связи с учением о «трех душах» и вызванную стремлением объяснить возможность бессмертия индивидуальной души, Аристотель приходит к выводу, что в человеке бессмертен только его разум: после смерти тела он сливается с вселенским разумом.

Аристотелем завершается классический период в развитии греческой философии. По мере внутреннего разложения греческих полисов постепенно слабеет и их самостоятельность. В эпоху эллинизма (IV век до н. э.— V век н. э.), в период сначала македон- ского завоевания, а затем подчинения греческих городов Риму меняется мировоззренческая ориентация философии: ее интерес все более сосредоточивается на жизни отдельного человека. Мо- тивы, предвосхищающие этот переход, при внимательном чтении можно отметить уже в этике Аристотеля. Но особенно характерны в этом отношении этические учения стоиков и эпикурейцев. Со- циальная этика Платона и Аристотеля уступает место этике индивидуальной, что непосредственно отражает реальное поло- жение человека поздней античности, жителя большой империи,