Учение церкви о браке

В учении христианской церкви о браке нет полного единства взглядов. Уже в раннехристианской церкви постепенно стал распространяться взгляд, что воздержание от семейной жизни более угодно Господу, чем супружество. Такой смысл, по мнению некоторых, якобы заложен в словах апостола Павла; "хорошо человеку не касаться женщины" (1 Кор. 7,1), хотя и признавалось, что брак является меньшим злом, чем жизнь вне брака без целомудрия. Правда, позднее римско-католическая церковь на основании Послания к Ефесянам 5,31 объявила брак таинством, через которое брачующимся преподается благодать свыше. И все же брак рассматривался как состояние в духовном смысле менее совершенное, чем безбрачие. В XI веке, как обязательное установление для духовенства и монахов римско-католической церкви, был введен так называемый целибат - обет безбрачия. Мартин Лютер /1483-1546/ - глава Реформации и основоположник лютеранства - в своем вероучении отменил целибат. Этого взгляда придерживались Цвингли и Кальвин.

Семья как установление Божие является благословенной школой истинной любви и верности. "Быть отцом и матерью - это великое признание Божие, - говорит Ф. Шлейермахер, - это одновременно и школа, и церковь, и общество, и государство". Семья не является случайным обществом людей, близких между собою только по кровному родству. Лишившись моральной основы, она лишается главного своего фундамента и опоры. Только в семье, как на чудном дереве любви и долга, созревают плоды истинного счастья и радости. Несмотря на это, брак стал освящаться через видимое священнодействие в церкви только в XIV веке. В 1429 году католическая церковь объявила таинство брака, запретив разводы и смешанные браки.

Как известно, уже в апостольское время появились еретики, отвергавшие святость брака, считавшие его недостойным христианина (1 Тим. 4,1-3). Апостол Павел осуждал лжеучителей, возбранявших женитьбу из презрения к браку.

Вслед за апостолами божественное установление и святость брака проповедовали и защищали также отцы и учителя церкви.

Вопрос безбрачии подлежит, разумеется, особому рассмотрению. Отметим лишь кратко, что обет безбрачия может быть оправдан только при особых обстоятельствах: ради Царства Божия или в силу индивидуальных особенностей человеческой природы. "Кто может вместить, да вместит" (Мф. 19,12).

Известно также, что повторный брак в первохристианской церкви не пользовался особым одобрением. Этот взгляд поныне сохраняется в римско-католической церкви. Однако апостол Павел, как видно из всего Посланий, признает законность второго брака (Рим. 7,3; 1 Кор. 7,15,39). Только для тех лиц, которые занимают высшее положение в церкви, апостол Павел требует, чтобы епископ был мужем одной жены (1 Тим. 3,2; Тит. 1,6). В этом требовании отнюдь нельзя усмотреть неодобрение второго брака. Молодым вдовам он прямо советует выходить замуж (1 Тим. 5,14).

Некоторые на основании упомянутых текстов (1 Тим. 3,2; Тит. 1,6) считают, что епископ /пресвитер/ обязательно должен быть женатым человеком. Это мнение подтверждается тем, что семейный человек во многом стоит ближе к пониманию ее трудностей.

Очень многие истолковывают это место в том смысле, что епископ /пресвитер/ не имеет права, даже после смерти своей жены, вступить в новый брак. Подтверждение такому толкованию якобы можно найти в 1 Кор. 7 гл. Но в данном контексте эти тексты имеют только один смысл: епископ /пресвитер/ должен быть примерным мужем, хранящим брачный союз во всей его чистоте и святости. Так, например, в раннехристианских источниках, не вошедших в закон Нового Завета, можно найти такое заключение: "Не может быть от епископом, кто после своего крещения связан двумя браками, или кто имеет кроме жены наложницу".

Для правильного понимания этих текстов нам необходимо иметь хотя бы некоторое представление о моральном состоянии дохристианского мира. Истинное целомудрие, чистота супружеских и семейных отношений - вот что прежде всего принесло христианство в мир. Как ни странно, но полигамные браки были нередки даже среди иудеев. Так в обширном трактате "Диалог с иудеем Трифоном" /около 150 г./ Юстин Мученик пишет: "Даже до настоящего времени иудеям не возбраняется иметь четыре и пять жен". Еврейский историк Иосиф Флавий /37-95 гг/ пишет: "По древнему обычаю, муж может жить более чем с одной женой" /"Иудейские древности", 17,1-1/. Бесправие женщин было узаконено всей иудейской системой. Но положение в языческом мире было еще хуже: у Цезаря и Антония было четыре жены, по пять жен у Суллы и Помпея.

Поэтому нет ничего необычного в напоминании апостола Павла, что в мире, где самые высокие посты в государстве занимают многоженцы, христианская церковь должна явить пример подлинного целомудрия: епископом может быть только муж одной жены. Всякое другое толкование этих текстов может привести только к искажению их подлинного смысла.

После всего сказанного мы также лучше поймём и оценим все величие подвига Мартина Лютера, который, наперекор укоренившимся ложным традициям и взглядам, сняв с себя монашеское одеяние, открыто вступил в брачный союз, чтобы своим личным примером доказать, что супружество /моногамный брак/ есть установление Божие.