9.3. От­ли­чие Синайского Завета от за­ве­та с Ав­ра­а­мом

В чем от­ли­чие за­ве­та Си­най­ско­го от за­ве­та, ко­то­рый за­клю­чил Бог с Ав­ра­а­мом? Там было сказано: «хо­ди пре­до Мною и будь не­по­ро­чен; <…> Я бу­ду Бо­гом тво­им...» (Быт. 17:1, 7) Здесь, мы мо­жем уви­деть то же са­мое: «хо­ди пре­до Мною и будь не­по­ро­чен; Я бу­ду Бо­гом тво­им, и вы бу­де­те мо­им на­ро­дом». Но в дан­ном слу­чае ус­ло­вие – «хо­ди пре­до Мною и будь не­по­ро­чен» – по­дроб­ней­шим об­ра­зом де­та­ли­зи­ру­ет­ся в свя­зи с тем, что хо­дить пред Бо­гом и быть не­по­роч­ным по указаниям совести ма­ло кто был спо­со­бен. Казалось бы Закон, который является условием пребывания в Завете, заключенным при Синайской горе, стал шагом вперед по сравнению с заветом Авраамом, условия которого были сформулированы несколько абстрактно. Но не все так просто, поскольку в Новом Завете утверждается как достоинство Закона, Так и его ущербность по сравнению с Авраамовым заветом.

В за­ко­не Моисеевом 365 за­пре­ти­тель­ных за­по­ве­дей, и 248 по­ло­жи­тель­ных, указывающих, что де­лать нуж­но. По­нят­но чем обусловлен во­прос к Спа­си­те­лю: «ка­кая на­и­боль­шая за­по­ведь в за­ко­не?» (Мф. 22:36). Пред­ставь­те се­бе, ес­ли у вас в инструкции, регулирующей жизнь, по­ряд­ка ше­с­ти­сот пя­ти­де­ся­ти пунк­тов. Лег­ко ли бу­дет жить? Вме­с­то го­ло­вы тогда нуж­но иметь ком­пью­тер. Кро­ме то­го, как быть, ес­ли две за­по­ве­ди друг с дру­гом пе­ре­се­ка­ют­ся? По­это­му Сам Хри­с­тос сви­де­тель­ст­во­вал, что ни­кто не ис­пол­ня­ет за­ко­н. И апо­с­то­лы сви­де­тель­ст­ву­ют, что ни­ко­му не уда­ва­лось ис­пол­нить за­кон в пол­ном объ­е­ме вви­ду его слож­но­с­ти и вы­со­ты тре­бо­ва­ний (Деян. 15:10). Че­го сто­ит за­по­ведь: «не по­же­лай то­го, что у ближ­не­го тво­е­го» (Исх. 20:17), ес­ли и хри­с­ти­а­на­ми, об­нов­лен­ны­ми и ук­реп­лен­ны­ми бла­го­да­тью, не все­гда эта за­по­ведь ис­пол­ня­ет­ся. Что же мож­но бы­ло тре­бо­вать от лю­дей вет­хо­за­вет­ных? За­чем же тог­да бы­ло да­вать та­кой за­кон? Ведь те же са­мые эле­мен­тар­ные по­ня­тия о че­ст­но­с­ти, ми­ло­сер­дии, со­ст­ра­да­нии мож­но бы­ло из­ло­жить в про­стых и по­нят­ных для не­мощ­но­го че­ло­ве­ка за­по­ве­дях, что­бы, со­хра­няя их, он имел мир с Бо­гом.

В этом-то все и де­ло. Бо­гу не нуж­ны де­ла че­ло­ве­че­с­кие. Бо­гу ну­жен сам че­ло­век. По­это­му не ра­ди то­го, что­бы че­ло­век мог быть пе­ред Бо­гом «хо­ро­шим» да­ны эти за­по­ве­ди, «по­то­му что де­ла­ми за­ко­на не оп­рав­да­ет­ся пред Ним ни­ка­кая плоть» (Рим. 3:20).

Между повествованиями о двух заветах можно усмотреть следующую параллель. Авраам верою покидает Харран и заключает завет. Также и Израиль покидает Египет. Зачем понадобилось такое продолжительное пребывание в Египте, почему потомки Иакова не могли остаться и умножаться в Палестине? Возможно, для того, чтобы вера была положена в снование завета, который будет с этим народом заключен. Более драматические обстоятельства выхода через чудо избавления (Исход) и более «строгий», по сравнению с авраамовым, Завет были таковыми потому, что в массе своей потомки были не таковы, каков был Авраам.

Авраам поверил Богу, и это вменилось ему в праведность. Эта праведность стала основой Завета со стороны человека, праведность от веры. Синайский завет раскрыл понятие праведности в системе заповедей. Но так как спасение не от праведности, а жертвой Христа, то он и не спасал. Новый Завет возвращает нас к изначальной простоте завета Аврамова, которая часто затмевалась сложностью многочисленных и разнородных предписаний Закона.