62. Поэтика акмеизма и творческая индивидуальность поэта (о.Э.Мандельштам, а.А.Ахматова, н.С.Гумилев).

Акмеизм

Акмеизм родился из группы Цех поэтов (1911). Акмеи́зм («Адамизм») (от греч. άκμη — «пик, максимум, цветение, цветущая пора»). Термин «акмеизм» был предложен в 1912 Н. Гумилёвым и С. М. Городецким: по их мнению, на смену переживающему кризис символизму идёт направление, обобщающее опыт предшественников и выводящее поэта к новым вершинам творческих достижений. В основе акмеизма лежало предпочтение к описанию реальной, земной жизни, однако её воспринимали внесоциально и внеисторически. Описывались мелочи жизни, предметный мир. Одарённый и честолюбивый организатор акмеизма мечтал о создании «направления направлений» — литературного движения, отражающего облик всей современной ему русской поэзии.

Акмеизм как направление и индивидуальное творчество поэта. Расхождение между тем, что декларируется и то, что воплощалось в реальном, индивидуальном опыте самого поэта, принадлежавшему акмеизму. Ахматова – наиболее последовательный акмеист, хотя она не писала манифестов.

Акмеизм во многом полемизировал с символизмом. Однако и был очень близок ему, поскольку Гумилев был учеником Брюсова и всю жизнь советовался с ним во всем. Вообще можно сказать, что у Гумилева было три учителя: Анненский научил относится к поэзии, как к таинству, Брюсов объяснил, что поэзия – трудоемкое ремесло, а Вячеслав Иванов констатировал, что поэтическое мастерство оттачивается путем совместного чтения постоянно встречающихся поэтов вслух. 1 сборник – Камень (Мандельштам). Перемежаться сборники будут с символистскими влияниями. Камень – образ предметности, плоти бытия, идеальное воплощение, идеал архитектурности. Акмеизм – апелляция к пластическим видам искусствам, к тому, что осязаемо. Кто писал манифесты: Гумилев («Символизм и акмеизм» - 1913), Городецкий («Некоторые течения в современной русской поэзии» - 1913) – в жур. Аполлон, Мандельштам («Утро акмеизма» - 1919).

Гумилев «Наследие»: На смену символизму идет акмеизм или адамизм – высшая степень чего-то, это мужской и твердый взгляд на жизнь. Акмеисты разбивают оковы метра: пропуск слогов, вольные ударения, зыбкость слов. Всегда надо помнить о непознаваемом, но не оскорблять свои мысли о нем догадками! («Нельзя познать непознаваемое, а все попытки нецеломудренны») Для акмеизма близки: Шекспир (внутренний мир героя), Рабле (тело и его радости), Вийон (жизнь, знающая все: Бога, смерть, порок), Готье (для жизни достойные одежды). Задача акмеизма объединить их всех. «Утро» Мандельштама – обоснование культурологическое и философское одновременно. Зодчий, строящий здание из слов. Символисты были плохими зодчими. Это попытка переменить сами эстетические ориентиры. Это поэтизация стихии. Стихия как образ мира с ее звучанием. Попытка увидеть в стихии нечто опасное, что грозит развоплощению. Только в опоре на материальное художник может творить. Традиция сопоставления – Блок - «Художник», Мандельштам - «Я слово позабыл, что я отел сказать». Они близки по сюжету, но каждое из них близко по мышлению к своим направлениям. Ситуация приближающегося вдохновения – то, что предшествует созданию текст. Блок: образ художника, который улавливает некий звук, который является первообразом стихотворения. Воплощение интонации и выражении ее в первой строке. Блоковский художник видит ситуацию в золотой клетке, в которую попала птица. Это проклятие – чистый звук замкнут в предметной сфере. Само воплощение воспринимается как проклятие. Мандельштам: некая мелодия в образе птицы, ласточки она предстает. Но для него уходящая мелодия, которая не смогла воплотиться в словах – образ бессилия поэта. То, что не стало бытием – плохо.

Гумилев

Начинает как поэт романтик (Путь конквистадоров), продолжает путь Бальмонта, Брюсова и вообще символистов. Основные образы этого периода: экзотика, смерть, демонизм, религия и даже жанр баллады. Но затем он в «Символизм и акмеизм»: необходимо освободить искусство от перегруженности мистических содержаний, вернуть ясность, равновесие, аполлоническую гармонию. Африканские стихи – это слияние символизма и акмеизма (О жирафе, об озере Чад). Жираф – ярко выделяется предметная сторона, плоть бытия. Узоры на шкуре жирафа – отражение звездного неба, мистической сущности, что приближает к символическому мышлению.

«Наследие символизма и акмеизм» ("Аполлон". 1913. № 1).

Для внимательного читателя ясно, что символизм закончил свой круг развития и теперь падает. На смену символизма идет новое направление, как бы оно ни называлось, акмеизм ли (от слова ακμή - высшая степень чего-либо, цвет, цветущая пора), или адамизм (мужественно твердый и ясный взгляд на жизнь), - во всяком случае, требующее большего равновесия сил и более точного знания отношений между субъектом и объектом, чем то было в символизме. Акмеисты стремятся разбивать оковы метра пропуском слогов, более, чем когда-либо, свободной перестановкой ударений, и уже есть стихотворения, написанные по вновь продуманной силлабической системе стихосложения. Один из принципов нового направления - всегда идти по линии наибольшего сопротивления. Все явления братья. Ощущая себя явлениями среди явлений, мы становимся причастны мировому ритму, принимаем все воздействия на нас и в свою очередь воздействуем сами. Наш долг, наша воля, наше счастье и наша трагедия - ежечасно угадывать то, чем будет следующий час для нас, для нашего дела, для всего мира, и торопить его приближение. Бунтовать же во имя иных условий бытия здесь, где есть смерть, так же странно, как узнику ломать стену, когда перед ним - открытая дверь. Здесь Бог становится Богом Живым, потому что человек почувствовал себя достойным такого Бога. Здесь смерть - занавес, отделяющий нас от актеров, от зрителей, и во вдохновении игры мы презираем трусливое заглядывание.

Непознаваемое, по самому смыслу этого слова, нельзя познать, все попытки в этом направлении - нецеломудренны. Вся красота, все священное значение звезд в том, что они бесконечно далеки от земли и ни с какими успехами авиации не станут ближе. Это не значит, чтобы он отвергал для себя право изображать душу в те моменты, когда она дрожит, приближаясь к иному; но тогда она должна только содрогаться. Разумеется, познание Бога, прекрасная дама Теология, останется на своем престоле, но ни ее низводить до степени литературы, ни литературу поднимать в ее алмазный холод акмеисты не хотят. В кругах, близких к акмеизму, чаще всего произносятся имена Шекспира, Рабле, Виллона и Теофиля Готье. Подбор этих имен не произволен. Каждое из них - краеугольный камень для здания акмеизма, высокое напряжение той или иной его стихии. Шекспир показал нам внутренний мир человека, Рабле - тела и его радости, мудрую физиологичность, Виллон поведал нам о жизни, нимало не сомневающейся в самой себе, хотя знающей все, - и Бога, и порок, и смерть, и бессмертие, Теофиль Готье для этой жизни нашел в искусстве достойные одежды безупречных форм. Соединить в себе эти четыре момента - вот та мечта, которая объединяет сейчас между собою людей, так смело назвавших себя акмеистами.

Основные сборники: Романтические цветы – Париж – 1908 (наиболее близок символизму, основные идеи здесь: магия, смерть, религия, любовь), Жемчуга – 1910 – Петербург (тема Востока, рая, обращается к истории, мотивы сна), Чужое небо – 1912- Петербург (тема России, моря, родины – приятное возвращение, интуитивная любовь).

Ахматова

Правильно воплотила принципы акмеизма. Она не была автором манифестов, отчасти можно говорить, что манифестом акмеизма является сборник «Камень». Две первые книги Ахматовой(Вечер - 1912 и Четки - 1914) отмечены чертами акмеистической поэтики: реальный, выписанный в деталях мир. Она открывала поэзию в обычном течении жизни. Внимание к детали с повышенной смысловой нагрузкой -- нераскрытый веер, перчатка не на той руке. Лирика периода первых книг почти вся о любви (анализ человеческих чувств). Она показала акмеизм на основе интимной поэзии. Для нее любвоь – это неуловимое чувство, запредельная стихия, растворенная в чертах бытия. Ахматовская лирика этого периода близка психологическому роману 19 века, но эти романы она выражает в небольших поэтических новеллах. Впервые отразила отношения мужчины и женщины с точки зрения женщины. Стихи часто похожи на страницы дневника, писем («Он любил три вещи на свете…») Поэтическая речь ориентирована на разговорную интонацию, происходит смешение границ между поэзией и прозой. Стихотворения чаще всего миниатюры, есть драматическое напряжение, почти всегда сюжет («Как велит простая учтивость…», «Смятение»). В следующих сборниках «Белая стая» (1917), «Подорожник» (21), « Anno Domini »(22-23) появляются стихи, посвященные Петербургу, стихи на историко-культурные темы, отклики на события Первой мировой и революции. Революция -- трагедия, которая несет гибель культурным ценностям («Теперь никто не станет слушать песен…», «Петроград, 1919», «Все расхищено, предано, продано…»). Не уехала в эмиграцию, в стихах высказывала свою позицию («Когда в тоске самоубийства…», «Не с теми я, кто бросил землю...»). Истинный патриотизм для нее -- быть с Родиной во время испытаний («Мне голос был…»).В поэзии отразились трагические явления эпохи (разрушение быта, семьи) («Реквием» - 1934) «Реквием» состоит из посвящения, вступления, 10 глав и эпилога. Название подчеркивает родство с заупокойной католической мессой. Тема -- страдания матери. Образ страшного, трагического времени, когда господствует террор (Гумилева расстреляли в 1921, сына Ахм в 1935 исключен из университета и посажен в тюрьму), человеческая жизнь не ценилась. Перед началом ВОВ «Тростник» и «Седьмая книга» -- уже не вписываются в рамки акмеизма, усиливаются философские ноты. В годы ВОВ важнейшая тема -- сострадание гибнущим и клятва «могилам» («Клятва», «Мужество»). 1950 -- 52 -- поэтический цикл «Черепки» о жизни во времена сталинского террора. Главный образ -- человек, у которого отнято все. Тема -- духовное противостояние личности миру. Центральное место в поздний период занимает тема памяти («Северные элегии», 45 -- 59). Сборник автобиографичен. Память -- нить, связывающая поколения и культурные эпохи. Об этом же «Венок мертвым». Это стихи, посвященные представителям культуры, погибшим в годы тоталитаризма. Ахматова продолжает в русской поэзии пушкинскую традицию (традиционные размеры, точные рифмы).

Основные сборники: «Вечер» - 1912 (основные темы: любовь, отношение поэта и поэзии, аллюзии к ее любимцу Пушкину, ясность стиля), «Четки» - 1914 (любвоь теперь – более глубокое и мрачное чувство, больше непонятного, мотивы свободы, тема Петербурга как близкого и родного города), «Белая стая» - 1914 (тема пророчества, интуиции, тема затмения), «Подорожник» - 1921 (мотивы тревоги, смерти, любимый город – Питер, любовь безнадежная: к покойнику, пленному), Аnno Domini – 1922(23) (гражданские темы, выпады против эмиграции, появилась сила, уверенность, библейские мотивы, ожидание чуда).

Мандельштам

«Утро акмеизма», «Сирена» (Воронеж), 1919.

1. При огромном эмоциональном волнении, связанном с произведениями искусства, желательно, чтобы разговоры об искусстве отличались величайшей сдержанностью. Между тем мироощущение для художника орудие и средство, как молоток в руках каменщика, и единственно реальное — это само произведение. Художник не хочет другого рая, кроме бытия, и когда ему говорят о действительности, он только горько усмехается, потому что знает бесконечно более убедительную действительность искусства. Реальность в поэзии — слово как таковое. Для акмеистов сознательный смысл слова, Логос, такая же прекрасная форма, как музыка для символистов.

2. Акмеизм — для тех, кто обуянный духом строительства, не отказывается малодушно от своей тяжести, а радостно принимает ее, чтобы разбудить и использовать архитектурно спящие в ней силы. Зодчий говорит: я строю — значит, я прав. Сознание своей правоты нам дороже всего в поэзии. Строить — значит бороться с пустотой, гипнотизировать пространство.

4. Своеобразие человека, то, что делает его особью, подразумевается нами и входит в гораздо более значительное понятие организма. Нет равенства, нет соперничества, есть сообщничество сущих в заговоре против пустоты и небытия. Любите существование вещи больше самой вещи и свое бытие больше самих себя — вот высшая заповедь акмеизма.

5. А = А: какая прекрасная поэтическая тема. Мы полюбили музыку доказательства. Логическая связь — для нас не песенка о чижике, а симфония с органом и пением, такая трудная и вдохновенная, что дирижеру приходится напрягать все свои способности, чтобы сдержать исполнителей в повиновении. Мы не летаем, мы поднимаемся только на те башни, какие сами можем построить.

6 Средневековье никогда не смешивало различных планов и к потустороннему относилось с огромной сдержанностью. Благородная смесь рассудочности и мистики и ощущение мира как живого равновесия роднит нас с этой эпохой и побуждает черпать силы в произведениях, возникших на романской почве около 1200 года.

Основные сборники: Камень – 1913 – громкий дебют (главные темы: принципы аскетической сдержанности, мало ярких слов, много отрицательных эпитетов, тусклые пейзажиархитектура противопоставляется природе, книга и стих – мастерская поэта, камень – слово, поэт - архитектор). Tristia – 1922 (переусложненная образность, любовь, обращение к городам: Феодосия, Петербург, Троя, тема античсности, поначалу проскальзывают образы стрекоз и бабочек).