Блудница

Корабль, на мори ветрами гонимый,    от рыбы малы бывает держимый, юже «удержку» мощно нарицати,    яко есть силна корабль удержати. И в мира мори суть рыбы такия,    от течения блага держащыя. Блудницы юных удержки бывают,    егда путь благий тещи́ препинают.

1678

ВИНО

Вино хвалити или хулити — не знаю, Яко в оном и ползу и вред созерцаю. Полезно силам плоти, но вредныя страсти Возбуждает силою свойственныя сласти. Обаче дам суд сицев: добро мало пити, Тако бо здраво творит, а не весть вредити; Сей Павел Тимофею здравый совет даше[1], Той же совет да хранит достоинство ваше.

1678

Воздержание

  Воздержание аще безмерно храниши, Множицею души ти вред велий твориши: Плоти бо изнемогшей ум не добр бывает, — Разсуждение в меру вся да устрояет. Уне есть мерно по вся дни вкушати, Нежели долго от пищ ся держати: Пост бо безмерный силу истребляет, Дух уныния и печаль раждает.

1678

КУПЕЦТВО

 

Чин купецкий без греха едва может быти,

На многи бо я злобы, враг обыче лстити;

Изряднее лакомство в купцех обитает,

Еже в многая грехи оны убеждает.

Вопервых, всякий купец усердно желает,

Малоценно да купит, драго да продает.

Грех же есть велий драгость велию творити,

Малый прибыток леть* есть без греха стройти.

Вторый грех в купцех часто есть лживое слово,

Еже ближняго в вещех прелстити готово.

Третий есть клятва во лжу, а та умножённа,

Паче песка на брезе морстем положённа.

Четвертый грех татбою излише бывает,

Таже в мире в мерилех часто ся свершает, —

бо они купуют во меру велику,

А внегда продаяти — ставят не толику;

Инии аще меру и праву имеют,

Но неправо мерити вся вещы умеют;

Инии хитростию вещы отягчают,

Мочаще я, неции худыя мешают.

А вся сия без греха немощна суть быти,

Яко Бог возбраняет сих лукавств творити.

Пятый есть грех: неции лихоимство деют,

Егда цену болшити за время умеют.

Елма* бо мзды чрез время неко ожидают,

Тогда цену вящшую в куплях поставляют.

Шестый грех, егда куплю являют  благую,

Потом лестно ставляют ину вещь худую.

Седмый грех, яко порок вещы сокрывают,

Вещь худшую за добру купующым дают.

Осмый — яко темная места устрояют,

Да худыми куплями ближния прелщают,

Да во темности порок купли не узрится,

И тако давый сребро в купли да прелстится.

О, сынове тмы люты! Что сия творите?

Летяще ближния вашы, сами ся морите.

В тму кромешную за тму будете ввержени,

От света присносущна вечно отлучени!

Отложите дела тмы, во свете ходите,

Да взидите на небо небесно живите!

МОНАХ

 

Монаху подобает в келий седети,

Во посте молитися, нищету терпети,

Искушения врагов силно побеждати

И похоти плотския труды умерщвляти, —

Аще хощет в небеси мзду вечную взята,

Неоскудным богатством преобиловати.

Пагубно же оному по граде ходити,

Из едина в другий дом переходяще пити.

Но увы безчиния! Благ чин погубися,

Иночество в безчинство в многих преложися.

О честных несть зде слово: тыя почитаю,

Безчинныя точию с плачем обличаю.

Не толико миряне чревы работают,

Елико то монаси поят, насыщают.

Постное избравши житие водити,

На то устремишася, дабы ясти, пити...

Множицею есть зрети по стогнам лежащих,

Изблевавших питие и на свет не зрящих,

Мнози колесницами возими бывают,

Полма* мертвии суще, народ соблазняют.

Мнози от вина буи сквернословят зело,

Лают, клевещут, срамят и честныя смело...

Оле развращения! ах, соблазнь велика!

Како стерпети может небесе владыка!

В одеждах овчих волци хищнии бывают,

Чреву работающе, духом погибают.

Узриши еще в ризы красны облеченны,

Иже во убожество полное стрижени.

Ни жених иный тако себе украшает,

Яко инок несмысленый, за что погибает,

Ибо мысль его часто — да от жен любится;

Под красными ризами, увы! дух сквернится,

Таковии ко женам дерзают ходити,

Дружество приимати, ясти же и пити;

Сродство себе с онеми ложне поведают,

Или тетки, матери, сестры нарицают...

Престаните, иноцы, сия зла творити,

Тщитеся древним отцем святым точни быти.

Да идеже они суть во вечной радости,

Будете им общници присныя сладостей!

ПИЯНСТВО

 

Человек некий винопийца бяше,

Меры в питии хранити не знаше.

Темже многажды повнегда упися,

В очию его всяка вещь двоися,

В едино время прииде до дому

И вся сугуба* зрешася оному.

Име два сына, иже предстояста, —

Ему четыре во очию стаста.

Он нача жену абие мучити,

Дабы ему правду хотела явити,

Когда два сына новая родила

И с коим мужем она приблудила.

Жена всячески его увещаше:

Вино виновно быти сказоваше.

Но он никако хоте веры яти,

Муку жестоку нача умышляти.

Взял есть железо, огнем распаляше,

Ко жене бедней жестоко вещаше:

«Аще ты инем мужем не блужденна,

Сим не будеши огнем опаленна.

Аще же с инем блуд еси творила,

Имать ожещи тя огненна сила».

Бедная жена в люте беде бяше,

Обаче умно к нему глаголаше:

«Рада железо огненное взяти,

Невинность мою тебе показати,

Токмо потщися своею рукою

Подати оно ты на руку мою».

А все железо распаленно бяше,

Чесо пияный во ум не прияше.

Ятся железа, люте опалися,

Болезни ради в мале отрезвися.

И се — два сына точию видяше,

Невинность жены, свою вину знаше,

Срамом исполнен, во печали был есть

И прощения у жены просил есть.

Тако пиянство ум наш помрачает.

Всяк убо того верный да гонзает*!

АЗНЬ ЗА СОЖЖЕНИЕ НИЩИХ¹

 

Епископ Могунтийский нищих не любяше,

Туне ядущы мыши оны нарицаше.

Егда же глад во стране велий сотворися,

Тогда число убогих велми умножйся.

Он, нищененавистник, скупством держим бяше,

От демона лукавый совет восприяше.

Собра нищих множество в житницу пространну,

Милостину сказуя им уготованну.

Егда же собраннии от гладу стеняху,

От него хлеба в пищу умилно прошаху,

Рече ко рабом своим: «Се воплствуют мыши;

Восхити кождо пламень, тыя да палиши!»

Раби житницу с теми нищими спалиша,

Веление безбожна мужа исполнйша.

Но злому делу зла казнь Богом сотворися:

Нечестивый епископ червми расточися.

И где либо на стенах имя его бяше,

Дивне род мышей того писма истребляше.

В знамение известно, яко бяше тое

Из книг жизни истренно имя поклятое,

И душа премерзкая яко в ад вержеся,

Червием неусыпным ко снеди дадеся.

От праведна судии прав суд сотворися.

Сия слышай, ко нищим милостив творися,

Да Господь нищых милость свою явит тебе

       И питает тя хлебом жизни зде и в небе

РАЗБОЙНИК

 

Морской разбойник, Дионид реченный,

От Александра царя вои хищенный,

Егда от царя вопрошаем бяше,

Векую на мори разбои творяше,

Отвеща: «Яко едным разбиваю

Кораблем, за то злу титлу ношаю,

Разбойника мя люди именуют,

Тебе же царя обычно титулуют,

Яко многими полки брань твориши,

Морем, землею, вся люди плениши.

Аще то правда, изволи судити,

Потом же мне по делом казнити».

Царь, слышав ответ, дерзости дивися,

Обаче сердцем нань не разъярися,

Обличение оному простил есть,

Близ правды быти слово разсудил есть,

Увеща токмо разбоя престати,

Паче же честно с враги воевати.

На лентяя

Напрасно, лентяй, спешишь ты к столу,        Ибо не хочешь трудиться вместе с другими. Муравей — букашка, а погляди, как работает —        Целое лето пищу себе заготовляет: Рано запасает, знать, в пример тебе,        Чтоб, не ленясь, ты готовил что-либо себе. Один другому взаимно помогает,        Тебя любви к ближнему тем научает. Зернышко вынутое, чтоб не проросло,        Обгрызет, поучая тебя не возноситься Сердцем своим от добрых дел, но смиряться,        Доброты в себе не зная нисколько. Узкая его стежка учит, что надо        Узкой дорогой идти к сияющему небу. Землю выбрасывает из гнездышка, знать, для того,        Чтоб земные дела вымел ты из сердца своего. Таким образом, вот тебе пример, на него равняйся,        В ежедневной работе, как муравей, пребывай, Если не хочешь в нищете оказаться вечной        Вместо постоянного блаженства на небе.

Картина человеческой жизни

Лишь только на этот свет Бог человека выводит, Лет до шестнадцати, приметь, чем он занимается: Бодрое воспитание тут для разных увидишь. Найдешь баловство, удовольствия, разные игры. Потом, набрав разума и силы, Учится ремеслам мальчонка милый Следующие столько же лет, к чему имеет охоту. Как и там, видишь, тут — разные дела. Третье 16-летие полно забот — Искать пропитание предстоит каждому от своей работы. В это время, кто хочет, о спасении души заботиться может, Подчиняйся законам и старшим, мил друг. Сорок восемь лет когда уж минует, В четвертом 16-летии, как пример свету, Смело своими познаниями с другими делятся, Что в труде обретено, молодым предлагают. Как шестьдесят четыре уж наступило, Ходи на трех ногах, ибо уж мало силы. Голова тут тяжела, ручьи из глаз льются, Не влачись, а сядь при теплом камине. Есть ли что у тебя — употребляй, да помни о могиле. В ней отдохнешь, скоро конец тебе будет. Пять раз по шестнадцать лет — конец века, На что после того надеяться человеку? Прах ты есть, стало быть, в прах будешь обращен, Рухнешь, будь ты хоть как кедр высок. Скипетры, обряды, замки и тиары, Смотри, конец имеют. Твой конец — катафалк.

(Пер. с польск., ориг. загл. O niebie)

От государя царевича к государю царю

Царь всего мира на земли родися,        но не в полатах царских водворися. В худе вертепе изволил витати,        да всяк возможет удобь целовати. Нищ и богатый равно да приходит,        всем бо в спасение днесь ся Христос родит. О сем соборы верных веселятся,        ведуще яко Богу всыновятся. В первых же тебе, отче мой любезный,        радости вина, Христос царь небесный. Царю от царя лепо ликовати,        земну небесна благо целовати. За что он твою царскую державу        укрепит твердо и разширит славу. Благоденствие даст и лета многа,        о что аз молю всещедраго Бога.

Стихи на Рождество Христово ко государыни царице от государя царевича

Бог Господь в мире ныне проявися,        во вифлеемстем вертепе родися от пречистыя Марии девицы,        всех сил небесных сущая царицы, род человеческ хотя свободити,        узы смертныя в конец сокрушити. В рай же небесный и мать водворити,        еже бы вечно тамо верным жити. О сем днесь церковь весело ликует,        всем благодати твоя приветствует. Ея образом тоя благодати        приветствую ти, пресветлая мати, сыновним сердцам моля Христа Бога,        да подаст тебе жити лета многа здраво, весело и венец съготует,        идеже в славе вечной сам царствует.

От царевича

День веселия ныне нам сияет,        Царица неба Царя всех раждает. Яко да мир сей свободит от ада,        вселит в жилища небеснаго града. Небо ликует, земля веселится,        яко мир Богу уже примирится. Аггели песнми Христа прославляют,        к славословию и нас возбуждают. Возопии убо и ты, моя мати,        песнь похвалную юну отрочати. А он, яко Бог, даст ти здраве жити        много лет в мире и небо влучити. Чесо аз верне тебе усердствую,        празднества светла любоприветствую.

Скотонравие

Отнелиже человек скотом приложися, в различных нравы зверей весь род развратися: неции ядовиты яко змии быша, ближния своя ядом аспидим губиша. Инии яко тигри люте сверепеша, друзии лвом подобну жестоту имеша. Неции яко волцы овцохищни бяху, инии яко пави гордостне хождаху. Неции яко жребцы стаднии блудиша, инии яко вепри в блате ся грузиша. Неции яко осли в лености живяху, инии же яко пси всем завиствоваху. Прочии зверем прочым уподобишася, весма человечества чуждии творишася, чесо ради Бог-Отец посла Слово свое, Еже ословесити люто зверство тое. И отнелиже Слово отчее въплотися, нрав зверский в человеческ паки преложися.

Брань душы с плотью

Плоть и дух в человеке всяком пребывают,        выну же друг на друга бранно наступают. Имут своя воинства в пособие рати,        взаим тщатся победу над собою взяти. Плоти похоть, чувствия, страсти помогают,        уди вси, мечтания и мысль работают. Дух веру, и надежду, и любовь имеет,        и вся добродетели, ими же брань деет На похоти плотския и на оны воя,        а различна изводства видим того боя. Но частее победа плоти ся случает,        а она пленники си во ад посылает — князю тмы века сего в жестокия руки,        не в работу краткую, но на вечны муки. И сама плоть такожде огнь имать страдати,        егда ю со душею имать Бог в ад дати. Духови паки егда когда то случится,        яко плоть от воинства его победится. Но святая победа онаго бывает,        ибо душе победный венец возлагает и Царю небесному к горнему Сиону        во чести превелицей посылает ону, не в горце пленении и работе быти,        но во сладце пении и свободе жити. Идеже в конце веков и плоть возвращенна        душе будет — во радость вечну водворенна. Помози убо, Христе, духу на той брани        пособием ти силным, пре ко плоти стани, да духа победою душами спасемся,        во царствие небесно в чести воведемся. А плоти не попусти победы стяжати,        да никогда торжества сподобится знати. Да раболепна будет си победителю,        яви нам милость сию, Христе спасителю. Мы благодарственная хощем нести тебе

  и на земли живуще, дажд и в светлом небе.