Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
otredaktirovannye_otvety.docx
Скачиваний:
24
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
4 Мб
Скачать
☆

За далью — даль

Поэма «За далью — даль», за которую А.Т. Твардовскому в 1961 году была присуждена Ленинская премия, является одним из центральных произведений зрелого творчества А.Т. Твар­довского. Она состоит из 15 небольших глав. Основной мотив поэмы — мотив дороги. Лирический ге­рой отправляется на поезде в путь по просторам родной стра­ны. В самом начале произведения мы узнаем, что этот путь через Урал и Сибирь он задумал давно. Лирический герой вспоминает войну, разруху и хочет посмотреть на новую, от­строившуюся за мирные годы страну. Путешествие дает возможность лирическому герою по­смотреть новые места, ощутить чувство сопричастности с дру­гими людьми, пробуждает творческое вдохновение. Характер­ной особенностью поэмы является присутствие иронической интонации. «Преодолел, взошел на гору И отовсюду виден стал. Когда он всеми шумно встречен, Самим Фадеевым отме­чен, Пшеном в избытке обеспечен, Друзьями в классики наме­чен, Почти уже увековечен», — так пишет А.Т. Твардовский о своем лирическом герое. Достигнув славы, человек не должен оторваться от реальности, от общения, от развивающейся жизни. Герой поэмы признается, что край, где нет его, ощуща­ет как потерю. Он торопится жить, стремится везде поспеть. Путешествие в пространстве становится мощным стимулом для воспоминаний — путешествий во времени. Первым крупным событием поездки становится встреча с Волгой: « — Она! — И справа, недалёко, Моста не видя впереди, Мы видим плес её широкий В разрыве поля на пути». Волгу рус­ский человек воспринимает не только как реку. Это одновремен­но и символ всей России, ее природных богатств и просторов. А.Т. Твардовский не раз подчеркивает это, описывая радостное волнение героя и его попутчиков при встрече с матерью русских рек. В Волгу издавна смотрятся кремлевские стены, главы и кре­сты соборов и обычные деревеньки. Даже растворившись в оке­анских водах, Волга несет в себе «земли родимой отраженье». Патриотическое чувство лирического героя переносит его в па­мятные военные годы, тем более что его сосед по купе воевал за эту Волгу под Сталинградом. Таким образом, любуясь видом на реку, герой поэмы восхищается не только природными красота­ми русской земли, но и мужеством ее защитников. Воспоминания переносят лирического героя на его малую родину — в Загорье. Память детства характеризует жизнь в этом краю как скудную, негромкую, небогатую. Символом тяжелого, но честного и нужного людям труда в поэме стано­вится образ кузницы, которая стала для молодого человека своеобразной «академией наук». В кузнице «рождалось все, чем пашут ниву, Корчуют лес и рубят дом». Здесь же велись интересные разговоры, из кото­рых складывались первые представления героя о мире. Через много лет он видит «кувалду главную Урала» в работе и вспоминает родную, с детства знакомую деревенскую кузни­цу. При помощи сопоставления двух художественных образов автор соотносит тему малой родины с разговорами о судьбе всей державы. Композиционное пространство главы «Две куз­ницы» при этом расширяется, а поэтические строки достигают максимального эффекта художественного обобщения. Образ Урала заметно укрупняется. Ярче воспринимается роль этого региона в индустриализации страны: «Урал! Опорный край державы, Её добытчик и кузнец, Ровесник древней нашей сла­вы И славы нынешней творец». Галерею областей и регионов родной земли продолжает Сибирь. А лирический герой вновь погружается в воспомина­ния о войне, о детстве, затем разглядывает с интересом своих попутчиков. Отдельные строки поэмы обращены к соратникам по перу, псевдописателям, которые, не вникая в суть событий, пишут по заказу производственные романы по одной и той же основной сюжетной схеме: «Глядишь, роман, и все в порядке: Показан метод новой кладки, Отсталый зам, растущий пред и в коммунизм идущий дед». Твардовский выступает против упрощений в литературном труде. Он призывает не подменять изображение подлинной действительности дежурными схема­ми и шаблонами. И вдруг монолог лирического героя преры­вается неожиданным возгласом. Оказывается вместе с поэтом в том же купе едет его редактор, который заявляет: «И в свет ты выйдешь, как картинка, Какой задумал я тебя». Этот коми­ческий сюжетный ход помогает автору поднять наболевшую для него проблему. Ведь сам А.Т. Твардовский, как известно, был не только поэтом, но и долгое время возглавлял один из лучших советских журналов — «Новый мир». На проблему взаимоотношений автора и редактора он имел возможность посмотреть с обеих сторон. В итоге выясняется, что редактор только привиделся поэту, словно «сон дурной». Сибирь в восприятии автора предстает пустынным краем, овеянным «дремучестью суровой». Это «недоброй славы край глухой», «глухомань вековечная». Глядя на огни Сибири, ли­рический герой рассуждает о том, как «издалека вели сюда Кого приказ, Кого заслуга, кого мечта, Кого беда…». В тайге на станции Тайшет лирический герой встречает старого друга. Когда-то жизнь разлучила этих двух людей. Их 190 мимолетная встреча на станции становится определенным символом необратимости бега времени и жизни человеческой. Едва повстречавшись, герои вновь расстаются и разъезжаются в разные стороны огромной страны. Вагонные споры, картины дорожного быта создают в по­эме необходимый фон, на котором автор пытается поставить самые злободневные вопросы эпохи. Он рассуждает о карье­ризме и призывает молодежь осваивать необжитую землю. Примером такого подвижнического поступка становится судьба молодой пары, которая по зову сердца едет из Москвы работать в Сибирь. Далее, подчеркивая масштабность и гран­диозность проектов освоения Сибири, Твардовский рассказы­вает о строительстве гидростанции на Ангаре. В финале поэмы лирический герой привозит свой поклон Владивостоку от матушки Москвы, от Волги-матушки, от ба­тюшки Урала, от Байкала, от Ангары и от всей Сибири. По­вторы и уменьшительно-ласкательные суффиксы придают строфе фольклорное звучание. Поэт признается в любви к ро­дине, к народу и прощается с читателем до новой встречи. Ав­тору удалось воплотить в поэме свой грандиозный замысел: представить обобщенный портрет родной земли и передать подвижнический дух эпохи «оттепели», размах индустриаль­ных планов и широту души русского человека. Стихотворения:

***

Посаженные дедом деревца, Как сверстники твои, вступали в силу И пережили твоего отца, И твоему еще предстанут сыну Деревьями. То в дымке снеговой, То в пух весенний только что одеты, То полной прошумят ему листвой, Уже повеяв ранней грустью лета... Ровесниками века становясь, В любом от наших судеб отдаленье, Они для нас ведут безмолвно связь От одного к другому поколенью. Им три-четыре наших жизни жить, А там другие сменят их посадки. И дальше связь пойдет в таком порядке.... Ты не в восторге? Сроки наши кратки? Ты что иное мог бы предложить?

Памяти матери

<фрагменты>

Прощаемся мы с матерями    Задолго до крайнего срока — Еще в нашей юности ранней,    Еще у родного порога,

Когда нам платочки, носочки    Уложат их добрые руки, А мы, опасаясь отсрочки,    К назначенной рвемся разлуке… 

***

В краю, куда их вывезли гуртом, Где ни села вблизи, не то что города, На севере, тайгою запертом, Всего там было — холода и голода.

Но непременно вспоминала мать, Чуть речь зайдет про все про то, что минуло, Как не хотелось там ей помирать, — Уж очень было кладбище немилое…

И ей, бывало, виделись во сне Не столько дом и двор со всеми справами, А взгорок тот в родимой стороне С крестами под березами кудрявыми.

Такая то краса и благодать, Вдали большак, дымит пыльца дорожная, — Проснусь, проснусь, — рассказывала мать, — А за стеною — кладбище таежное...

Теперь над ней березы, хоть не те, Что снились за тайгою чужедальнею. Досталось прописаться в тесноте На вечную квартиру коммунальную.

И не в обиде. И не все ль равно. Какою метой вечность сверху мечена. А тех берез кудрявых — их давно На свете нету. Сниться больше нечему…

 

***

       Перевозчик-водогребщик,        Парень молодой,        Перевези меня на ту сторону,        Сторону — домой...                 Из песни

— Ты откуда эту песню, Мать, на старость запасла? — Не откуда — все оттуда, Где у матери росла.

Все из той своей рожимой Приднепровской стороны, Из далекой-предалекой Деревенской старины.

Перевозчик-водогребщик, Парень молодой, Перевези меня на ту сторону, Сторону — домой...

***

В случае главной утопии,

В Азии этой, в Европе ли,

Нам-то она не гроза!

Пожили, водочки попили,

Будет уже за глаза.

Жаль только песни той, деточек,

Мальчиков наших и девочек,

Всей неоглядной красы.

Ранних весенних веточек,

В капельках первой росы.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]