Глава 11. Смысл жизни и Счастье 235

этому счастливый человек никогда не будет совершать заведомо злых поступков, иначе он утратит ощущение счастья. Еще Аристотель говорил, что добро — это путь к счастью и одновременно его составной элемент, то есть, совершая заведомо злые поступки, человек сознательно двигается в сторону, противоположную той, где находится счастье. Поэтому «счастье» алкоголика, добравшегося до бутылки, «счастье» развратника, соблазнившего очередную жертву, «счастье» зловредного человека, испортившего настроение людям, — отнюдь не является счастьем. И в каком бы блаженном состоянии ни находились названные субъекты, психологи утверждают, что они глубоко несчастливы (может, потому они столь склонны причинять зло другим?).

Очень важно разобраться в том, что в человеческом счастье зависит от объективных условий и что — от самого человека. Необходимым условием счастья, как, впрочем, и исходной предпосылкой человеческого существования вообще, является удовлетворение основных потребностей. Поэтому стремление к материальному благополучию и жизненному комфорту — норма человеческого существования. Но благополучие не должно отождествляться со счастьем. Ведь благополучие — это простое обладание благами, довольство обстоятельствами своей жизни. Писатель Ч. Айтматов справедливо заметил, что все, что мы получаем, — это условия жизни, и только то, что мы отдаем, — сама жизнь. Значит, благополучие — это характеристика предпосылок бытия индивида, а не сути его жизни. Счастье же — это сопровождающееся чувством глубокой моральной удовлетворенности переживание полноты бытия.

Насколько же счастье зависит от самого человека? А. Шопенгауэр, рассуждая о жребии человека, называл три фактора, его определяющие.

Прежде всего, это — что есть сам человек как личность (его здоровье, сила, красота, темперамент, нравственный характер, умственные способности, образование). Второе — что человек имеет (его имущество, собственность). Третье — чем человек является в представлении других (его почет, ранг, слава). Первый фактор имеет явный перевес над двумя другими: между истинными личными преимуществами, преимуществами великого ума или великого сердца и всеми прочими преимуществами существует такая же связь, как между действительными королями и театральными. И поэтому для нашего счастья субъективная сторона, считал Шопенгауэр, несравненно важнее и существеннее объективной:

236 Раздел III. Высшие моральные ценности

«...светлый, живой, проницательный и правильно понимающий ум; умеренная, мягкая воля, а потому и добрая совесть — все это такие преимущества, которых не заменит никакой ранг, никакое богатство».

Шопенгауэр интересно ставит вопрос о культуре восприятия и переживания счастья. Если хочешь оценить степень благополучия или счастья человека, поучал он, следует спрашивать не о том, что его радует, а о том, что его печалит, ибо чем ничтожнее это последнее, тем человек счастливее. По Шопенгауэру, люди должны искать счастья и наслаждения и заботиться о том, чтобы, по возможности, уберечь себя от горестей и страданий. А лучшее средство для того, чтобы не сделаться очень несчастным, — это не желать быть очень счастливым и не строить замков на песке.

Настоящее счастье всегда связано с ощущением необыкновенного подъема духовных и физических сил человека, его стремлением к переживанию всей многомерности бытия, а это редко дается без внутренней борьбы, сомнений, мучений. Отсюда тот высокий накал страстей, без которого не обходится ни один разговор о счастье.

Счастье, как и мечта, является чувственно-эмоциональной формой идеала, но, в отличие от последнего, означает не устремление личности, а исполнение этих устремлений.

Понятие счастья не просто характеризует определенное, конкретное объективное положение или субъективное состояние человека, а выражает представление о том, какой должна быть жизнь человека, что именно является для него благом. Поэтому данное понятие имеет нормативно-ценностный характер. При этом в истории морального сознания данная категория оценивалась двояко. С одной стороны, считалось, что счастье — одно из прирожденных прав человека: «Стремление к счастью прирождено человеку, поэтому оно должно быть основой всякой морали» (Л. Фейербах). С другой — мораль рассматривала счастье как вознаграждение за добродетель. Хотя О. Уайльд говорил по этому поводу так: «Когда человек счастлив, он всегда хорош, но не всегда хорошие люди бывают счастливы». Какие же моральные качества и добродетели могут привести человека к счастью? Что для этого нужно?

Русская пословица гласит, что счастье всегда на стороне отважных. Д. Юм также считал, что счастье покровительствует смелым и предприимчивым.

Японская пословица утверждает, что счастье приходит в дом, где слышен смех. Новалис отмечал, что прочное счастье — удел честного человека.