Глава 2. История этических учений 33

с теологией они могут очерчивать границы между хорошим и плохим. Такая установка была превалирующей в средневековье и специфичной для него, но она не оставалась единственной.

В результате крестовых походов, под влиянием мусульманских мыслителей IX — X вв. (Аль-Фараби, Ибн-Сина и др.) в Европе происходит существенное расширение мировоззренческого горизонта. В стенах средневековых католических университетов предпринимается своеобразная попытка вернуть в широкий научный обиход аристотелевское наследие. Католическая этика в рамках схоластики (П. Абеляр, Ансельм Кентерберийский, Фома Аквинский и др.) нновь привлекает методологию античности и возрождает этико-рационалистические традиции. В XII — XIII вв. догматы христианской религии становятся объектом научно-философского анализа.

Величайший представитель схоластики Фома Аквинский (1225 — 1274) в работах «Сумма теологии» и «Сумма против язычников», используя этику Аристотеля, интерпретирует в духе христианства античное учение о добродетели. Умственные и нравственные добродетели, выдвинутые в свое время Платоном (мудрость, благоразумие, справедливость, мужество), он дополняет еще тремя, теологическими: верой, надеждой, любовью. Аквинат видит в этике моральную философию, рассматривающую волевые и разумные действия человека, организованные их нацеленностью на единое и высшее Благо — Бога.

Схоластические попытки соединить науку и религию не были достаточно эффективными, порождая множество затруднений в обеих областях. Как реакция на этот подход возникли мистические течения (Мейстер Экхарт, Я. Бёме), тесно связанные со средневековыми ересями. В XV в. «ереси» нашли завершение в этике протестантизма (М. Лютер, Кальвин), ориентированной на индивидуальное иррациональное богопознание и трудовую активность в обыденной жизни.

В XIV — XV вв. этической проблематикой начали заниматься не только служители церкви, но и представители светской культуры — художники, ученые, политики. От вопросов теологии они постепенно обратились к изучению проблемы человека, поэтому их часто называют гуманистами. В их творчестве, реализующем принцип антропоцентризма (от греч. antropos — человек), человек в значительной степени заменил собой божественные сущности: художественная литература обратилась к повседневным сюжетам, изобрази-

2 Зак. 2984

34 Раздел I. Предмет этики и история этических учений

тельное искусство придало религиозным персонажам черты обычных людей, в научных трактатах окружающая Вселенная — «макрокосм» уподобилась «микрокосму» — внутреннему миру отдельного человека. Подобные тенденции нашли широкое выражение в творчестве Данте, Петрарки, Боккаччо, Леонардо да Винчи, Микеланджело, Рафаэля — в Италии; Сервантеса — в Испании; Томаса Мора, Шекспира — в Англии; Николая Кузанского — в Германии; Эразма Роттердамского — в Голландии. Их взгляды отразились и в этических концепциях той эпохи. Поскольку многие из этих мыслителей критически относились к средневековому религиозному наследию и призывали к возвращению высоких образцов античной культуры, за указанным историческим периодом закрепилось название Возрождения, или Ренессанса.

Исследуя проблемы морали, этика Возрождения использовала научно-философское учение Платона и неоплатоников (в противоположность средневековой схоластике, опиравшейся на Аристотеля). При этом она испытывала сильное влияние мистики поздней античности: изучение природы трактовалось как «естественная магия», широко практиковалась астрология и алхимия. Мишель Монтень, Нострадамус, Джордано Бруно, Яков Бёме обожествляли окружающую природу в духе пантеизма, наполняли ее таинственным и непостижимым смыслом. Однако по мере развития новых научных технологий ренессансными мыслителями были сделаны многие открытия, значительно выходящие за рамки античного наследия, которые отразились и в области этики, отказавшейся от бесплодного построения схоластических концепций и связавшей исследование моральной проблематики с развитием естественных наук и гуманистикой.

В этике Возрождения невиданную ранее ценность обретает человеческая личность: никогда еще не было в философии и искусстве такого интереса к человеку во всех его проявлениях. Не случайно с гуманизмом Возрождения связан культ красоты человеческого лица и тела. Изощренный художественный вкус наслаждается уникальностью и своеобразием человека не только на полотнах великих мастеров, но и в обыденной жизни. Оригинальность, яркая индивидуальность становятся в это время особенно важными в системе моральных ценностей.

Борьба чувств и долга, страсти и разума привлекает внимание выдающихся художников и философов. Все большее место в их творчестве