Глава 6. Свобода и Ответственность 141

Предписывающими — запретительными («неубий», «не укради») или, наоборот, обязательными («чти отца и матерь своих») — являются лишь основные заповеди морального закона, причем большинство из них имеет негативную формулировку («не...»). Они исключают только то, что запрещено, оставляя все остальные пути свободными для нравственного творчества человека.

Такие пути свободной моральной инициативы, не попадающие в поле прямых запретов или долга, даются моральным законом человеку в гораздо большем, практически неограниченном количестве. Они-то и являются наиболее человечными и показательными в моральном отношении. Ведь предписывающие установки оставляют в стороне и не затрагивают таких важнейших аспектов человеческого бытия, как счастье, дружба, призвание, творчество.

Нельзя, например, обязать человека стремиться к счастью: желание счастья заключено внутри нас, независимо от каких-либо обязательств. Точно так же дружба возникает не из долженствования, а из естественного и свободного стремления к общению. Более того, попытки внедрения предписаний в эти сферы или заранее обречены на неудачу, или носят антигуманный характер. Вспомним хотя бы печальный опыт нашего детства, когда нам запрещали дружить «не с тем» и «не с той», а мы чувствовали себя глубоко несчастными и были вынуждены Лгать, изворачиваться, притворяться. Или стремление сторонников коммунизма насильно «осчастливить» все человечество, вплоть до физического устранения противников такого счастья «как исторической необходимости».

Современная гуманистическая этика, как и христианский моральный закон, отдает предпочтение действиям, продиктованным свободным выбором, а не действиям, регулируемым предписаниями. При этом внутренняя свобода обеспечивается только стабильной ориентацией на подлинное добро, при которой возникает привычка отдавать ему предпочтение. В силу этого в человеке развивается добродетельность, делающая его выбор необременительным и доставляющим удовольствие.

Такая ориентация на подлинное добро становится тем реальнее, чем больше расширяются в обществе права и свободы личности, обеспечиваются гарантии ее основных жизненных прав и интересов, таких как право на безопасность, свободное проявление и развитие способностей, уважение достоинства и др. Однако это не означает, что в условиях отсутствия или

142 Раздел III. Высшие моральные ценности человека

слабой развитости таких гарантий не может и не должно быть свободной ориентации на добро; напротив, сами эти условия создаются человеком именно благодаря его ориентации на них.

Свободная творческая добродетель выше простого повиновения заповедям. Христианство учит, что человек добродетелен, когда он принимает Божественный моральный закон сознательно и с любовью. И трудно не согласиться с тем, что подлинный переход от морального закона к добродетели осуществляется именно благодаря желанию добра, а не под влиянием страха перед наказанием. Действительно свободен тот, кто отвергает зло не потому, что оно запрещено, апото му, что оно зло. Это так называемая качественная свобода, идея которой была разработана великим теологом Фомой Аквинским еще в XIII в. и сохранилась в современной католической философии.

Почти одновременно, в XIV в. другим теологом, У. Оккамом, была высказана идея об индифферентной свободе, еще более усиливающая акцент на свободе выбора. Согласно первой концепции, свобода ориентирована на добро, а добродетель — динамическое качество, необходимое для достижения свободы; согласно второй, свобода есть индифферентный выбор между добром и злом, а добродетель лишь мешает абсолютной свободе выбора. Для первой нравственный закон — это необходимое условие развития свободы, для второй — это враг, с которым она находится в состоянии постоянного конфликта. По сути, спор между концепциями качественной индифференгной свободы — это спор о детерминации свободы.

На наш взгляд, моральный закон является решающим фактором в создании духовного и психологического климата, в котором протекает свободная нравственная деятельность человека. Моральный закон — это призыв к сотворчеству и к самореализации человека, обеспечивающий ему возможность нравственного развития. Он не исключает, а предполагает свободу — такое поведение человека, которое зависит от его собственных действий, сознания, воли.