Раздел IV. Социальная философия и философия человека

273

стороны, они суть «кристаллизация», опредмеченный результат человеческой практики, а с другой стороны — условие ее (практи­ки) дальнейшего развития.

Таким образом, можно сказать, что специфический угол зре­ния социальной философии должен быть таков, что она, исходя из учения Гегеля, обязана в любом структурном образовании видеть либо «застывший», либо еще функционирующий дух.

К сказанному очень важно добавить следующее. Размышляя на ту же самую тему — как защитить философию от «выхолащиваю­щего» ее предмет позитивизма? — упоминавшийся уже нами фило­соф Э. Агацци обращается к характерной особенности философии, не присущей более никакой другой форме знания: философия все рассматривает не просто с точки зрения того, как оно существует на самом деле, а с точки зрения того, каким оно должно быть. Все категории и выводы философии носят не только и не столько описывающий, сколько предписывающий характер.

Такой характер философии прямо следует из целеполагающего характера ее предмета — человеческой практики. Человек всегда недоволен собой и миром, в котором он живет, и стремится со­здать для себя идеал того и другого, к которому затем и устрем­ляет свои надежды и действия. В связи с этим социальная фило- софия, или праксеология, — это не просто онтология, а, если так можно выразиться, деонто-онтология, то есть учение о долж­ном бытии.

Есть сущее и есть должное. Но, спрашивается, кто кому и почему должен? Многие говорят, смысл жизни — сама жизнь, человек должен, как бы, сам себе, то есть должен поступать так, чтобы ему было хорошо. Но что такое «хорошо»? У Сократа и Платона хорошо — это Благо. Таким образом долженствование есть долженствование во Благо. Но поскольку оно не чисто субъективно, а вполне объективно, постольку подлинный фило­соф вопреки всем уверениям пессимистов, что это бесполезно, напряженно всматривается в Мир: каков он, и как нам следует во благо и себе и миру жить в нем?

«То, что вы называете жизнью, не что иное, как неудержимое стремление воплотить определенный проект или программу суще­ствования. И ваше «Я», личность каждого — это не что иное, как

Диалект и ческая философия

воображаемая программа. Все, что вы делаете, вы делаете ради осуществления этой программы». Эти слова принадлежат замеча­тельному испанскому философу Хосе Ортеге-и-Гассету. Вот что, продолжая высказанную выше мысль, он говорит о человеке: «Перед нами удивительное существо, чье бытие состоит не в том, что уже есть, а в том, чего еще нет; иначе — сущее в том, чего еще не существует»³. И социальная, то есть практическая, фило­софия имеет своей задачей помочь человеку исполниться, осуще­ствиться, пребыть, войти в историческое бытие. Именно так М.К. Мамардашвили развивает кантовское — «Что я должен де­лать, чтобы быть человеком?»

В контексте сказанного необходимо подчеркнуть еще одно очень важное обстоятельство. Философия все данные о соци­альных формах человеческих отношений берет не просто как готовый материал общественных наук, а, во-первых, критически рассматривает их в контексте целостной, исторически развиваю­щейся практики, и, во-вторых, активно применяет при этом раз­рабатываемую в недрах гносеологии универсальную методологию научного познания.

Таков предмет социальной философии. Кстати говоря, четкому его осознанию часто мешает то обстоятельство, что большинство исследователей социальной формы движения не действуют как социальные философы «в чистом виде»: К. Маркс, М. Вебер, А. Дж. Тойнби и другие мыслители выступают одновременно и как социальные философы, и как историки, и как социологи, и как экономисты. Это вполне естественно и оправданно, но нуж­но, тем не менее, различать, где данный исследователь выступает как специалист-ученый, а где — как философ.

Аксиология и гносеология (в таблице №1 — это позиции I и II) — это не нечто чуждое социальной философии, они « в снятом виде» входят в ее состав. Аксиология присутствует в виде ценно­стного, а, следовательно, и экзистенциального, момента, отлича­ющего философию от науки. Некоторые исследователи выделяют в составе социальной философии (если брать «социальное» в широком смысле этого слова) специальную дисциплину под названием «Философия человека», или «Философская антропо­логия», в которой и концентрируется вся аксиологическая и