Раздел III. Гносеология

165

к отрицанию объективного характера философии: «она не выно­сит никаких строгих ограничений определенным предметом и определенным методом»²⁷.

Принципиально иной подход к анализируемому вопросу проде­монстрировал в свое время Гегель: «Есть лишь один разум, по­этому и философия только одна и лишь одной быть может»²⁸.

Гегель хочет сказать, что, несмотря на бросающееся в глаза различие философских учений, сущность философии была и оста­ется одной и той же.

В чем же сущность философии? Вспомним наши размышления об исходном пункте возникновения философии. Философское со­знание, как было показано выше, берет свое начало из так назы­ваемого мифологического сознания, которое очень длительное время было господствующей формой ориентации человека в мире. Разделение труда на умственный и физический потребова­ло принципиально иного способа мышления.

В условиях разделенного труда вещи начинают браться в их собственном значении, в их определенности. Философия появля­ется на свет как умение различать истинное отражение действи­тельности от неистинного. В центре внимания зарождающейся философии оказывается проблема соотношения, взаимозависимо­сти сознания и реальной действительности. Отношение между бытием и мышлением и оказывается подлинно всеобщим отноше­нием философии. Причем, это не только исходное, но и непрехо­дящее, то есть существенное, отношение философии.

Результат, подчеркивал Гегель, тождествен началу, ибо нача­ло есть цель. Уже в начале истории философии заложена глав­ная, существенная цель философии — стать и быть логикой. Однако любая сущность раскрывает, реализует себя не сразу, а через сложный и трудный многовековой исторический путь. Совпадение исторического и логического в начале пути выступа­ет лишь как возможность и как общая тенденция. «Точка зрения единства логического и исторического неразрывно связана с объективным подходом к философии, к определению ее предмета, характера и задач: история философии и есть объективно пред­ставшая Философия, всеобщая Логика, которая, хотя и осуще­ствлялась отдельными философствующими субъектами*, в целом

Диалект и ческая философия

представляет собой нечто большее, чем простая сумма субъек­тивных мнений отдельных философов»²⁹.

Итак, историческое развитие философии порождает из себя логику. И речь здесь, конечно, идет не о формальной, а о содер­жательной логике. Это с одной стороны. А с другой стороны, содержательная, диалектическая логика есть не что иное, как теоретическое изображение этой истории³⁰. «...Логическое, логика есть обобщенная, схематизированная история познания, а исто­рия познания в свою очередь есть тоже поступательно разверты­вающаяся и развивающаяся система логических категорий»³¹.

Рассмотренная на примере историко-философской модели, ди­алектика исторического и логического, выступает также универ­сальным законом и любого другого реального процесса развития, и любого конкретного процесса познания. Не зря премудрый Козьма Прутков заявлял: «Отыщи всему начало, и ты многое поймешь», а также — «Зри в корень!» Исходный пункт любой развивающейся системы, рассмотренный правильно, диалектичес­ки, обязательно оказывается и господствующим моментом, сущ­ностью всего процесса развития этой системы. Логическое, в сути своей, есть историческое внутри себя. Историческое же, взятое с онтологической стороны, есть формирование действи­тельности из ее возможности, есть разрешение исходного внут­реннего противоречия возникшей и становящейся системы. Исто­рическое, взятое с гносеологической стороны, есть мысленное отражение исторического процесса в теоретически выраженной, последовательной форме.

Таким образом, применение к познанию принципа единства исторического и логического в обобщенной и сжатой форме сво­дится к требованию рассмотрения предмета в единстве с его ис­торией и историей его познания.

Абстрактное и конкретное. Истина

Как уже было отмечено, конкретное определяется как «един­ство в многообразии». При этом конкретное не означает чув­ственно, наглядно воспринимаемой вещи или события, то есть