Раздел I. Предмет и метод философии '

13

Вторая причина состоит в том, что любое интуитивное озаре­ние необходимо ведь как-то выразить, оформить, воплотить, с тем чтобы найденная идея, исходная мировоззренческая позиция стали всеобщим достоянием или уж, по крайней мере, были до­ступны не только их автору. Подобно тому, как живописец ищет и находит некую специфическую форму, которая передала бы зрителям его видение мира, так и философ для выражения «уви­денных» им универсальных, в первую очередь, ценностных, прин­ципов бытия должен найти и разработать некие универсальные же формы — понятия, категории.

Интересно то, что даже философы, которые отрицают возмож­ность рационального (то есть разумного) познания бытия (пред­ставители так называемого иррационализма), не могут обойтись без определенных общезначимых форм рационального мышления для истолкования и распространения своего учения.

Поскольку любую философскую позицию можно выразить и передать только с помощью системы философских категорий, постольку из области аксиологии мы переходим в область гно­сеологии и содержательной (гносеологической) логики. Субъек­тивный момент и на этом этапе функционирования философии не исчезает, он просто переводится из внутреннего плана во внешний. «Наука о познании есть поэтому не психология, а логика, исследующая процесс объективации, т.е. логического синтеза»³⁵. Здесь в центре внимания оказывается точка зрения так называемого трансцендентального субъекта, то есть любого индивида, поскольку он принадлежит роду «Человек» и черпает, усваивает универсальные формы бытия из человеческой культу­ры. Основной вопрос обретает иную, более развитую форму: «Сознание рода «Человек» — Бытием/ От Психологического субъекта мы переходим к субъекту социальному, трансценден­тальному, от чувственно-конкретного взгляда на мир мы перехо­дим к теоретически-абстрактному взгляду: из всех общечелове­ческих ценностей на первое место здесь выходит одна ценность

• истина.

Главная задача гносеологии и содержательной логики (о них специально и подробно речь будет идти в разделе «Гносеология»)

• создание системы категорий и законов, которые одновременно

Диалект и ческая философия

выступают и как универсальные формы мышления, и как универ­сальные формы бытия.

Через гносеологию мы затем вновь переходим к онтологии, но это не возвращение назад, к субъективной онтологии, а движе­ние вперед — к онтологии объективной. Носителем сознания на этом, третьем этапе функционирования философии оказывается уже не только индивид и не только человечество, но в целом Универсум, или, по определению Б.Спинозы — единая, вечная и бесконечная Субстанция, неотъемлемым свойством (атрибутом) которой является мышление.

Положение Спинозы о том, что духовное начало имманентно всему сущему, следует соединить с идеей эволюции, ставшей в наше время неопровержимым «эмпирическим обобщением». Широко известным вариантом такого синтеза является филосо­фия П. Тейяра де Шардена (1881 —1955), рассмотревшего путь развития сознания «от альфы до омеги», выделившего и изучив­шего три последовательных, качественно различных стадии эво­люции целеустремленного сознания («ортогенеза»): «преджизнь» (литосфера), «жизнь» (биосфера) и «феномен человека» (ноосфе­ра). Последнюю стадию Тейяр в своей книге делит на подстадии «Мысль» и «Сверхжизнь».

Мы постараемся доказать, что не только сознание, но и соот­ношение сознания и бытия, то есть основная проблема филосо­фии, тоже носит эволюционный характер. Для наглядности этапы этой эволюции изображены в виде таблицы №1.

Как можно видеть, в таблице использованы и два других зна­менитых вопроса И. Канта, правда, не в той последовательности, в какой их называет сам Кант.

Перед нами как бы три основные парадигмы (то есть модели) философствования. Движение от одной из них к другой не есть отбрасывание предыдущей, а — ее диалектическое «снятие» (включение в последующую ступень развития в качестве преоб­разованного и подчиненного момента). Начиная философство­вание со своего, казалось бы, единичного, индивидуального взгляда на мир, человек затем обнаруживает сложность своего «Я», его зависимость от общества, а далее — и от универсума вообще.

Диалект и ческая философия

достижения этих ценностей-целей, заодно и проясняя для себя их истинность или ложность, и, наконец, соединяя первое со вто­рым, то есть ценности — со знанием, стремится к тому, чтобы достичь своих идеалов и воплотить их в практическую жизнь.

Интересно, в связи со сказанным, обратиться к философии Платона, который из всех ценностей' на первое место ставил добродетель, полагая, что цель*"жизни человека — стремление к добродетели. При этом Платой считал, что большинство людей не способно самостоятельно стать добродетельными, то есть вести моральную и счастливую жизнь. Для того, чтобы они все-таки вели такую жизнь, им нужны избранники, своего рода пастыри,"'^едущие большинство по правильному пути, в силу того, что знают идеи, в том числе идею Добра, Блага. При этом, под достижением Добра, Блага Платоном понималась реализация человеком своего призвания, своей сущности, полное развертыва­ние им своих способностей, то есть нечто большее, чем порой по­нимается в наше время. При этом Платон гораздо глубже пони­мал проблему соотношения человека и общества, личных и обще­ственных интересов, эгоизма и альтруизма, чем некоторые из современных нам философов, призывающих решать сформулиро­ванную Кантом проблему: «Что я должен делать, чтобы быть человеком?» — на пути откровенного и абсолютного эгоизма. «...По Платону, эгоизм является не просто моральной ошибкой. Эгоизм выражает тот факт, что люди принципиально не понима­ют, что означает бы.ть человеческим существом»³⁶.

Таким образом, далеко не все, а только мудрые люди могут совершить начатое ими еще в детстве «путешествие» от своего субъективного взгляда на мир ко все более и более объективно­му. И обозначенные выше три этапа и формы постановки и реше­ния основной философской проблемы принципиально едины как три этапа философского развития человека (достижения им все­сторонней мудрости),

Поэтому три знаменитых кантовских вопроса (четвертый, как мы видели, с точки зрения Канта, интегрирует в себе эти первые три) можно объединить в одну всеобщую задачу философии, в ее, можно сказать, кредо: «Дать человеку такое знание, чтобы он своими делами мог осуществить свои надежды!» И в таком