Раздел IV. Социальная философия и фило'софия человека

3J I

Выше мы, соглашаясь с Г.С. Батищевым, говорили о том, что ценности не являются чисто субъективным образованием, что они имеют более глубокое, причем — объективное основание. Правда, у Г.С. Батищева, как нам кажется, в основе такой идеи лежат всего лишь интуитивные моралистические рассуждения. А вот, если к этой проблеме подойти с точки зрения развивающе­гося отражения, то можно будет увидеть, что уже на уровне ми­нерала и амёбы возникает ценность быть (ценность существо­вания). А. Шопенгауэр своеобразно подметил это обстоятельство в своей идее воли, пронизывающей все бытие. Что же касается бытия человека, то оно, исторически возникая из инстинктивного стремления к бытию как к ценности, затем становится гораздо глубже, богаче и сложнее. Быть человеком — это не просто быть, a быть благим, счастливым.

Конечно, мы должны иметь в виду, что в восточных философи­ях существует и полное отрицание ценности бытия. И наоборот, высшей ценностью и первоосновой всего сущего провозглашает­ся небытие. Однако, думается, что в данном случае мы имеем дело не с абсолютным отрицанием европейской ценности бытия, а с определенным логическим продолжением его — в виде окон­чательного ухода в некоторые высшие сферы, ухода от всего, что связывает человека с «естественным», с природой.

Человек, возникший в результате развития способности субстан­ции к отражению и самоотражению, в конечном итоге формирует в себе не только принципиально новое отношение к своему бытию как к ценности, но и — отношение ко всему миру как к миру ценностей. Весь мир оказывается для человека не чем-то чуждым, абсурдным и враждебным, а его (человека) иным и высшим Я.

В чем источник возникновения высшей формы диалектики — диалектики творчества и любви? В том, что в процессе эволюции наряду с развитием индивидуального начала постоянно «шла с ним рядом», развивалась и совершенствовалась и диалектически противоположная форма — начало коллективности. Эта форма и была изначально предпосылкой диалектики творчества. Тот фе­номен «сотрудничества монад», который для отношения человека и природы фиксируется в выдвинутом H.H. Моисеевым понятии «коэволюция», имеет свою предысторию. Ведь уже на самых

Диалект и ческая философия

ранних стадиях развития возникают «сообщества» атомов, моле­кул, минералов, горных пород, живых клеток, стадных образова­ний животных, и, наконец, — человеческих сообществ. Как выра­зился Тейяр де Шарден, перед нами разворачивается движение от «простой прелюдии» «к значительно более развитой эволюци­онной солидарности»⁵⁸.

Целый ряд ученых и философов выдвигали или поддерживали эту идею единства процессов самоутверждения индивидов и их одновременного объединения. Так, например, известный теоретик анархизма ПЛ. Кропоткин (1842—1921) утверждал, что и в при­роде и в обществе борьбе за существование противостоит взаим­ная помощь.

Говоря об эволюционном развитии самой диалектики и ценно­стей, мы, конечно, интересуемся конечным результатом этого развития. Как и положено людям, их внутренней природе, мы присоединяемся к многочисленной армии футурологов в деле проектирования будущего, в деле создания его идеальной карти­ны. Ведь так хочется, как говорится, хоть одним глазком загля­нуть в сферу господства со-знания и со-вести!

Кроме того, разговор о различных аспектах становления ноос­феры позволит нам усилить и развить доказательство ее необхо­димости в деле решения вставших на пути развития человечества глобальных проблем.

Процесс становления ноосферы, естественно, не может осуще­ствиться мгновенно. Мы уже говорили, что модели В.И. Вернад­ского и П. Тейяра де Шардена отличаются одна от другой как начальный и конечный моменты возникновения качественно ново­го состояния человечества в единстве с породившей его приро­дой. Было бы весьма самоуверенно и неумно с нашей стороны рассуждать о длительности этого скачка и о типологии состояний внутри него. Начало и конец любого процесса, согласно Гегелю, диалектически тождественны: то, что в начале присутствует как цель, как идеал, как возможность, то же самое в конце присут­ствует как осуществленная цель, как действительность. Поэтому мы имеем право размышлять о качественных характеристиках ноосферы в целом, не исторически, а логически, то есть в тожде­стве ее начального и развитого состояния.