Раздел II. Онтология 119

уже как атрибуты единой субстанции, которую он именует Богом, или Природой.

Все эти категории: субстанция, материальное и идеальное, а также движение и покой, пространство и время, отражение и сознание суть всеобщие^у^ловия^-асеобщие формы бытия. К ним же относятсяТГТе"категории, которые будут рассмотрены в разделе «Гносеология». Однако онтология дает нам самые ис­ходные основания бытия, которые позволяют человеку формиро­вать логику познания, применимую к любой отдельной части бытия.

Мы всячески старались доказать, что онтологическая модель Бытия как такового вполне возможна. Для философии логичес­кая модель Бытия — это синоним объективной диалектики. Воп- рошание, характерное для первых философов: «Что такое сущее и имеет ли смысл существующий мир?» — носит сугубо логичес­кий характер. Ведь что такое нечто и каков его смысл? — это логический вопрос. Смысл и содержательная логика — понятия диалектически взаимосвязанные.

Моделей бытия, как известно, много. Совершенно недостаточ­но, как это порой делается, просто перечислять их и описывать (материалистические, идеалистические модели, модель дуализма, модель, основанная на понятии субстанции). Их необходимо рас-~1 сматривать как моменты результата познавательного движения единого общечеловеческого сознания. При этом не следует при­давать названиям «пантеизм», «дуализм» и т. д. значение неких идеологических ярлыков. В советской философии представители—' названных направлений изображались порой как некие недоумки. С позиций же теологов, представляющих целый ряд известных религий, слово «пантеизм» всегда звучало как — «ересь», что заставляло Гегеля с раздражением указывать на непоследова­тельность, противоречивость самих этих теологов: «Катехизис говорит: бог вездесущ; если разовьем это положение о вездесущ­ности, то оно приведет к спинозизму, и, однако, теологи высту­пают после этого против системы тождества и поднимают вопль, обвиняя ее в пантеизме»*³. И в самом деле, если сосредоточи­ваться не на идеологических, а на логических моментах пантеиз­ма, то становится несомненным, что идеи Б. Спинозы, Дж. Бруно

Диалектическая философия

и других так называемых пантеистов, а также дуализм Декарта

• это оправданная реакция на односторонность распространенных моделей миропонимания и, соответственно, — очень серьезный вклад в дело их грядущего диалектического синтеза.

Факт структурированности бытия, то есть наличие в нем раз­личных форм движения, имеет важное мировоззренческое и мето­дологическое значение. Прежде всего, он несомненно «льет воду ^на мельницу» эволюционизма, так как уже одно лишь разделение на низшие и высшие формы движения, тесно связанные между собой явлением «снятия», являет собой отчетливо зримую траек­торию развития окружающего нас мира. Особенно важно иссле­довать соотношение «границы» между каждой отдельной низшей высшей, по отношению к ней, формой движения. Высшая фор- \ ма по отношению к низшей ведет себя как субстанция, а низ- 1~_шая по отношению к высшей — как субстрат. Так, социальная форма движения проявляет себя как субстанция по отношению ко всем другим, более низким по уровню развития формам. Это одна из важнейших причин,^, позволяющих человека именовать микрокосмом.

Отсюда — недопустимость попыток поисков объяснений сущ­ности того или иного социального явления, например, — в биоло­гической форме движения. Мы только что говорили о критике Э. Фроммом биологизаторского подхода к исследованию причин склонности человека к разрушительной деятельности. Действи­тельно, недопустимо рассуждать примерно так: войны происходят потому, что человек по своему происхождению животное, и значит

• агрессивное существо, которому хочется периодически пустить / в ход свои «когти и клыки». Любой серьезный человек согласится

с тем, что войны начинаются вовсе не по биологическим причинам, \ а по причинам социальным: классовым, национальным, религиоз- \ ным. Сведение высшего к низшему — это один из вариантов бес- \—плодного редукционизма. Однако нельзя бросаться и в другую крайность: при изучении какой-либо высшей формы движения пол­ностью игнорировать низшую, из которой фактически «строится» тело этой высшей формы. Многие революционные проекты потому и носили утопический характер, что в них абсолютизировались законы социума, например, — экономические, и совершенно забы­