Раздел II. Онтология 113

попадают в логово зверей, вырастают там, а позже обнаружива­ются людьми и возвращаются в общество. Результат такого эк­сперимента трагичен. Это только в сказке Р. Киплинга Маугли становится мыслящим и говорящим царем зверей, а в реальности такие дети так и не становятся полноценными людьми. Дело в том, что к четырем годам у человека формируется примерно по­ловина его интеллекта, а к восьми — уже две трети. Первона­чальная пластичность мозговых структур со временем необрати­мо утрачивается. Отсюда, кстати, ясна важность правильного дошкольного и раннешкольного образования. И добавим — воспи­тания в целом: ведь именно в раннем детстве человек усваивает не только познавательные, но и моральные и эстетические прин­ципы поведения в обществе. ^yCCC'l у

Почему так происходит, в существенной степени объясняет" другой факт науки. Исследование мозга человека в последние десятилетия привело к открытию функциональной асимметрии коры головного мозга. Оказалось, что одно из полушарий (у боль­шинства людей — правое) отвечает за переработку чувственной, эмоциональной информации, а второе — информации логической, понятийной. Это замечательное открытие позволило объяснить суть ряда психических заболеваний. Для философии же более всего интересно то обстоятельство, что человек не рождается с функциональной асимметрией коры головного мозга, она форми­руется в процессе-дриобщения ребенка к трудовой деятельности. К этому следует добавитБт-что при возрастной деградации лично­сти (старческий маразм) эта асимметрия вновь исчезает. Не по­тому ли о таких стариках и говорят: «Впал в детство»?

Таким образом, весь ход развития науки убедительно доказы- вает то, что сознание человека носит социальный, а не биологи- ' ческий (идж_никак не мистический)характер.

И, тем не менее, и Спиноза, и Лейбниц, и Тейяр де Шарден правы: предпосылки и корни сознания начинают формироваться не с рождения человеческого ребенка и даже не с появления пер­вого человека, они изначально заложены в Субстанции в виде ее і способности к самоотражению. Процесс самоорганизации, само- _р оформления Субстанции не стихиен, не хаотичен, он носит харак­тер направленного развития. Сознание — высшая из достоверно

известных нам форм идеального отраженияі ноусама возможность достижения самых высоких форм сознательности, духовности предзаложена в Бытии. Точнее даже так: принимая во внимание вечность Бытия, следует признать, что вышеуказанная возмож­ность постоянно и всюду осуществляется, переходит в действи­тельность.

Представим себе для образности быстро вращающееся вело­сипедное колесо, в котором спицы сливаются в одну серую про­зрачную массу. Фактически внутри окружности колеса нет места, где не было бы спицы. Точно так же, если мысленно посмотреть на Вселенную глазами существа, для которого сто миллиардов лет — это одна секунда, то внутри Вселенной не окажется места, где не было бы сознания. А если на Субстанцию посмотреть «с точки зрения»... самой Субстанции, то можно будет сказать, что времени для нее как бы вообще не существует, а устранение времени переводит возможность духовности Бытия в постоянную и неотъемлемую от нее действительность (атрибут). Именно так, с точки зрения Субстанции, посмотрел на нее великий Спиноза. Именно поэтому он и не назвал движение атрибутом субстанции.

По-видимому, в философии пришлгГпора в0™сог0~синтёза ма­териализма и идеализма. Некое подобие такого синтеза пережи­ла, например, в свое время физика (оптика), пришедшая к выво­ду о том, что свет это и не корпускула и не волна, а и то и другое в органичном единстве. Указывать на «немыслящие» фрагменты Вселенной и этим доказывать первичность немыслящей материи — это то же самое, что указывать на немыслящие части живого человеческого тела и тем самым что же — доказывать, что перед нами немыслящее тело? Как можно видеть, подобному мышле­нию, основанному на абстрактно-общем, на одной лишь формаль­ной логике, нельзя доверять при решении вопроса о том, являет­ся или нет Универсум постоянным носителем Мирового Созна­ния.

Вернемся, однако, к непосредственно доступному нам, челове­ческому сознанию. Только подход к явлению сознания как к ис­торически становящемуся феномену позволяет понять его сложную структуру, в частности, такие явления, как самосозна­ние и бессознательное.