Преодоление пробелов в законодательстве России как фактор, влияющий на эффективность исполнения в стране решений Страсбургского Суда

Сегодня становится очевидным, что международное право оказывает существенное влияние на право внутригосударственное, на развитие национального законодательства Российской Федерации. Европейскую Конвенцию о защите прав человека и основных свобод 1950 г.⁴⁷⁹ можно назвать одним из ярких примеров такого влияния.

В связи с процессами интеграции и глобализации в последнее время все острее встает вопрос исполнения решений Европейского Суда по правам человека.⁴⁸⁰ Нельзя не согласиться с А.В. Деменевой отмечающей, что «в Российской Федерации, как правило, не возникает проблем с выплатой справедливой компенсации и иными мерами, направленными на восстановление права конкретного заявителя (мерами индивидуального характера). Однако достаточно острым является вопрос применения общих мер, направленных на устранение и предупреждение в дальнейшем установленных нарушений как таковых, а не только относительно к рассмотренной жалобе».⁴⁸¹ В доказательство этому Деменева приводит большое количество рассмотренных в отношении России так называемых «клоновых» дел, когда решения Европейского Суда в течение многих лет выносятся по однотипным нарушениям. Такое положение дел свидетельствует о том, что проблемы в части мер общего характера существуют. Учитывая важность общих мер, их влияние на реализацию положений Европейской Конвенции в целом, необходимость принятия и эффективность таких мер очевидна.

Несмотря на существующие проблемы, необходимо отметить стремление Российской Федерации исполнять решения Европейского Суда и признать, что государство предпринимает для этих целей практические шаги. Вместе с тем, работа по исполнению решений Суда в части мер общего характера не всегда является достаточно эффективной.⁴⁸²

Анализ деятельности государства по исполнению решений Европейского Суда показывает наличие недостатков в принятии мер общего характера. Недостатки эти препятствуют эффективному исполнению в России решений Суда и могут быть сведены к следующим обстоятельствам. Во-первых, отсутствуют мониторинг и контроль того, как на практике выполняются нормативные акты, принятые в целях исполнения решений Суда. В свою очередь, это не исключает того, что в стране сохраняются практики (особенно на локальном уровне), приводящие к нарушению Европейской Конвенции.⁴⁸³

Во-вторых, меры по приведению судебной практики в соответствие с решениями Европейского Суда не предпринимаются.⁴⁸⁴

В-третьих, общие меры, которые принимаются в целях исполнения решений Суда, не всегда носят комплексный характер. Они не приводят к устранению всех причин, вызывающих нарушения Европейской Конвенции.⁴⁸⁵

В-четвертых, отсутствует порядок взаимодействия различных органов власти, а также порядок распределения ответственности за неисполнение решений Суда. Это ведет к нескоординированности усилий по исполнению постановлений Суда и к тому, что вся ответственность за исполнение этих решений возлагается на законодательную власть.⁴⁸⁶

В-пятых, специальный орган, наделенный полномочиями по изучению правовых последствий решений Суда и подготовке рекомендаций по совершенствованию российского законодательства и правоприменительной практики, Уполномоченный России при Европейском Суде – заместитель министра юстиции России, готовит лишь документы рекомендательного характера и не имеет права законодательной инициативы.

Представляется, что российские власти должны разработать ряд норм и процедур, которые позволили бы вести систематическую и комплексную работу по реализации мер общего характера, необходимых для исполнения решений Суда. В частности, необходимо создать механизмы и процедуры, которые обеспечивали бы координацию между различными органами власти при идентификации причин, приводящих к нарушению норм Конвенции, при разработке комплекса мер, по устранению таких нарушений и при реализации этих мер. Кроме того, необходимо создать систему мониторинга, которая позволяла бы оценить эффективность исполнения решений Суда в части мер общего характера.⁴⁸⁷

Существует потребность в создании механизма приведения в действие рекомендаций Уполномоченного России при Европейском Суде. Наделение Уполномоченного правом законодательной инициативы позволило бы ему содействовать приведению российского законодательства в соответствие с Европейской Конвенцией и предупреждать нарушения Конвенции.

Еще одной важной мерой, которая может повысить эффективность исполнения решений Европейского Суда в России, может стать создание системы официального перевода и публикаций решений Суда. Отсутствие порядка официальной публикации решений Суда препятствует приведению судебной практики в соответствие с требованиями Суда. А это, в свою очередь, устраняет судебную власть из процесса исполнения решений Европейского Суда.⁴⁸⁸

Принятие в России специального федерального закона по аналогии с принятым в Украине законом «О выполнении решений и применении практики Европейского Суда по правам человека», способствовало бы улучшению сложившейся ситуации в сфере исполнения решений Суда.

Предполагается, что закон должен обозначить понятие и содержание мер общего характера, а также предусмотреть процедуру их реализации. В законе могут быть указаны следующие меры общего характера с определением соответствующих органов, ответственных за их реализацию: внесение изменений в действующее законодательство и практику его применения; внесение изменений в административную практику; обеспечение юридической экспертизы законопроектов; обеспечение профессиональной подготовки прокуроров, адвокатов, работников правоохранительных органов, иных лиц, чья деятельность связана с правоприменением, по вопросам изучения Европейской Конвенции и практики Европейского Суда.

Наличие в законе обозначенных мер и детально регламентированных процедур их реализации с указанием ответственных субъектов будет отвечать принципу правовой определенности, а значит, эффективности национального механизма реагирования на решения Европейского Суда. Детально обозначенные в законе процедуры действий государственных органов в ответ на установленные Европейским Судом нарушения позволят более четко взаимодействовать с конвенционным механизмом контроля за исполнением Россией международных обязательств. Таким образом, пробел в законодательстве будет преодолен, что положительно отразится на эффективности исполнения в стране решений Страсбургского Суда.

Балязина Ольга Николаевна

Некоторые проблемы приобретения права собственности на недвижимость

Российской Федерации за рубежом.

Северо-Кавказский Государственный

Технический Университет

Секция Н-1-T

За рубежом у России находится разнородный состав недвижимого и движимого имущества, право собственности на значительную часть которого перешло в порядке правопреемства СССР и Российской империи. По некоторым оценкам, стоимость такого имущества достигает 500 миллиардов долларов, однако проблема в том, что оно до конца не инвентаризовано и к тому же значительная часть имущества не учтена.

При этом существуют пробелы правового регулирования отношений, связанных с правопреемством. Следует оговориться, что за рубежом находится как публичная, так и частная собственность российских граждан и юридических лиц, правовой режим этих категорий имеет принципиальные отличия. Так, режим собственности российских физических и юридических лиц за рубежом определяется прежде всего законодательством соответствующего иностранного государства в соответствии с принципом места нахождения вещи (lex rei sitae). Правовой режим собственности государства принципиально иной, поскольку по общему правилу она обладает иммунитетом и неприкосновенна, а значит, не может быть принудительно изъята. В этой связи представляется необходимым остановиться на вопросе об иммунитете государства и его собственности в международном гражданском обороте.

В доктринах и практике Российского международного частного права существуют две теории иммунитета иностранного государства: абсолютного иммунитета и функционального иммунитета. Отечественная правовая доктрина вплоть до недавнего времени опиралась на концепцию абсолютного иммунитета государства, и данный подход находил отражение в законодательстве. Начиная с середины 1990-х годов позиция отечественного законодателя по вопросу об иммунитете государства претерпевает изменения. Так, Федеральным законом от 30 декабря 1995 г. «О соглашениях о разделе продукции» было предусмотрено, что Российская Федерация в отношении споров, возникающих из соглашений о разделе продукции, вправе отказаться от юрисдикционного иммунитета. Принятый 30 апреля 1999 г. Кодекс торгового мореплавания РФ не содержит каких-либо норм относительно запрета задержания или ареста государственных российских или иностранных судов. Согласно ст. 1204 части третьей ГК РФ к гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом, с участием государства правила раздела VI ГК РФ применяются на общих основаниях, если иное не установлено законом. Таким образом, к концу XX в. позиция российского законодателя стала склоняться к переходу к теории функционального иммунитета.

Начиная с середины 1990-х годов позиция отечественного законодателя по вопросу об иммунитете государства претерпевает изменения. Так, Федеральным законом от 30 декабря 1995 г. «О соглашениях о разделе продукции» было предусмотрено, что Российская Федерация в отношении споров, возникающих из соглашений о разделе продукции, вправе отказаться от юрисдикционного иммунитета. Принятый 30 апреля 1999 г. Кодекс торгового мореплавания РФ не содержит каких-либо норм относительно запрета задержания или ареста государственных российских или иностранных судов. Согласно ст. 1204 части третьей ГК РФ к гражданско-правовым отношениям, осложненным иностранным элементом, с участием государства правила раздела VI ГК РФ применяются на общих основаниях, если иное не установлено законом. Таким образом, к концу XX в. позиция российского законодателя стала склоняться к переходу к теории функционального иммунитета.

Не меньшую актуальность имеет обозначенная в ст. 127 ГК РФ задача принятия закона, в котором должны найти отражение особенности ответственности Российской Федерации и субъектов Российской Федерации в отношениях, регулируемых гражданским законодательством с участием иностранных юридических лиц, граждан и государств.

Практическая необходимость принятия данного закона связана с расширением случаев добровольного отказа органов государства от иммунитета в отношении объектов государственной собственности, находящихся за рубежом. Наглядным примером может служить история с российским долгом швейцарской фирме Noga. Согласно контракту, заключенному между компанией Noga и Правительством РФ в 1992 г., российское государство получило кредит у швейцарской компании Noga в форме поставки в Россию продовольствия. Плата за кредит должна была покрываться встречными поставками нефти российскими внешнеторговыми организациями. В кредитном соглашении было установлено, что все споры по соглашению компетентен рассматривать арбитраж в г. Стокгольме в соответствии со швейцарским правом, а также зафиксированы отказ России от иммунитетов в отношении исполнения решения арбитража и обязанность соблюдать такое решение. Поскольку между компанией и российскими поставщиками возникли разногласия, фирма в соответствии с арбитражной оговоркой обратилась в арбитраж, который в 1997 г. удовлетворил ее иск к российскому государству. Следствием этого стали арест счетов российских дипломатических представительств во Франции, попытка арестовать российский парусник «Седов», а также угроза подвергнуть аресту другое российское имущество во Франции. В дальнейшем Россия поставила под сомнение правомерность заключения кредитного соглашения (соглашение от имени РФ было заключено двумя министерствами) и правомерность отказа от иммунитета. Одновременно во французском суде было заявлено, что согласие государства на рассмотрение спора в арбитраже не означает отказа от двух других иммунитетов. В 2000 г. аресты были сняты французским судом.

В настоящее время Государственной Думой Российской Федерации в первом чтении принят проект Федерального закона об иммунитете иностранных государств и их собственности, который исходит из концепции функционального иммунитета. Согласно проекту предполагается, что иностранное государство не будет пользоваться в России судебным иммунитетом по ряду категорий споров, в том числе: спорам, возникшим при осуществлении этим государством предпринимательской деятельности; спорам из сделок, совершенных государством не при осуществлении своей суверенной власти; спорам, касающимся участия государства в коммерческих и некоммерческих организациях; спорам, касающимся прав государства на недвижимое имущество в РФ; законопроект наделяет имущество государства особым статусом за рубежом, который предотвращает ее отчуждение или арест по суду. Другая мера, предусматриваемая законопроектом, - составление полного списка объектов, принадлежащих РФ за рубежом, который отсутствует с начала 90-х гг. После распада СССР было разработано шесть законопроектов, которые позволили бы контролировать зарубежную собственность страны, но ни один из них не был принят. Таким образом, представляется необходимым ускорить принятие вышеназванных законов, а также создать нормативную базу, исключающую возможность возникновения проблем при приобретении права собственности на недвижимость Российской Федерации за рубежом.

Бураев М.Р.

Финансовая Академия при Правительстве РФ

H-T