Гартман

Николай Гартман (1882 — 1950 гг.) — немецкий философ. Родился в Риге, обучался в Петербургском университете. Учился у Когена и Наторпа. Основные работы: "Платоновская логика бытия", "Основные черты метафизики познания", "Аристотель и Гегель", "Проблема духовного бытия. Исследования к основоположению философии истории и историчес­ких наук", "К основоположению онтологии", "Строение реального мира. Очерк высшего учения о категориях", "Философия природы. Абрис спе­циального учения о категориях", "Этика", "Эстетика", др.

Под влиянием работ Гуссерля Гартман выступил с критикой неокантианства за его "методологизм", "субъективизм" и "конструктивизм".

Гартман критически относился к конструированию философских систем, но сам последовательно и методично разрабатывал собственную философию как систему. Он считается последним "системосозидателем" в европейской философии XX в. Обосновывая познание как онто­логический процесс, восстанавливая в правах онтологию в целом, Гарт­ман определяет суть своей философии как реализм. Но он отличается в рамках реализма созданием "критической онтологии" (или "новой онтологии").

Исходное положение "критической онтологии" — критика трансцендентализма, который, по мнению Гартмана, упускает из виду то обстоятельство, что познание есть трансцендентный (выходящий за пределы сознания) акт. Мышление двойственно-интенционально — мысля мысль, оно тем самым и через нее мыслит предмет, который есть нечто иное, и поэтому оно есть именно то, о чем мыслится мысль. Мышление ради мышления, утверждает Гартман, бесплодно. Мысль имеет место всегда ради чего-то другого — сущего. Мысль и вещь неразличимы по содержанию, но по способу бытия они в корне отличны друг от друга (мысль имеется в духе, вещь — всегда вне духа). Познание — это не конструирова­ние, а "схватывание" действительности, уже существующей до и независимо от познающего. Хотя структура действительности во многом совпадает со структурой познания, полного их совпадения быть не может. Познание в каждый данный момент времени лишь увеличивает полноту и глубину "схватывания" действительности, никогда им неисчерпывающейся. Одновременно, расширяя собственные границы, познание расширяет и границы реальности.

Бытие, по Гартману, обладает "слоистостью", оно многоступенчато. В бытии есть четыре "слоя" (уровня): 1) неорганический (физический), 2) органический (биологический), 3) душевный (психический), 4) духовный (идеальное бытие). Высшие "этажи" бытия возникают на основе низших, закономерности которых присутствуют в них ("закон возвращения"): "Высший слой бытия не может существовать без низшего, тогда как последний может". Высшие уровни несводимы к низшим, наращивают в себе свободу как свою атрибутивность ("закон нового"). Каждый "слой" бытия автономен и имеет собственную внутреннюю детерминацию ("закон дистанции"). Нарастание свободы от уровня к уровню не отменяет каузальных зависимостей. Более того, имеет место усиление необходимости ("закон детерминации").

Гартман так формулирует суть "новой онтологии": в бытии необ­ходимо различать формы существования и его категориальные структуры. Задача "критической онтологии" — дать анализ категорий как фундаментальных определений бытия внутри каждого из слоев и вскрыть их взаимосвязи и соотнесенность. Познание, следовательно, является бытийным отношением — отношением между сущим объектом и так же сущим субъектом. В процессе познания объект оста­ется одним и тем же, а изменяется субъект. Проникновение субъекта в объект всегда есть прирост некоторого "познавательного образования" в по­знавательном соотношении. При этом предмет познания выступает в этом отношении как "более чем предмет" — он есть не только познан­ное, но и непознанное. Объект безразличен к познанию и его возможным в данный момент границам, он бытиен.

Одному миру соответствует множество картин мира.

Онтологический подход Гартмана трактует познавательное отноше­ние как бытийное, тем самым позволяя постичь это отношение в его встроенности во взаимосвязи жизни, в его дифференцированности по "слоям" бытия. Если бы все категории предмета одновременно были бы категориями познания, то не могло бы быть ничего непознаваемого. Но мы, утверждает Гартман, во всех областях обнаруживаем непреодоли­мые границы познания, некие "избыточные категории бытия", которые не отражаются в сознании как его категории. Граница познаваемости проводится в предмете на рубеже категориальной идентичности. К позна­ваемости категорий она не имеет никакого отношения.

Гартман формулирует программу "дифференциального категориального анализ. Он подразделяет категорий на два царства: 1) категории как принципы бытия и 2) категории как "также" и принципы позна­ния. Только в математике и логике, отмечает Гартман, можно говорить о действительном тождестве категорий. При соотнесении двух царств категорий мы, считает Гартман, впадаем в неизбежную антиномичность. Но сознание может обладать познанием. При этом, с од­ной стороны, сознание должно выходить за свои пределы, поскольку оно схватывает нечто вне себя, поскольку оно есть познающее созна­ние. А с другой — сознание не может выйти за свои пределы, поскольку оно может схватывать только свои содержания, т.е. поскольку оно — опять же познающее сознание. Коль скоро нет тождества бытия и мышления — это противоречие в принципе непреодолимо, считает Гартман. При этом он отмечает, что всякое категориальное изменение касается лишь поз­навательных, а не бытийных категорий. Последние неизменны и инвари­антны, они суть предельные значения, к которым стремится и приближается познание.

"Схватить" можно лишь то, говорит Гартман, что уже имеется в наличии. Поэтому понятийное "оформление" категорий всегда вторично. Категории могут существовать и без понятийного "оформления". Реаль­ное изменение категорий познания структурируется во всеобщем про­цессе приспособления человека к окружающему миру, протекающем на заднем плане всякого исторического прогресса познания, всякого изменения мыслительных форм и понятий, образуя его суть. Процесс познания входит в более широкий процесс духовной жизни в истории, определяемый непрерывной ориентацией человека в мире как аспект приспособления. Приспособление понимается Гартманом как категориальное изменение, разворачивающееся в историчес­ком процессе духовно-культурной жизни. Это есть процесс развития категориальной идентичности: аппарат познавательных категорий содер­жательно приспосабливается к состоянию бытийных категорий. Механизм реализации такого процесса следует искать в "чет­вертом" духовном "слое" бытия, во взаимодействии личностного и объ­ективного духа. Объективный дух реально, помимо индивидуальностей, не существует, он есть их всеобщая обезличенная форма — царство цен­ностей. Взаимодействие личностного духа с объективным, их синтез порождает "объективированный дух", представленный в произведениях искусства, философии, религии, науке, технике и т.д.

Постоянное трансцендирование расширяет окружающий мир, увеличивает адекватность категориальной идентичности. Познание, в конечном счете, есть, считает Гартман, не что иное, как участие в сущем, "для-нас-бытие" того, что иначе существует лишь в себе. В своем обраще­нии к бытию познание является сознательным участием духовного бытия в себе самом, "для-себя-бытием". В то же время Гартман считает, что смыслы познания — это аксиологическая проблема. Однако ценности не могут быть "схвачены" только познавательным отношением. Они открываются в отношениях "любви-ненависти" и являются проблемой этики и эстетики. В основе постижения ценностей лежит, согласно Гартману, интуитивное "чувство ценности", эмоционально-трансцен­дентные акты их непосредственного и прямого "схватывания": это воспринимающие акты (переживания субъекта), акты проспективные (предвосхищения субъекта: надежда, страх, беспокойство), акты спонтанные (полностью инициативные: вожделение, желание, воля). Гартман убежден, что именно эмоциональ­но-трансцендентные акты (в отличие от познания) наглядно подтверждают существование действительности как реального мира.