Леонтьев

Константин Николаевич Леонтьев (1831 — 1891 гг.) — последняя круп­ная фигура неославянофильства. Ранний Леонтьев идеализировал прос­той народ, сельскую общину. Защищал безграмотность народа, его "варварство" как источник национального своеобразия. Позднее он разочаровывается в идеале русской самобытной культуры: "Оригинален наш русский психический строй, между прочим, и тем, что до сих пор, кажется, в истории не было еще народа менее творческого, чем мы".

Продолжая линию Данилевского, Леонтьев предлагает свою концепцию трех стадий развития народа: 1) первичной простоты, 2) цветущей сложности, 3) вторичного смесительного упрощения. О прогрессе он говорит: "Правильная вера в прогресс должна быть пессимистическая, а не благодушная, все ожидающая какой-то весны". "Смешно служить такому идеалу, несообразному ни с опытом истории, ни даже со всеми законами и примерами естествознания". "Нелепо, оставаясь реалистом в геологии, физике, ботанике, внезапно перерождаться на пороге социологии в утилитарного мечтателя".

Леонтьев везде проводит идею неравенства — биологического, социального, эстетического, морального, религиозного. Он писал: "Для развития великих и сильных характеров необходимы великие обществен­ные несправедливости". "Миллионы русских людей должны были прожить под давлением тех атмосфер — чиновничьей, помещичьей и церковной, хотя бы для того, чтобы Пушкин мог написать "Онегина" и "Годунова" чтобы построить Кремль и его соборы, чтобы Суворов и Куту­зов могли одержать свои национальные победы".

Толстой

Лев Николаевич Толстой (1828 — 1910 гг.) — гениальный русский писа­тель, создатель религиозно-этического учения о мире, человеке, об­щественном переустройстве, о смысле жизни (толстовство). Отрицал церковное христианство, официальное богословие. Для него Христос — обыкновенный человек, религиозный проповедник. Он считал, что христианская догматика была для церкви только предлогом, в действи­тельности же она всегда преследовала свою выгоду.

Все религии, согласно Толстому, заключают в себе две части: 1) этическую (учение о жизни людей) и 2) метафизическую (учение о Боге и его атрибутах, о происхождении мира и людей, об их отношении к Богу). Метафизическая сторона разных религий неодинакова, а этическая совпадает, следовательно, этическая часть религии и составляет подлинный смысл любой религии.

Рассматриваемый в моральном плане Бог — "неограниченное сущест­во", которое сознается каждым человеком в самом себе. "Бог есть лю­бовь", "совершенное благо". Всеобщий разум, или Бог, является выс­шим законом нравственности, и познание его составляет главную зада­чу человечества, ибо от этого находятся в прямой зависимости пони­мание смысла жизни и способы ее правильного устройства.

В существующем знании Толстой искал ответов на вопросы о смысле своей жизни, деятельности, и не находил. Он фактически приходит к заключению о том, что наука бессильна, а философия (в лице Сократа, Шопенгауэра, Соломона, Будды) приходит к выводу — "все суета". Из такой ситуации Толстой видит четыре возможных выхода: 1) "неведе­ние", 2) "эпикурейство", 3) самоубийство и 4) выход слабости — "пони­мая зло и бессмысленность жизни, продолжать тянуть ее, зная вперед, что ничего из нее выйти не может" (ср. экзистенциализм). Толстой считает, что искать смысл жизни нужно у народа, который жил и живет нормальной жизнью, не мучаясь подобными вопросами. Здесь Толстой нашел, как он пишет, истину и "принял ее".

У людей помимо знания есть вера, и в ней нужно искать ответ на вопрос о смысле жизни: "Вера есть знание смысла человеческой жизни, вследствие которого человек не уничтожает, а живет". Толстой считает, что то, чем занимаются светские люди, интеллигенция — искусст­во, наука и т.д. — "все это одно баловство ... искать смысла в этом нельзя".

В духе своего принципа "непротивления злу насилием" Толстой говорил о том, что для того, чтобы нейтрализовать насилие государственной власти, нужно: "не участвовать в этом строе, в том, что поддерживает его: в военщине, в судах, ложном учении и т.д."

Толстой с сомнением высказывался о прогрессе общества. Ему свойственен своеобразный нигилизм в отношении культуры. По Толстому, все изобретения и научные открытия вредны, потому что помогают богатым укреплять свое положение и еще успешнее угнетать народ.