Лакатос

Имре Лакатос (Лакатош) (настоящая фамилия — Липшиц, 1922 — 1974 гг.) — венгерско-британский философ, методолог науки, ученик Поппера. Основные работы: "Доказательства и опровержения", "Фальсификация и методология исследовательских программ", "История науки и ее рациональные реконструкции", "Изменяющаяся логика научного открытия", др.

Лакатос выступил против концепции развития науки Т.Куна. Наука есть и должна, быть соревнованием исследовательских программ, соперничающих друг с другом. Это идея так называемого утонченного методологического фальсификационизма, который развивал Лакатос в общем русле концепции Поппера.

Лакатос различает фальсификационизм догматический и подлинно методологический фальсификационизм. Первый — догматический фальсификационизм — характеризуется видением науки как процесса, размеченного прочными конструкциями и непогрешимыми фальсификациями. Но, как показал еще Поппер, эмпирическая база науки неустойчива и неопределенна, а потому и речи быть не может о фиксированных протокольных предложениях и не пересматриваемых в принципе опровержениях. Опровержения также могут быть ошибочными, что подтверждает и логика, и история науки, кото­рой Лакатос стал уделять особое внимание.

Методологический фальсификационизм исправля­ет ошибку догматиков, показывает зыбкость эмпирической базы науки и предлагаемых ею средств контроля гипотез. Согласно Лакатосу, однако, даже методологический фальсификационизм недостаточен. Лакатос полагает, что в борьбе между теоретическим и фактическим участвуют как минимум три стороны: факты и две соперничающие теории. Всякая теория отживает свой век не тогда, когда объявляется противоречащий ей факт, а когда о себе заявляет новая теория, которая в чем-то лучше ее. Ньютоновская механика стала фактом истории только после появления теории Эйнштейна.

Лакатос говорит не просто о теориях, а об исследовательских программах. Он считает, что смена теорий происходит в рамках некоторой программы с неопровержимой методоло­гией, показывающей свою ценность, плодотворность и прогрессивность в сравнении с другими программами. Кроме того, любая теория может поначалу быть несовершенной, болеть детскими болезнями, и поэтому для своего развития, становления и укрепления нуждается во времени. Это, как раз, и подтверждается историей науки, в которой происходит конкуренция исследовательских программ, а не просто отдельных теорий. У Лакатоса на первое место выдвигается взаимосвязь между различными эпистемологиями и историографией науки, а также момент эволюции научного поиска. Лакатос упрекает Поппера, своего учителя, в неисторичности. В принципе фальсифицируемости Поппера он видит попыт­ку приспособить искажаемую историю к определенной теории рациональности. Куна Лакатос упрекает в излишней иррациональности при трактовке научной революции. Но в целом он остается внутри проблематики и самой атмосферы попперовского фальсификационизма.

По мнению Лакатоса, имеет место процесс смены теорий, а вовсе не ситуация с одной теорией, оцениваемой то как научная, то как псевдонаучная. Серия теорий прогрессивна, если каждая новая теория содержит некий избыток относительно предыдущих теорий, объясняет новый, до сих пор неожиданный факт. Такая серия теорий, взятых в непрерывности их смены мало-помалу, и обретает очертания исследовательской программы. Исследовательская программа состоит из методологических правил (правила избегания каких-либо путей образуют негативную эвристику; правила относительно того, куда следует идти, образуют позитивную эвристику). Такая программа заключает в себе некоторые гипотезы, не подлежащие опровержению, которые составляют твердое ядро программы. Именно по ядру можно судить о характере всей программы в целом. Вся изобретательность сторонников в соответствующей методологической программы направлена на разра­ботку ядра программы, точнее, на разработку гипотез, поддерживаю­щих ядро программы и составляющих его "защитный пояс". Кольцо вспомогательных гипотез ("защитный пояс") позволяет, считает Лакатос, сдерживать атаки контролирующих проб и всячески защищать и консоли­дировать ядро программы. Исследовательская программа имеет успех, если она хорошо разрешает проблемы, а проваливается тогда, когда не способна решать проблемы. Если дальнейшие модификации "защитного пояса" не приводит к предсказаниям новых фактов, программа начинает регрессировать.

Лакатос пишет: "нельзя свертывать вновь возникшую исследователь­скую программу лишь потому, что она не сумела одолеть более сильную программу-соперницу ... Пока новая программа не будет реконструиро­вана рациональным образом как прогрессивное самодвижение проблемы, в течение определенного времени она нуждается к поддержке со стороны более сильной и утвердившейся программы-соперницы". "Зрелая наука состоит из исследовательских программ, не столько предвосхищающих новые факты, сколько ищущих вспомогательные теории, в этом, в отличие от грубой схемы "проверка-и-ошибка", ее эвристичес­кая сила". Кстати, Лакотос усматривал слабость марксизма и фрейдизма как исследователь­ских программ именно в недооценке роли вспомогатель­ных гипотез, когда отражению одних фактов не сопутствовало предвос­хищение других необычных фактов.

В отличие от куновских "парадигм", концепция "научно-исследовательских программ" Лакатоса объясняет процесс развития научного знания исключительно с точки зрения внутренних интеллектуальных критериев, не прибегая к внешним социальным или психологическим аргументам. Лакатос показывает, как возможна рациональная реконструк­ция истории науки. Полная картина исторического развития науки естественно далека от рациональности, она складывается под воздействием как "внутренних", так и "внешних" факторов. Однако рациона­льная реконструкция оказывает обратное влияние на нас самих. Она дает возможность занять нормативную и критическую позицию по отно­шению к истории науки, влияя тем самым на ее настоящее и будущее,

Лакатос высказывал убеждение, согласно которому наука в целом может быть рассмотрена как одна большая исследовательская программа.