Представители структурализма о познании Леви-Стросс

Клод Леви-Стросс (р. 1908 г.) — французский этнограф, социолог, представитель структурализма. Автор работ: "Структурная антропо­логия", "Элементарные структуры родства", "Печальные тропинки", "Мифологика" (в 4т.: т.1 — "Твердое и мягкое", т.2 — "От меда к пеплу", т.З. — "Происхождение хороших застольных манер", т.4 — "Обнаженный человек"), др.

Основным направлением исследований Леви-Стросса стали неосознаваемые структуры. Он исследует системы родства, которые формируются на дорефлексивной стадии раз­вития мышления. Пытается выявить скрытое основание, направляю­щее и структурирующее хаотические по видимости человеческие феноме­ны. Взятые вместе матримониальные правила и системы родства, по его мнению, можно трактовать как вид языка и совокупность операций, га­рантирующих определенный тип коммуникации внутри группы. Так, инва­риантный всем группам запрет инцеста Леви-Стросс рассматривает как следствие неосознанных структур. Он утверждает, что без запрета инцеста не произошло бы выхода за пределы биологической организации.

Структурные формы родства первобытных людей для Леви-Стросса представляют собой разнообразные продукты общего врожденного психического оснащения человечества. Они — инвариантные формы "человеческого духа". Поэтому, не люди, а бессознательные структуры, по сути, правят в истории. Декларируемые цели — всего лишь видимость. Сомнительны инновационные процессы в истории. Леви-Стросс и после­дующие антропологи-структуралисты пытаются освоить изначальные правила "человеческого духа", структурируя не только социальные конфигурации, но и ментальные продукты.

Глубокие "психологические" формы, элементарные структуры мышления Леви-Стросс исследует, анализируя "дикое" мышление и мифы. Он не согласен с теми, кто делает акцент на эмоциональном элементе "примитивного" менталитета: первобытное мышление не менее логично, чем мышление цивильного человека. Это подтверждается, тотемическими классификациями и рациональной каталогизацией природных явлений первобытными людьми. Строгую логику Леви-Стросс выявляет в самих древних мифах. Выяснив синтаксическую организацию мифов и разделив ее элементы на конъюнктивные и оппозитивные бинарные группы (герой—жертва, друг—враг, отец—мать, жесткое—ягкое), он группирует мифы, принадлежащие разным обществам и культурам, не по содержанию, а согласно выявленной им системе аксиом и постулатов. Эти аксиомы и постулаты, говорит Леви-Стросс, составляют: "лучший из возможных кодексов, дающий смысл бессознательному, внутренне присущему духу, обществам и культурам, выбранным из тех, что наиболее отдалены друг от друга".

Логика мифов "имманентна самой мифологии, а мифи­ческие схемы дают представление об абсолютных объектах". Леви-Стросс стремился показать: "не то, что люди думают о ми­фах, а то, как мифы думают о людях без их ведома ... И, может быть, еще важнее отодвинуться от всего субъективного, чтобы понять, что мифы, в определенном смысле, обмениваются мыслями между собой".

Стросс уверен, что человеческий дух детерминирован мифическими структурами.

Лакан

Жак Лакан (1901 — 1981 гг.) — французский теоретик и практик структурного психоанализа, основатель "парижской школы фрейдизма". Автор работ: "Вхождение в трансфер", "Функция и поле речи и языка в психоанализе" (программная статья), ряд др.

Лакан исследует бессознательное, которое, по его мнению, "гово­рит"; существуют "говорящие" болезни. Бессозна­тельное "говорит" тем больше, чем больше оно страдает. Такой "разговор" бессознательного Лакан обнаруживает во всем: "в этом моем теле, истерическом ядре невроза; в истерическом симптоме проступает структура языка ... Она — в архивных документах, в детских воспоминаниях, невесть откуда взявшихся; в семантической эволюции, что соответствует словарному запасу и значениям, моему стилю и мо­ему характеру; в традиции и даже в легендах...".

Лакан считает, что задача анализа не в том, чтобы восстановить связь субъекта с реальностью, а в том, скорее, чтобы научить субъекта понять истину бессознательного. Бессознательное говорит, но его дис­курс не поддается дешифровке, ибо это "дискурс Другого". Лакан пишет: "Мы учим, вслед за Фрейдом, что Другой — вместилище памяти, открытое под именем бессознательного". "Сезам бессознательного заключается в обладании словесным эффектом, в том, чтобы быть языковой структурой". Лакан высоко оценивает роль лингвистики: "к ее роли на вершине современной антропологии нельзя оставаться равнодушным". Даже Фрейд, напоминает Лакан, не зная лингвистики, фактически, поступал как линг­вист, особенно при анализе снов. Сам Лакан механизм сна и вообще т.н. онирические (сюрреальные) продукты связывал с иероглифическим письмом. По Лакану, сначала было Слово, а не Действие. Закон человека — это закон языка как означающего, к которому человек постоянно прибегает,

Означающее (язык) плетет вокруг человека тончайшую сеть с самого его рождения. Невротический симптом, при этом мыслится Лаканом как результат ситуации, когда означающее выталкивает из сознания субъекта означаемое. Он пишет: "Я мыслю там, где меня нет, и я там, где уже не мыслю". Психоанализ учит субъ­екта узнавать белые листы своей истории. Истина собственной истории ускользает от нас: Я и Оно разорваны. Только находя истину в бессо­знательном дискурсе, субъект способен "восстановить свою экзистенцию в историческим пространстве. Если психоаналитик и ведет куда-то, то к дешифровке, предполагая наличие логики в бессознательном".

Лакан при помощи образа (аналогии) зеркала показывает, что формирующийся субъект — не непосредственный продукт ощущения, а событие, требующее опосредования образом тела. Зеркальная стадия формирования субъекта делится на три этапа: 1) сначала ребенок воспринимает зеркало как нечто реальное, что он и пытается понять, 2) затем ребенок принимает зеркало как что-то нереальное, 3) наконец, признает зеркальный образ как собственное отражение. Все это происходит между шестым и восемнадцатым месяцами жизни ребенка.

О воображаемом мало что можно сказать до того, пока оно не включено в символическую цепочку. Воображаемое прихо­дит раньше, но первично все же символическое: именно в языковых символах, утверждает Лакан, совершается гуманизация или дегуманиза­ция человеческой жизни. Человеку кажется, что символический порядок создан им, но, “плененный символами, он рождается вторично”.

Лакан анализируя нужду (потребность) и приходит к выводу о том, что, раз войдя в сети языковых символов, мы не имеем потребности в чистом виде, ибо она уже в смеси с запросом и желанием. Запрос — это обращение к Другому, которое часто маскируется под нужду, подменяющую “требование любви”.

О религии и отношении к ней психоанализа Лакан пишет: "Стабиль­ность религии проистекает из факта, что смысл всегда религиозен ... Религия придумана, чтобы лечить людей, точнее, она выдумана из не­способности понять, что же в жизни не так". "Смысл" всегда религиозен, считает Лакан, и поэтому психоанализ, вскрывающий бессознательное, чтобы констатировать утрату смысла растерзанным Я, не может не проигрывать религии.