57. Жорж де Виссан Коммунистический театр. Советская театральная труппа «Габима» из Москвы Le Soir. Paris, 1926. № 169. 18 Juil. P. 3

На примере московского театра «Габима» мы во Франции впервые имеем возможность понять, как функционируют театральные труппы в Советской России. За что признательны гг. Требору и Брюле⁴⁴¹. Благодаря им на сцене Театра «Мадлен» мы увидели спектакли, которые, несмотря на отсутствие сильной режиссуры и совершенной актерской игры, несомненно, очень любопытны. Кажется, все уже сказано о достоинствах спектаклей, однако никто не остановился подробно на советских принципах организации театра. Выступающий в качестве импресарио г. Кашук⁴⁴² раскрыл для нас {366} некоторые заслуживающие внимания детали. В состав труппы, организованной как кооператив, входят сорок актеров. Здесь нет ни звезд, ни каких-либо различий между членами коллектива, которые каждый день по очереди выступают то в важных ролях, то в массовке. Так, например, г. Мескин, исполнивший главную роль в «Големе»⁴⁴³, в «Гадибуке» играл бессловесного слепого, появлявшегося лишь во втором акте. Кроме того, главные роли в любой пьесе один за другим исполняют разные актеры. Такая постоянная смена удобна еще и потому, что каждый знает не только собственную, но и все остальные — женские или мужские — роли. Таким образом, здесь нет ни суфлеров, ни дублеров, поскольку в случае неявки одного из артистов, его тут же подменит другой.

Каждый вечер сборы, за вычетом необходимых расходов, поровну распределяются между членами труппы. Вместе с тем, артистам, обремененным семьей, достается большая часть пропорционально количеству детей. Вопрос о распределении ролей, как и споры между членами труппы, разрешаются художественной комиссией, состоящей из пяти человек, избранных их товарищами. Решения комиссии соблюдаются неукоснительно. С другой стороны, здесь не существует рукописных экземпляров пьесы. По установленному сценарию артисты сами придумывают реплики и соответственные жесты. Поэтому в Кельне, где свирепствует цензура, у труппы было много хлопот из-за необходимости предоставить тексты в распоряжение цензоров. Артистам пришлось диктовать друг другу текст каждой пьесы, чтобы передать цензорам и получить необходимое разрешение.

Мы видим, что русский коммунистический менталитет проник даже во внутритеатральную организацию, принеся с собой новые обычаи. В то же время, если советские музыканты отказались подчиняться руководителю-дирижеру то русские актеры сохранили, как и в капиталистических труппах, должность режиссера. На самом деле спектакли «Габимы» поставлены разными московскими режиссерами под общим руководством знаменитого Станиславского.

В понедельник театр «Габима» завершает свои гастроли, чтобы продолжить турне в Голландии, Англии и Америке.

Пер. с фр. Н. Э. Звенигородской

58. Альфред Польгар «Габима» в Вене Die Weltbühne. Berlin, 1926. № 39. S. 509 – 510

Еврейский театр из Москвы покоряет Вену ярким сценическим искусством. Древнееврейский образ жизни исполнен нового русского духа. Обрядовое и театральное слилось воедино. Таинственное и тревожное особого мира чувств и мыслей, комическое, задушевное, причудливое и пафосное переплелись на сцене в единое целое.

В книге Рене Фюлёп-Миллера «Дух и лицо большевизма» (издательство «Альматеа»)⁴⁴⁴ опубликован портрет рано умершего Вахтангова, который поставил «Гадибука» в театре «Габима». Лицо обреченного на смерть человека исполнено любви, страдания и вдохновения. Именно таким оно явилось и в сценической работе. Страсть творца, как в зеркале, отразилась в его творении.

Сценография Вахтангова очень проста. Покатые подмостки позволяют продемонстрировать устремленность ввысь. Предметы {367} расставлены таким образом, будто плоскостная проекция (с необходимыми усечениями) воспроизведена в трехмерном пространстве. Несколько деревянных прямоугольников и треугольников, обозначающих все и ничто, установленные друг на друга под углом и закрепленные в сценической яме, нависают как обломки потерпевшего крушение корабля: вот то немногое, за что можно зацепиться взглядом. В воздухе повисли буквы иудейского алфавита: материализовавшаяся духовная атмосфера местечка. Вахтангов вплетает актерскую игру в изобразительный ряд и растворяет ее в музыке. Исполнители для него являются частью сценографии. Гармонично сочетающиеся, выразительные, содержательные движения и язык жестов не нуждаются даже в тексте. Диалоги представляют собой дуэты или трио. В некотором роде — сухая музыка. Пантомимой и танцем этот театр чрезвычайно наглядно выражает присущие только ему образы. В этом его свобода, творчество, истинная натура и богатая фантазия. От воздействия актерской личности «Габима» отказывается. Причем программно. Из‑за этого сцены, в которых отдельные исполнители должны были бы оказаться яркими и звонкими сосудами драматичного момента, представляются слабыми. Например, в сцене изгнания демона раввином в «Гадибуке». В берлинской постановке⁴⁴⁵ эта сцена мистерии являлась незабываемым кульминационным моментом. Там Соколов⁴⁴⁶ (великий художник, актер Таирова, ушедший в немецкий театр) играл раввина. В сцене заклинания ему превосходно удалось передать эту молчаливую концентрацию всех духовных сил и крайнее душевное напряжение. У зрителей захватывало дыхание.

Театр «Габима» дает великолепную замену актерскому искусству.

Это проявляется символически даже в масках. Четко очерченная физиогномика прикрывает подлинные личины собственного «я». Прекрасные маски, которые, однако, красками и гримом сковывают мимику. Именно на это отдельное лицо в этой удивительной труппе не претендует. Ему отводится лишь роль отдельной черточки этого коллективного лица.

Пер. с нем. компании «ААТ»