11. Анатолий Канкарович «Чудо св. Антония». (Третья студия Московского Художественного театра)178 Петроградская правда. 1923. № 92. 27 апр. С. 5

Мы вынуждены признать, что Москва несравненно богаче нас в театральном отношении. Это театральное богатство заключается, прежде всего, в том, что у московских театров есть определенная театральная физиономия, есть лицо театра, в то время как у нас этого-то театрального лица как раз и не хватает. У нас есть отдельные хорошие и удачные спектакли, но идейных, так сказать, «физиономных» театров у нас очень и очень мало.

Петроград не блещет именами театральных идеологов; Москва, наоборот, давала и дает нам Станиславского, покойного {148} Вахтангова, Таирова, в свое время Санина, Комиссаржевского; наконец, в Москве живет и работает Мейерхольд.

Третья студия Московского Художественного театра привезла нам всего три спектакля: «Чудо св. Антония», «Принцессу Турандот» и «Правда — хорошо, а счастье лучше», показав пока «Чудо св. Антония» Метерлинка — пьесу в высшей степени театральную.

Пусть каждый художник решает свою задачу по-своему, но пусть он ее решит. Можно спорить со способом этого решения, но нельзя не признать самого факта выполнения задачи. У москвичей есть свое определенное лицо, есть определенная линия, есть строгий замысел, есть подход и есть большое мастерство — достижение, которым они всегда побеждают театральный Петербург.

Поставлена пьеса покойным Вахтанговым манерно-строго: в двух цветах — черном и белом, без декораций — в сукнах, со строгим аскетическим ликом Антония и с шаржировано-карикатурными лицами обывателей.

Трудно отдать предпочтение одному исполнителю более, чем другому — в этом удивительном, прекрасном и стройном ансамбле москвичей. Вот почему вместо обычного перечисления актерских фамилий хочется приветствовать идейную коллективность наших славных и желанных гостей.

12. Д. П<латач> Первый спектакль Третьей студии Красная газета. 1923. № 94. 27 апр. С. 6

Московский Художественный театр, его студии и, в частности, постановки покойного Вахтангова более или менее известны Петрограду по гастролям прошлых лет.

Это обстоятельство в значительной степени скрадывало остроту новизны дебюта Третьей студии, демонстрировавшей вчера в театре на Фонтанке свою работу Петрограду впервые.

Взвившийся занавес тотчас же обнаружил, что это не terra incognita, а нечто уже известное. Те же достоинства и те же недостатки в соединении актерской школы Станиславского с более новыми методами режиссуры. Соединение стилей ультра-реалистического и условно-символического. Монолитность ансамбля, в совершенстве овладевшего словесным материалом пьесы; экономия в средствах сценической интерпретации и, как следствие этого, огромная сила их выразительности; математическая точность, четкость и заостренность жеста и пластики.

Комедия Метерлинка «Чудо св. Антония» (по автору — сатирическая легенда) — для реалистического театра дает мало материала.

Символист Метерлинк родственнее, быть может, Таирову, нежели Станиславскому.

Пьеса трактуется как шаржированный гротеск, со значительной утрировкой.

Лишенный декоративности спектакль разрешен в плане условно стилизованной архитектуры; система не передвигающихся ширм придает известную монументальность, определенную массивность. Черные пятна костюмов на фоне буро-желтых ширм подчеркнуто оттеняют нарочитую скудость сценического убранства, сообщая этим спектаклю декоративную четкость.

Об исполнении было бы трудно говорить после первого, небольшого спектакля. Это можно будет сделать лишь несколько позже, {149} когда сказка о принцессе Турандот разрядит холодок зрительного зала, встретившего первый спектакль весьма сдержанно.

Третья студия МХАТ даст в Петрограде до 20 спектаклей, после чего предполагает уехать за границу — в Скандинавские страны.