Глава 6

иерархию столь же определенную, как иерархия секунд, минут и часов (т.е. единиц измерения времени)^.

Если же учесть, что генетиками в XX веке было установлено, что абсолютно каждый младенец появляется на свет Божий со своим не­повторимым, то есть уникальным биоритмом, то именно ритм мож­но считать ведущим свойством природы. Можно указать также и на то, что в том же XX веке была раскрыта ритмическая эстетическая закономерность абсолютно всех совершаемых человеком видов дея­тельности⁴, разумеется, в особенности всех видов проявления худо­жественной активности человека, потому что сами способности ху­дожественного и эстетического восприятия человеческого мозга, как утверждается в уже цитированной нами книге "Красота и мозг", по своей биологической природе опираются на ритм.

Ритм исключает однообразие и монотонность, которые утоми­тельны для мозга и труднопереносимы. Мозг наш непрерывно рабо­тает в двух режимах: возбуждения и торможения. Утрата способно­сти работы в том или ином режиме считается патологией, которая нередко бывает неизлечимой и ведет индивида к тому, что называет­ся идиотским существованием. Если конкретно обратиться к любо­му из ныне существующих видов искусства, то начиная с музыки и заканчивая самыми современными телевизионным, радио- и ком­пьютерным искусством и всеми теми, которые еще, несомненно, появятся в будущем, без звуковой, вербальной (словесной), живо­писной (колористической), объемно-силуэтной, светотеневой, пла­стически-двигательной, жестово-мимической, тоново-высотной рит­мики в художественно-творческой и эстетически-воспринимающей созерцательной или активной жизни человек просто перестанет быть человеком. Василий Кандинский, сначала разделявший позицию

³ Тернер Ф., Пеппель Э. Поэзия, мозг и время // Красота и мозг. — М., 1995. — С. 82.

⁴ Эстетическая деятельность / Отв. ред. Киященко Н.И., Лейзеров Н.Л. — М.: Искусство, 1986.

142

ФИЛОСОФСКО-ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ...

великого естествоиспытателя Германа фон Гельмгольца о том, что изобразительные искусства и музыка в корне различны, в книге "О духовном в искусстве" пришел к следующему выводу:

Художник, не находящий удовлетворения в простом копирова­нии, стремится применить к живописи приемы музыки. Он за­мечал в современной ему живописи тягу к ритму, математиче­ским четким построениям, к повторению цветовых пятен, а в результате — к приданию цвету динамичности⁵.

Так случалось со всяким художником, который пытался осмыс­лить свою художественную практику. Леонардо да Винчи и Микеланджело Буонарроти, Джорджо Вазари — тому ярчайшие примеры.

Может быть, именно по этой подсознательно прочувствованной еще в глубокой древности причине в мышечном и чувственном соз­нании, а потом и в чувствующем мышлении первобытных людей стал накапливаться естественно потребный для их нормальной и здоровой жизни ритмический, а тем самым и эстетический опыт.

На основе в какой-то мере не только прочувствованного, но и осознанного опыта восприятия ритмической организации всего су­щего человек, видимо, обратил внимание на то, что все живое на земле (растения, насекомые, медузы, улитки, ракообразные, рыбы, животные, а если внимательно присмотреться, то и неживое, осо­бенно всякого рода минералы и обкатанные морской волной на бе­регах морей и других водоемов камни, галька) отличается удивитель­но симметричным строением или организационной структурой. Может быть, сначала это вызывало удивление, а потом, по мере раз­вития человека, и восхищение, которое не могло не отразиться на всем том, что человек учился изобретать, делать, обрабатывать, строить, упорядочивать... Можно с полным основанием предполо­жить, что, таким образом, у человека появился еще один оценочный

⁵ Ренчлер И., Селли Т., Маффеи Л. Обратим взгляд на искусство // Красота и мозг. — С. 191.

143