Глава 7

опыт подготовки специалистов-автоматов, у которых можно и нуж­но было формировать лишь умения и навыки, ибо всю творческую работу за них выполняли конструкторы, инженеры и организаторы производства. Мастер и рабочий — это были не просто разные про­фессии, это были разные уровни бытия человека в мире и разные уровни жизни. Если для древних греков слово "мастер" означало творца в любом виде деятельности, а мастером - искусником мог стать каждый свободный гражданин города-государства, то в век промышленного развития мастер выделился в особую касту, а все реальные создатели материальных ценностей стали рабочей силой, предназначенной бездумно создавать блага и богатства для избран­ных. Эти избранные, в основном объятые жаждой наживы, прибы­лью, конечно, не хотели и не могли образовывать "рабочую силу", запредельную для существовавших в каждое конкретное время тех­нологических процессов и работы на конкретном техническом обо­рудовании или орудиях производства, как называли станки, конвей­еры, приборы и орудия ручного труда. И Природу нужно было познавать, изучать и осваивать только в пределах познанного и тех­нически освоенного.

В постиндустриальный век, или век господства информационных процессов и технологий, любая нетворческая профессия утрачивает свое значение. Она просто перестает быть эффективной и произво­дительной. Поэтому теперь нужен не просто мастер на любом месте, а мастер-творец, для которого главным становится не "что", а "как", и здесь творческого подхода к делу даже "что" может не получиться, не говоря уже о "как".

Сегодня в каждой из 45 тысяч насчитывающихся в мире профес­сий и специальностей имеются свои тайны и секреты, разгадывание которых, овладение которыми под силу только тем, у кого именно к данным профессиям и специальностям есть призвание и кому дают­ся "ключики" от их тайн и секретов. Каждая раскрытая тайна и сек­рет вызывают в творце такие радостные эмоции и переживания, о которых еще в XVIII веке писал Фридрих Шиллер в оде "К радости":

168

ФИЛОСОФСКО-АНТРОПОЛОГИЧЕСКИИ КОНТЕКСТ...

Радость, пламя неземное, Райский дух, слетевший к нам, Опьяненные тобою, Мы вошли в твой светлый храм. Ты сближаешь без усилья Всех разрозненных враждой, Там, где ты раскинешь крылья, Люди — братья меж собой...

Радость двигает колеса Вечных мировых часов, Свет рождает из хаоса, Плод рождает из цветов. С мировым круговоротом Состязаясь в быстроте, Водит солнца в звездочетам Недоступной высоте.

О радости как высшей эстетической эмоции, доступной только творящей личности, мы уже писали. Она раскрывает свои объятия каждому, кто в любом виде деятельности творит по всеобщим зако­нам эстетического творчества, среди которых на первом месте стоит закон ритма или ритмической организации всего творимого челове­ком материального или духовного мира, в том числе и самотворения себя как личности. Особенно эффективное самотворчество осущест­вляется в любом процессе общения "Я" с "Другим" и "Другими" по М. Буберу, И. Кону, Б. Поршневу, М. Хайдеггеру, поскольку оно симметрично, то есть в отличие от коммуникации, лишь осуществ­ляющей передачу информации, общение обязательно предполагает ответную реакцию собеседника с ответной, как правило, обогащен­ной информацией. В общении невозможна лишь механическая пе­редача чего-то, это не субъект - объектные, а субъект - субъектные от­ношения. Поскольку вся социальная жизнь личности, особенно субъектов деятельности "осуществляет на трех уровнях практический,

169