Глава 9

Да, для эстетики форма воплощения содержания— отправная точка, ибо многие процессы, предметы и явления в мире имеют для человека утилитарное, этическое, политическое и идеологическое значение, не имея ничего общего с эстетическим отношением чело­века к миру. Содержание многих и многих явлений мира не имеет индивидуальной формы, что для эстетики является непременным условием.

Именно неповторимая, уникальная форма воплощения содержа­ния вызывает в человеке не простые реакции, а эстетические. При­чем эти реакции завершаются эстетическими эмоциями, которые не могут быть общими и одинаковыми у всех созерцающих это явление, процесс или форму, ибо каждый созерцающий неповторим и уника­лен в каждом испытываемом им чувстве, эмоции, вкусе, способно­сти высказывать эстетическое суждение, переживать созерцаемое и наслаждаться им. Настоящая эстетическая эмоция действует возбу­ждающе на ум человеческий, потому-то Л.С. Выготский и называл эмоции искусства умными эмоциями. Общность эстетических эмо­ций состоит только в том, что это всегда умные эмоции, возбуждаю­щие и пробуждающие собственные творческие потенции и силы ка­ждого, кто их испытывает в процессе восприятия и созерцания тех или иных явлений природы или жизни человеческого духа.

Эстетическая эмоция — это первичная чувственная эстетическая оценка-реакция воспринимаемой формы явления, которая может дать пищу для осмысления и вызвать бурный поток мыслей, а может завершиться лишь чувственным переживанием индивида и даже доставить ему наслаждение. Эстетическая эмоция обостряет вкус к жизни и повышает ее тонус, вызывает активизацию творческих по­тенций и сил человеческих. Не прояви эстетические эмоции своей пробуждающей и укрепляющей жизненные силы человека энергии, возможно, древнейший человек и не занялся бы тем, что не прино­сило вроде бы никакой пользы: он начинал что-то чертить, лепить из глины, вытесывать из камня и дерева, наносить пятна и рисунки на стены пещер, что интуитивно-эстетически привело его к выделению

208

ЭСТЕТИКА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ К МИРУ

из всего многообразия проявлений человеческой активности худо­жественной и эстетической деятельности. У нас нет никаких основа­ний полагать, что человек сразу же усвоил благодетельную воспита­тельную силу результатов этой своей спонтанной и неосознаваемой деятельности.

Наверняка ему сначала просто нравилось заниматься чем-то та­ким, что не требовало напряжения сил, как на охоте или при каком-либо другом способе добывания средств жизни. Делал он это в сво­бодное от охоты время, видимо, таким способом он отвлекался от тяжких забот, а может, так своеобразно отдыхал. И это доставляло ему удовольствие. Затем это привлекло внимание других сородичей, соплеменников своей организованностью, упорядоченностью, фор­мой. А может, так наглядно человек древности мыслил? Во всяком случае, так рождалась оценочная деятельность человека, которая во всем последующем развитии, передаваясь от поколения к поколе­нию, закреплялась сначала в нейронных связях головного мозга, а затем и в генах человека. А раз она передавалась генетически в виде предрасположенности каждого человеческого индивида к эстетиче­скому отношению к миру и формированию у него эстетического сознания, для человеческого рода она перестала быть спонтанным и неосознаваемым явлением и была включена в целенаправленные процессы формирования, обучения, воспитания и образования но­вых поколений людей.

Для осуществления этих целеустремленных процессов человек еще в древности, очевидно, на еще не осознаваемом уровне, пытался создать для новых поколений, говоря по-современному, эстетиче­скую среду обитания и эстетические условия для проявления эстети­ческой человеческой активности, направленной и вовне, и внутрь самого себя.

Создание социокультурной эстетизированной среды обитания человека в современной эстетике призвано обеспечить эстетиче­скую ситуацию, возникающую только при непосредственном чув­ственном контакте человека с предметом восприятия, которая в

209