Глава 8

ибо это уже начало творчества. В культурной же активности и в куль-туро-творческой деятельности с момента их зарождения и становле­ния заключены основная сила и энергия, сосредоточивающиеся, на­капливающиеся в уже окультуренных чувствах, головном мозгу (уме) и воле человека.

Чем раньше тот или иной социум, общество своей хорошо обоснованной генетически, психологически, педагогически и философско-культурологически системой общественного воспитания и образования выявляет задатки каждого ребенка, тем большего социокультурного эффекта добивается данная образовательная система. Когда-то В.П. Эфроимсон обосновывал в работе "Педаго­гическая генетика" вопрос о необходимости реформирования на ге­нетической основе и постоянного совершенствования существо­вавшей в то время системы образования в СССР, считавшейся одной из лучших в мире. Он писал:

Ив связи с этим также неизбежно встанет вопрос о раннем оп­ределении способностей детей, о различных формах отбора, о создании действенных стимулов для развития воли и приобрете­ния необходимых знаний².

Вопрос о действенных стимулах в развитии к приобретению не­обходимых знаний для культурологического аспекта эстетики имеет исходное значение, ибо "проклевывание" стимула и способности к знанию были также исходным моментом возникновения существен­ных отличий головного мозга человека от мозга животных. Через знания и только знания (не важно, носят ли они лишь интуитивный, чувственный или рациональный, осознанный характер) человек распредмечивает мир, то есть узнает его, чтобы затем, руководству­ясь прочувствованным и осознанным, осмысленным знанием, иметь возможность придумать нечто, чем можно добывать себе средства к существованию, и оборонять себя от более сильных и "вооруженных"

² Эфроимсон В.П. Педагогическая генетика. — С. 17.

176

ФИЛОСОФСКО-КУЛЬТУРОЛОГИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ...

зубами, рогами, мощными копытами, бивнями, клыками и когтями животных, которых, конечно, поначалу было гораздо больше, чем людей. Ну, а раз создав нечто полезное, съедобное, надежное и про­верив его в реальной практике жизни, человек устремился по пути распредмечивания мира на миллионнолетнюю продолжительность. Генетический естественный отбор шел рука об руку с познающим человеком, независимо от того, знал человек что-либо о генах или не знал. Он стимулировал и развивал стимулы и потенции к познанию, а эмпирический опыт направлял развитие соответствующих особен­ностей человека.

Именно генетики в XX веке предложили человечеству фундамен­тальные основания для создания условий, совершенных и нацелен­ных на эстетическое развитие ребенка в системах общественного воспитания и образования:

• обязательный учет наследственности;

• "ранняя обеспеченность детей условиями максимального благоприятствования интеллектуальному развитию";

• "формирование ценностных критериев, интересов по прин­ципу импрессинга";

• "раннее определение профиля способностей и раннюю при­вивку любви и вкуса именно к той сфере деятельности, в кото­рой индивид сможет найти максимальное удовлетворение и стать максимально отдаточным";

• "интенсивность мотивации — целеустремленность, без кото­рой все потенции могут оказаться нереализованными или реа­лизованными крайне недостаточно"³.

³ Там же. — С. 20-21. Кстати, в собственно эстетическом аспекте, в том чис­ле и в докторской диссертации "Философские основы теории эстетического воспитания" (1978), и в десятке книг, я развивал эти идеи в то время, когда тру­ды по генетике были практически недоступны.

177