Право собственности

§ 92. Понятие. Историческое происхождение собственности.

Собственностью или правом собственности называется право пол- ного и исключительного господства над вещью. "Полное" означает,

¹ Gai. 2, 2—9; D. 1,8. De divis. rer. fr. 9. § 3 (Marcian); Fast v. Mons sacer и ν: Religiosus. Хотя эти свидетельства принадлежат позднейшему времени, но есть пол- ное основание думать, что как вышеуказанное деление, так и нижеследующее суще- ствовало уже и в праве 2-го периода.

² Gai. 2, 10. 11. ³ Ulp. 19, 1; Gai. 1,120.

⁴ Ulp. 19, 3.

132 Учебник истории римского права

что собственник может делать со своей вещью все, что ему угодно (пользоваться ею, отчуждать, уничтожать); "исключительное" озна- чает, что никто другой не может воздействовать на вещь. Впрочем, в обоих отношениях собственность может подвергаться ограничени- ям в силу особого закона или соглашения между частными лицами; например, закон XII таблиц ограничил землевладельца в том отно- шении, что дозволял соседу входить на его землю для сбора плодов, свалившихся с деревьев, которые находились на соседнем участке; сам землевладелец мог предоставить владельцу соседнего участка право прохода или проезда, вообще сервитут на свою землю.

Когда возникла частная собственность в Римском государстве, неизвестно; во всяком случае, она появилась задолго до XII таблиц, ибо в этих законах она является уже твердо установленным и значи- тельно развитым институтом. Весьма вероятно, что сначала была признана собственность только на движимые вещи. Это подтверж- дается, во-первых, тем, что термины, употребляемые еще в XII таб- лицах для обозначения имущества или наследства частного лица, этимологически означают движимость¹; во-вторых, тем, что древ- нейший способ приобретения собственности (mancipatio) требует, чтобы при совершении обряда была налицо сама приобретаемая вещь и чтобы приобретатель держал ее рукой, что возможно только отно- сительно движимых. И действительно, относительно недвижимых такого требования не было². А это указывает на то, что обряд манци- пации был создан тогда, когда в частную собственность можно было приобретать только движимые вещи. На то же заключение наводит и древнейший обряд, который соблюдался при судебном споре о соб- ственности: если вещь была движимая, ее нужно было принести на суд, и тяжущиеся, при произнесении предписанных формул, долж- ны были схватывать спорную вещь рукой³.

Главная недвижимость, земля, вероятно, находилась в облада- нии отдельных родов или их совокупности, т. е. племени. Мы не можем сказать точно, когда она сделалась предметом частной соб- ственности; но мы можем отметить в римских источниках места, в которых, по-видимому, отразилось воспоминание римского народа о том переходном моменте, когда часть земли сделалась доступна частной собственности. Именно, многие римские писатели расска-

¹ Familia (все, что принадлежит к дому) и pecunia (скот). См.: XII tab. 5, 3—5, 7а; tab. 10, 7; Mommsen. Rom. Staatsr. III. 1. С. 222.

² Gai. 1, 121. Ulp. 19, 6.

³ Gai. 4, 16.

2-й период. Первая половина республики 133

зывают, что Ромул выделил каждому гражданину участок земли в два югера, с тем чтобы он переходил к наследникам, почему его и стали называть heredium¹. Этот небольшой участок, конечно, не мог удовлетворять всем потребностям земледельца; он мог быть доста- точен только для усадьбы с огородом². Отсюда мы заключаем, что было время, когда усадебная земля сделалась предметом частной собственности, а полевая по-прежнему осталась в общинном владе- нии (рода или племени). Затем уже о дальнейшем процессе обраще- ния и полевой земли в частную собственность в наших источниках мы не находим следов³.

Право собственности (в субъективном смысле) обозначалось на римском юридическом языке несколькими терминами: чаще всего для этого употреблялся родительный падеж или притяжательное местоимение, с прибавлением слов "ex jure Quiritium", например: hic homo Sempronii ex jure Quiritium est или meus ex j. Q. est. По- видимому, в настоящем периоде то же значение имело слово "mancipium". Впоследствии для той же цели стали употреблять сло- во "dominium", которое, впрочем, имело и другие значения, а еще позже (в последующие периоды) и "proprietas".

§ 93. Способы приобретения. Для того чтобы приобрести право квиритской собственности, надо было исполнить известные усло- вия, которые принято называть способами приобретения собствен- ности⁴. Уже в древнем цивильном праве, т. е. во 2-м периоде, этих способов было довольно много. Чтобы удобнее обозреть и запом- нить их, мы разделим их на три группы, сообразно с тем, кто уста- новляєш право собственности.

К первой группе мы отнесем те способы, которые служили для перехода собственности от одного частного лица к другому частно- му лицу; эти лица установляли право собственности. Притом одни из этих способов применялись только к какому-нибудь одному виду вещей, т. е. к res mancipi или пес mancipi (mancipatio и traditio), дру- гие же — к обоим видам (in jure cessio и usucapio). Эта группа самая важная, потому что заключает в себе нормальные, так сказать, обы- денные способы перехода частной собственности. Вторую группу

¹ Varro. R. R. 1, 10, 2; Plin. Н. nat. 18, 2, 7; Plutarch. Popl. 21; Fest. v. Centuriatus ager.

²Это подтверждается тем, что во времена XII таблиц слово "heredium" упот- ребляется в смысле огорода. Plin. Η. n. 19, 4, 50 (Bruns. С. 25). ³Следует припомнить сказанное раньше, именно, что частная собственность в 1-м и 2-м периоде, в сущности, была семейной. ⁴Более полное перечисление их см.: Ulp. Fragm. 19,2.

6 - 10400

134 Учебник истории римского права

составляют те способы, в которых право собственности установля- ется государством. Третью группу составляют случаи наследования права собственности после смерти известного частного лица.

§ 94. Mancipatio. Рассмотрим первую группу. В древнейшем пра- ве на первом плане стоит манципация. Наиболее связное описание ее обряда сохранилось в "Институциях" Гая ( 1, 119). Для совершения его требовалось присутствие нового приобретателя вещи и прежнего собственника (отчуждателя), затем пяти совершеннолетних (puberes) римских граждан в качестве свидетелей и шестого в качестве весов- щика (libripens), т. е. держателя медных весов, составляющих необ- ходимую принадлежность обряда. По-видимому, необходим был еще седьмой гражданин, который назывался antestatus; но роль его неяс- на¹. Затем должна была находиться налицо сама приобретаемая вещь, если она была движимая (Gai. 1, 121), и наконец, кусочек медной руды. Самый обряд совершался таким образом (у Гая описывается манципация раба): приобретатель (qui mancipio accipit), схватывая вещь рукой, произносил следующую формулу: hunc ego hominem ex jure Quiritium meum esse ajo isque mihi emtus esto hoc aere aeneaque libra; затем, ударяя кусочком руды о весы, он передавал этот кусочек отчуждателю (a quo mancipio accipit), по объяснению Гая, как бы в виде покупной платы (quasi pretii loco)².

Этим способом можно было приобретать собственность только на res mancipi (Ulp. Frag. 19, 3).

Как видно из самого обряда и из слов Гая, манципация имеет вид продажи вещи; но это была только мнимая продажа (imaginaria venditio); кусочек руды имел только обрядовое значение. Для пере- хода права собственности достаточно было совершения вышеопи- санных формальностей, а мотивы, или, как иначе выражаются, ос- нования для перенесения собственности могли быть самые разнооб- разные: отчуждатель мог действительно продать вещь, и тогда мо- тивом или основанием манципации будет заключенный предвари- тельно договор купли-продажи; но таким основанием могло быть и желание подарить вещь или исполнить волю завещателя, обязавше- го манципанта выдать какую-нибудь вещь из наследства известному лицу, и т. д. Однако несомненно, что в то время, когда манципаци- онная форма только еще возникала, она была действительной про- дажей, в которой договор и исполнение его совпадали. Об этом бу- дет сказано ниже.

¹ Bruns. Fontes (5-е изд.). С. 251 и 252 — образцы манципационных сделок.

² Gai. 1, 119, 121. Ulp. Fragm..19, 3 и 6.

2-й период. Первая половина республики 135

При совершении обряда не требовалось, чтобы отчуждатель не- пременно передал вещь приобретателю. Это видно из того, что не- движимые вещи и нельзя было бы передавать, за их отсутствием¹. Манципация имела целью только перенесение самого права собствен- ности, хотя, конечно, движимые вещи, как бывшие налицо, большей частью передавались при самом обряде.

Каково же было действие манципации, или, другими словами, какие отношения возникали после нее?

1. Если отчуждатель был квиритский собственник манципиро- ванной вещи, то и приобретатель получал то же право. Но если пер- вый манципировал чужую вещь, то настоящий собственник мог вы- требовать ее от приобретателя (это называлось evincere rem). В та- ком случае, чтобы вознаградить последнего за причиненный ущерб, ему предоставлено было (вероятно, законом XII таблиц) право взыс- кать с отчуждателя двойную стоимость вещи. Иск, который он дол- жен был предъявить для этой цели, назывался actio auctoritatis². Эта a. auctoritatis составляла исключительную принадлежность манци- пации. Другие способы не имели этого последствия.

2. При перенесении собственности стороны могли нередко вхо- дить в разные побочные или дополнительные соглашения; напри- мер, собственник, отчуждая одну половину своего земельного учас- тка, на которой находился источник воды, желал сохранить за собой право провести оттуда воду на свою половину (установить servitus aquaeductus); или он отчуждал раба с тем, чтобы приобретатель упот- реблял его только для известных целей; или он хотел гарантировать приобретателю присутствие известных качеств в отчуждаемой вещи (например, размер земли) и т. д. Такие соглашения сами по себе в то время юридической силы не имели. Если стороны хотели придать им эту силу, то они должны были связать их с самым актом манци- пации³. Весьма вероятно, что в таком случае их юридическую обяза- тельность римляне основывали на одном законе XII таблиц, в ко- тором постановлялось: "cum nexum faciei mancipiumque, uti lingua nuncupassit, ita jus esto"⁴, т. е. юридически обязательно все то, что было словесно выражено при совершении манципации и договора nexum (о котором см. ниже). Такие дополнительные статьи называ- лись leges mancipii.

¹ См. также: Gai. 4.131а.

² Paul. Sentent. rec. 2, 17, 1, 3.

³ Нам неизвестно, в чем именно внешним образом выражалась эта связь; неко- торые (например, Voigt. Die XII Tafeln. II. § 85) думают, что соглашение вставля- лось в ту самую формулу, которая произносилась при манципации.

⁴ XII таблиц. 6, 1. См.: Bruns. Fontes.

6*

136 Учебник истории римского права

Однако в древнем цивильном праве эти дополнительные статьи и самое перенесение собственности были подвергнуты важному ог- раничению: они не могли установлять прав ни под условием sub conditione ¹, ни срочно (т. е. с известного срока, ex tempore, или до известного срока, ad tempus)². По древнему цивильному праву вся- кое право (в субъективном смысле) возникало немедленно и безус- ловно.

Первоначально манципация, вероятно, употреблялась только для установления собственности. Но постепенно юристы воспользова- лись этим обрядом для установления и многих других юридических отношений, а именно: сельских сервитутов (см. § 105), некоторых семейных отношений (брак, усыновление, эманципация, кабала) и завещаний, о чем будет сказано в своем месте; тот же самый обряд с рудой и весами употреблялся и при заключении древнего договора nexum. Поэтому в римском праве для всех этих сделок образовалось техническое название: gesta per aes et libram, agere per aes et libram³.

§ 95. In jure cessio. Этот способ есть не что иное, как мнимый судебный спор. Обряд совершался таким образом: отчуждатель и приобретатель отправлялись к магистрату, который заведовал рас- смотрением гражданских тяжб (in jus), захватив с собой отчуждае- мую вещь (присутствия недвижимой вещи не требовалось). Приоб- ретатель виндицировал вещь (vindicabat), т. е. утверждал, что вещь принадлежит ему в собственность; магистрат затем спрашивал от- чуждателя, не будет ли он контрвиндицировать, т. е. возражать, что он сам имеет право собственности (как это следовало бы при дей- ствительном споре); на это отчуждатель отвечал отрицательно или просто молчал; тогда магистрат присуждал (addicebat) вещь приоб- ретателю, после чего последний приобретал на нее право собствен- ности⁴.

Из этого описания видно, откуда рассматриваемый способ полу- чил свое название: собственник уступает (cedit) свое право перед судебным магистратом (in jure).

¹ Условием, conditio, в техническом смысле называется постановление, что из- вестное право должно возникнуть только при наступлении известного обстоятель- ства, например, дом переносится в собственность Тиция, если последний будет выб- ран консулом.

² Vatic. Frag. 329. D. 50. De R. j. fr. 77. (Papin.). He противоречит Vat. Frag. § 50, ибо здесь Павел старается искусственным толкованием закона XII таблиц изменить цивильное право согласно с требованиями нового времени.

³ Varro. L. L. 7, 105; Fest. v. Nexum. 5.

⁴ Gai. 2, 23—25. hid. Orig. 5, 25.

2-й период. Первая половина республики 137

Этим способом можно было приобретать оба вида вещей — и mancipi, и пес mancipi.

Подобно манципации, и этот способ носил формальный харак- тер, т. е. мотив или основание для перенесения собственности могло быть какое угодно: переход собственности совершался вследствие описанных формальностей, независимо от основания.

Подобно манципации, и in jure cessio не только употреблялась для перенесения собственности, но была с течением времени прино- ровлена и для установления некоторых других юридических отно- шений, а именно: для приобретения некоторых сервитутов, переда- чи другому своих наследственных и опекунских прав, усыновления, эманципации и манумиссии (см. ниже соответствующие параграфы). При in jure cessio возможны были, так же как и при манципации, дополнительные соглашения '.

Относительно времени возникновения обоих вышеописанных способов мы не знаем ничего достоверного. Но нам известно, что законы XII таблиц подтвердили и манципацию, и in jure cessio². Без сомнения, оба способа возникли гораздо ранее этого законодатель- ного акта.

§ 96. Usucapio, приобретение посредством давностного владе- ния. Этим термином называется приобретение собственности вслед- ствие непрерывного владения вещью в течение определенного вре- мени. Этот способ применялся безразлично как к res mancipi, так и к res пес mancipi³. О нем упоминалось уже в XII таблицах, как это будет видно ниже.

Потребность в usucapio сами римляне (в позднейшее время) объяс- няли таким образом. В акт перенесения собственности иногда, без ведома участников, вкрадывались такие недостатки, которые могли уничтожить самый переход собственности. Это могло случиться вследствие того, что res mancipi была не манципирована, а просто передана приобретателю, или вследствие того, что предписанный обряд (манципации, in jure cessio) был воспроизведен не со всей точ- ностью, или вещь приобретена у такого собственника, который не- дееспособен (например, женщины и малолетние не могли отчуждать свои res mancipi без содействия auctoritas, опекуна), или, наконец, хотя акт приобретения был совершенно правилен, но за давностью утратились доказательства приобретения⁴. Таким образом, приоб-

¹ Vat. Frag. § 50. Gai. 2, 59.

² Vat. Frag. § 50.

³ Ulp. 19, 8. D. 41, 3. De usurp, fr. 3 (Modest.)

⁴ Gai. 2, 41 — Gai. 2, 80. Frag. Vat. § 1; D: 41,4. Pro emt. fr. 2, §15. 16.

138 Учебник истории римского права

ретатель постоянно находился под страхом, что его право будет кем- либо оспорено. Между тем, действительный собственник мог мно- гие годы или даже вовсе не предъявить спора. Эта неопределенность отнимала у владельца вещи энергию для охраны и улучшения ее. Чтобы устранить эту неопределенность, вредную не только для час- тных владельцев, но косвенно и для всего общества, и введена была usucapio ¹.

Однако давностное владение дает владельцу право собственнос- ти только при наличности следующих условий.

1. Срок: владение движимой вещью должно продолжаться год, недвижимой — два года. Собственно XII таблиц постановили таким образом: для земли (solum) — biennium, для прочих вещей (ceterae res) — annus. Но затем юристы (вероятно, еще понтифы) истолкова- ли этот закон в том смысле, что под словом solum нужно разуметь не только землю, но и здания, на ней находящиеся (aedes)².

Как видно из определения понятия давностного владения, это последнее в течение указанного срока должно быть непрерывное. Перерыв владения назывался usurpatio. Прервано же оно могло быть двояко: во-первых, естественным путем, когда владелец почему-либо фактически утрачивал владение вещью (т. н. usurpatio naturalis); во- вторых, символически, когда кто-либо, не отнимая владения, совер- шал обряд надламывания ветки (surculo defringendo, т. н. usurpatio civilis)³. He считалось перерывом, если к владельцу предъявлялся судебным порядком иск о собственности (rei vindicatio)⁴. Если вла- делец после перерыва снова владел вещью, то время прежнего вла- дения уже не шло в счет.

2. Justus titulus. Владение должно быть приобретено вследствие такого события, которое способно служить мотивом или основани- ем для приобретения собственности (если оно не ведет к собствен- ности, то по иным причинам, о которых только что было сказано). Такого рода события и называются justus titulus, каковы, например, купля, наследование, дарение, дача в приданое и т. д.⁵

3. Bona fides. Владелец должен иметь уверенность (субъектив- ную), что он приобрел право собственности, или, другими словами, он не должен знать, что есть обстоятельства, препятствующие ему

¹ Cic. Pro Саес. 26; Gai. 2, 44; D. 41, 10. Pro suo fr. 5 (Neratius); Teoph. Paraphr. ad. I. 2, 6. De usua pr.

² Cic. Top. 4; pro Саес. 19. Gai. 2, 42. 54. 204. Ulp. 19,8.

³ D. 41, 3. De usurp, fr. 2, 5; Cic. De orat. 3, 28.

⁴ D. 41, 4. Pro emt. fr. 2. § 21 (Paul.).

⁵ J. 2. 6. de usuc. pr.; D. Rubr. titt. 41, 4—10 (название рубрики каждого титула).

7-й период. Первая половина республики 139

сделаться собственником. Если он знает об этих препятствиях, то уже не может считаться добросовестным владельцем, и потому usucapio для него невозможна¹.

Неизвестно, появились ли эти два последних условия (т. е. j. t. и b.f.) с самого начала института usucapionis или они были выработа- ны позднее. В современной литературе одни утверждают, что XII таблиц еще не требовали их, другие напротив. В наших источниках нет данных для решения этого вопроса.

В некоторых случаях условия добросовестности не требовалось, например, при так называемой usureceptio ex fiducia: если должник, уплативши долг кредитору, случайно получал владение своей вещью, бывшей в залоге у кредитора, то, провладев ей год, он снова приоб- ретал собственность над ней, хотя, очевидно, он владел не bona fide, ибо знал, что кредитор не реманципировал ему вещь².

4. Вещь должна быть способна к usucapio. Некоторые вещи нельзя было приобретать давностным владением, например, все вещи, на- ходившиеся вне гражданского оборота, res extra commercium (см. § 91, пр. 2), что разумеется само собой; затем, уже XII таблиц запре- щали usucapio относительно могил (forum bustumve), межи в 5 футов шириной, разделявшей два земельных участка и служившей для про- хода и поворота плуга (при пахании); относительно краденых вещей (res furtivae) и некоторых других³.

§ 97. Traditio, передача. Как показывает самый термин, этот спо- соб состоял в том, что прежний собственник предоставлял приобре- тателю фактическое господство над вещью, вручал ее. Передача, однако, могла установить квиритскую собственность только на res пес mancipi; к res mancipi она была неприменима⁴, но для res пес mancipi недостаточно было одной "голой" передачи (nuda traditio): необходимо, чтобы вещь передавалась по какому-нибудь законному мотиву или основанию (justa causa traditionis), например, продавец Дает вещь покупателю, а последний — деньги продавцу для испол- нения договора купли-продажи (solvendi causa), или вещь дается в подарок (donandi causa), или в приданое (dotis constituendae causa) и т.д.⁵

¹ Gai. 2, 43; D. 50, 16 de V. S. fr. 109; J. 2, 6. De usuc. pr.

² Gai. 2, 59, 60. Для ясности см. сказанное в § 108 о fiducia. Другие случаи, где не требовалось bona fides: usureceptio ex praediatura (Gai. 2, 61) и ex Rutiliana constitutione (Vat. Frag. 1).

³ Cic. Leg. 2, 24; Ibid. 1, 21; Gai. 2, 45; Ibid. § 47.

⁴ Gai. 2, 19; Ulp. 19,7,

⁵ Ulp. 19, 7.1. 2,1 de rer. div. § 40. 41; D. 41, 1. de adqu. rer. d. fr, 31, pr. (Paul.).

140 Учебник истории римского права

Неизвестно, когда передача была признана за способ цивильно- го права. Некоторые утверждают, что уже XII таблиц признавали за ней эту силу¹. О существовании передачи как способа цивильного права во 2-м периоде мы заключаем из того факта, что в начале 3-го периода юристы задумываются над тем, как бы сделать передачу доступной для res mancipi (см. в 3-м периоде о бонитарной собствен- ности), и не видно никаких указаний на то, чтобы кто-нибудь сомне- вался в применимости ее к res пес mancipi.

§ 98. Вторую группу составляют способы приобретения собствен- ности частными лицами у государства, которое и установляет право собственности. Эти способы не были обыкновенным средством пе- рехода собственности, а потому о них можно сказать коротко. В ис- тории государственного права мы видели, что иногда римское пра- вительство безвозмездно наделяло земельными участками бедных плебеев и колонистов при основании новой колонии. Иногда по рас- поряжению правительства квесторы продавали с публичного торга участки государственной земли (т. н. agri quaestorii). Движимые вещи приобретались у государства, когда оно пускало в публичную про- дажу военную добычу. Пленные продавались в рабство поодиночке, а остальные вещи (кроме золота и серебра, которое поступало прямо в казну) продавались оптом тому, кто давал дороже всех, а этот пос- ледний (т. н. sector) уже распродавал вещи в розницу (такая рознич- ная распродажа добычи называлась praedae sectio). Имущество (bona), конфискованное у осужденных преступников, также продавалось оптом с правом покупателя на розничную распродажу (honorum sectio).

К этой же группе следует отнести так называемую adjudicatio¹, т. е. установление собственности судебным приговором при трех ис- ках о разделе {actмones divisoriaй). Лица, имевшие право собственно- сти на одну и ту же вещь (сособственники), или участники в одном и том же наследстве (familia), или соседи-землевладельцы, не знавшие, где проходит разграничивающая их межа (finis), могли требовать, чтобы им был дан правительством судья, который бы произвел раз- дел или размежевание³. Этому судье магистрат (судебный) давал полномочие присуждать (adjudicare) всю вещь или часть ее одному из тяжущихся в исключительную собственность, с тем чтобы он воз-

¹ В доказательство приводится I. 2, 1 de г. div. § 41. Но место это сомнительно.

² Ulp. 19, 16.

³ Отдельные actмones divisoriae назывались: a. communi dividundo, a. familiae erciscundae, a. finium regundorum.

7-й период. Первая половина республики 141

наградил других каким-нибудь иным средством за утрату их права на вещь. Таким образом, здесь право собственности установлялось государством (в лице судьи), но собственность переходила не от го- сударства, а от частного лица¹.

Наконец, третью группу составляют способы приобретения соб- ственности при наследовании имущества после смерти известного лица. Здесь могло быть два случая. Во-первых, если кто-либо делал- ся наследником (heres) умершего, т. е. приобретал всю совокупность имущественных прав этого последнего, то в числе их он, разумеет- ся, приобретал и право собственности на вещи, принадлежавшие на- следодателю. Во-вторых, иногда наследодатель в своем завещании отказывал известному лицу право собственности только на некото- рые определенные вещи из своего имущества, не делая его своим наследником (т. н. legatimi per vindicationem). В обоих случаях соб- ственность переходила к приобретателю безо всякого особого акта с его стороны (подробности об этом ниже).

Объяснение древнейших правил о собственности