Народное собрание

§ 18. Третьим членом древнейшего государственного устройства было собрание всего народа и притом не в виде бесформенной тол- пы, а распределенного в курии, почему собрание и называлось comitia curiata.

Предметы ведомства этого собрания и степень его влияния на государственное управление в царский период определить очень трудно вследствие крайней неудовлетворительности наших источ- ников. Ответ по обоим вопросам будет большей частью только веро- ятный.

Предметы, подлежавшие ведению куриатного собрания, были частью религиозные или, по крайней мере, соприкасавшиеся с рели- гией, частью светские. Из религиозных укажем только на inauguratio regis и совершение завещаний. Выше уже было сказано, что инаугу- рация совершалась в присутствии всего народа. Два раза в году рим- ляне могли излагать перед народным собранием свои завещания, т. е. делать распоряжения на случай смерти, если они желали изме- нить обычный порядок наследования². В этих и других подобных

¹ Fest. v. praeteriti. Cic. Rep. 2, 8.

² Завещания относятся к предметам религиозного характера потому, что пере- мена в порядке наследования затрагивала интересы семейной религии, как мы уви- дим это впоследствии.

1-й период. Время царей 23

случаях народ, по-видимому, созывался особенным способом, имен- но посредством всенародного объявления о назначаемом собрании. Такой способ созыва обозначался глаголом calare, a отсюда и самое собрание называлось comitia calata ¹.

Участие народа в делах, подлежащих ведению comitia calata, было, по-видимому, чисто пассивное: он выслушивал то, что ему объявлял царь, жрец или гражданин, делавший распоряжения на случай смер- ти².

Больший для нас интерес, но и больше сомнений представляют светские предметы ведомства. Один из древних историков, Диони- сий Галикарнасский, утверждает, что куриатному собранию было предоставлено со времен первых царей избрание магистратов, ут- верждение законов, объявление войны и заключение мира³. Однако сопоставление с другими сведениями заставляет признать это сви- детельство недостоверным. Дионисий перенес на куриатное собра- ние те права, которые в республиканский период принадлежали цен- туриатному собранию. Более вероятно, что участие народного со- брания в государственном управлении при царях было весьма огра- ничено, как это видно будет из нижеследующего анализа его пред- метов ведомства.

1. Arrogatio, т. е. тот вид усыновления, когда самостоятельный гражданин (paterfamilias) отдавал себя под отеческую власть друго- го гражданина. Если усыновляемый имел семью, члены которой были под его властью, то и она со всем имуществом переходила под власть усыновителя, который принимал всех этих новых домочадцев в свою семейную религию. В древнейшее время это усыновление соверша- лось, вероятно, тогда, когда последний представитель вымирающе- го рода, не надеясь иметь собственное потомство, желал поддержать существование рода искусственным способом. При этом затрагива- лись имущественные, религиозные и личные интересы по крайней мере двух, а иногда и многих родов. Поэтому весьма вероятно, что разрешение усыновления зависело от куриатного собрания, в кото- ром принимали участие все члены родов⁴.

2. Cooptatio, т. е. принятие чужестранных родов в число патри- цианских. Это право собрания для царского периода источниками не засвидетельствовано; но оно вероятно по косвенным соображе-

¹ Geli. Noct. att. 15, 27.

² Относительно завещаний сомнительно, оставался ли народ простым свидете- лем или он давал свое согласие на них.

³ Dionys.2, 14; 4, 20; 6, 66.

⁴ Gell 5, 19. Gai. 1,99.

24 Учебник истории римского права

ниям: слово "cooptatio" указывает на принятие самими родами; в рес- публике требовался для этого акта jussus populi¹ ; наконец, интересы римских родов были при этом затрагиваемы так сильно, что едва ли эти роды могли быть устранены от участия в cooptatio.

3. Creatio regis, т. е. избрание царя по предложению междуцаря. Степень участия народа в этом акте была невелика: он мог только принять или отвергнуть предлагаемого кандидата. Выставлять свое- го кандидата члены народного собрания не имели права. Это право избрания царя можно рассматривать как зародыш будущего права народа на избрание должностных лиц республики (магистратов).

4. Lex de bello indicendo, т. е. право постановлять об объявлении наступательной войны. Однако это право предоставлял народу сам царь, когда находил это нужным², следовательно, оно не принадле- жало ему самостоятельно.

5. Точно так же сам царь, когда находил нужным, предоставлял народному собранию уголовный суд по преступлениям, подходив- шим под понятие perduellio³. Мы уже видели, что первоначальный приговор постановляла особая комиссия, назначаемая по усмотре- нию царя, а затем, по желанию осужденного, дело переносилось на окончательное решение народного собрания. Если бы сам царь взял на себя постановление приговора, то провокация к народу была бы невозможна. Таким образом, и уголовный суд в царском периоде не составлял самостоятельного права народа. Однако оба последних случая мы можем рассматривать как зародыши будущих самостоя- тельных прав народного собрания.

6. Наконец, что касается законодательной власти народа, то, за исключением вышеприведенного места Дионисия, ничто в источни- ках не указывает на ее существование в первой половине царского периода. Напротив, римские писатели, рассказывая о первых царях, устроителях Римского государства, изображают их действующими самовластно. Конечно, мы не можем в этих рассказах признать исто- рически достоверные события, но мы можем из них заключить, что в предании не сохранилось воспоминания о законодательной дея- тельности народа в первые века его существования. Это заключение подтверждается и более общими соображениями: древнейшие рим- ские учреждения создавались, как и у всякого юного народа, мед- ленным и незаметным путем обычая, следовательно, без участия

¹ Dionys. 5, 40. Liv. 4, 4; 10, 8. Suet Tib. 1.

² Dionys. 2, 14.

³ Dionys. 3,22. Liv. 1,26.

1-й период. Время царей 25

народного собрания, а затем, пока цари не пытались существенно изменить этих учреждений, т. е. пока не затрагивали связанных с ними интересов всего народа, для этого последнего не было даже повода стремиться к участию в законодательной власти.

Но когда, начиная с Тарквиния Древнего, цари приступили к круп- ным государственным преобразованиям, они должны были, ради прочности этих последних, заручиться согласием заинтересованно- го народа на отмену старых и введение новых учреждений. Этим путем, по-видимому, зародилась законодательная власть народного собрания. На него же указывает и слово, которое употреблялось при голосовании в собрании для отвержения нового предложения: antiquo, т. е. antiqua probo. Во всяком случае, едва ли и во второй половине царского периода законодательная деятельность собрания составля- ла нормальное, неслучайное явление.

Внешний порядок собраний был следующий. Созывались они царем. Помимо его воли собрание не могло состояться. Призыва- лись все граждане поименно, а в comitia calata посредством всена- родного объявления. Местом собрания служил comitium. Царь пред- лагал вопрос (rogabat populum), на который собрание могло отвечать только "да" или "нет" (uti rogas или antiquo). Видоизменять предло- жение или заменять его новым никто из членов собрания не имел права. Подача голосов совершалась по куриям (curiatim). Каждая курия имела один голос. В пределах каждой курии голосование со- вершалось поголовно (viritim), и мнение большинства принималось за мнение курии, точно так же мнение большинства курий — за мне- ние всего собрания.

Из анализа предметов ведомства куриатного собрания мы могли убедиться, что степень участия его в государственном управлении была незначительна. Она окажется еще меньшею, если мы примем во внимание только что указанные нормальные ограничения, т. е. что народ не мог без воли царя составить законного собрания и не имел инициативы в предложении вопросов для решения. По всем этим соображениям нельзя согласиться со взглядом тех ученых, ко- торые признают за народным собранием царского периода верхов- ную власть (суверенитет).

Войско