Гражданское право

§ 231. В области гражданского права во второй половине респуб- лики произошли чрезвычайно важные перемены. Они состояли не только в появлении отдельных новых институтов, но и в том, что эти институты были проникнуты новыми принципами, которые до не- которой степени видоизменили даже и старое гражданское право. Все то, что было сказано о характере общенародного права (см. § 489 и 194), относится главным образом к переменам в гражданс- ком праве 3-го периода. Они сделали римское право применимым ко всему тогдашнему цивилизованному миру. Впрочем, в настоящем периоде это право было выработано только в главных чертах. Под- робная разработка его была уже делом следующего периода.

Вещное право

Право владения (jus possessions)

§ 232. Понятие. В римском праве классического периода possessio, владение, означало фактическое господство над вещью, соединенное с сознательным намерением господствовать над ней исключительно. Possessor, владелец, мог требовать от претора защи- ты его владения против самовольного нарушения, т. е. отнятия или беспокойства, со стороны кого бы то ни было. Средством защиты владения служили известные виды интердиктов, которые поэтому и назывались владельческими (interdicta possessoria). Вследствие того, что владение пользовалось юридической защитой, оно иногда назы- валось jus possessionis, правом владения, или (в современной немец-

13 - 10400

358 Учебник истории римского права

кой литературе) юридическим владением. Для пояснения понятия права владения резким примером может служить тот случай, когда кто-нибудь обладает украденной им вещью. Если кто-нибудь само- вольно будет отнимать вещь у вора или только мешать его облада- нию, вор может требовать защиты посредством интердикта. Конеч- но, в большинстве случаев владение приобреталось не таким пороч- ным способом; например, в том случае, когда покупатель rei mancipi получал ее посредством передачи (traditio) от самого собственника или когда вещь приобреталась законным способом, но от лица, ко- торое оказывалось несобственником, владелец вещи приобретал об- ладание ею дозволенными средствами; но его право на защиту по- средством владельческих интердиктов было не больше, чем право вора¹. Законность или незаконность основания, на которое опирался владелец, могла иногда иметь важные юридические последствия (на- пример, для приобретения права собственности посредством usucapio), но для защиты владельческими интердиктами она не име- ла значения.

Право владения не следует смешивать с правом собственности. Собственность есть право. Оно может соединяться с фактическим обладанием вещью и большей частью действительно соединяется, но может и не соединяться. Собственник, утрачивая обладание ве- щью, не перестает быть собственником, т. е. не теряет своего права; например, предоставление дома в пользование нанимателя, заложен- ной вещи в обладание залогопринимателя, кража вещи и т. п. не ли- шают собственника его права. Напротив, владение утрачивается тот- час же, как владелец перестает фактически господствовать над ве- щью. В этом смысле справедливо замечается, что владение есть факт, а не право, чисто фактическое состояние, с которым, однако, в неко- торых случаях соединяются юридические последствия.

Владение, possessio, не следует также смешивать с detentio, об- ладанием, т. е. простым фактическим господством над вещью, не соединенным с намерением господствовать подобно собственнику. Например, дитя, зажавшее вещь в своей руке, обладает ею (detinet), но не владеет (nen possidet), потому что не сознает своего действия; наниматель обладает нанятой вещью, но не владеет; потому что он господствует над вещью не от своего имени, а опираясь на дозволе- ние лица, отдавшего внаймы.

¹ Разница состояла только в том, что он мог пользоваться интердиктом даже против квиритского собственника, а вор не мог защищать владение против того, у кого он украл вещь.

3-й период. Вторая половина республики 359

Право владения (jus possessions) надо отличать от права владеть (jus possidenti). Последнее не есть что-либо самостоятельное. Оно есть одно из правомочий, вытекающих из какого-нибудь другого права. Например, собственник имеет разные правомочия относитель- но своей вещи: он может пользоваться ею, отдавать в пользование других, изменять, уничтожить ее и т. д.; между прочим, он имеет и право владеть ею (jus possidendi). Но право владения (jus possessionis), или просто владение (possesso), есть нечто самостоятельное, незави- симое от какого-нибудь другого права; оно основывается только на факте намеренного господства.

Этот на первый взгляд странный институт, признаваемый не толь- ко древним римским, но и многими современными правами, давно вызывал попытки новых ученых объяснить его, именно решить воп- рос: почему простой факт господства над вещью защищается пра- вом? Из многих теорий укажем на две. Одни объясняют защиту вла- дения тем, что в благоустроенном общежитии нельзя допускать са- моуправного нарушения даже фактического обладания; другие тем, что защита владения косвенно служит защитой права собственнос- ти, ибо в большинстве случаев владельцы (possessores) суть в то же время и собственники. Бывают, конечно, владельцы, которые и не имеют права собственности, которые даже приобрели владение пу- тем преступным; но такие случаи составляют меньшинство. Соб- ственность, правда, защищается особым иском (виндикацией): но этот способ защиты труден, главным образом, вследствие трудности до- казать суду свое право собственности. Между тем справедливость требует облегчить собственникам защиту против самоуправных на- рушителей: защита владения и создана для этой цели. Кажется, эти теории не исключают, а дополняют одна другую: владение защища- ется, конечно, против самоуправства; но если бы большинство вла- дельцев было недобросовестных, то никто не стал бы хлопотать о защите их владения даже и против самоуправного нарушения; они защищаются против самоуправства именно потому, что большин- ство их имеет право владеть (jus possidendi) в силу права собствен- ности или какого-либо иного права.

§ 233. Приобретение и потеря права владения. Кто считается владельцем (possessor)? Другими словами, как приобретается вла- дение (possessio)? Юрист классического периода Павел говорит нам, что "владение мы приобретаем телом и душой (corpore et animo) и притом не одной только душой и не одним только телом" ¹. Телом —

¹ D. 41. 2 de adqu, vel amitt. poss. fr. 3 § 1 (Paulus): "Apiscimur possessionem corpore et animo, neque per se animo, aut per se corpore".

13»

360 Учебник истории римского права

значит, что мы должны приобрести фактическое господство над ве- щью, физическое обладание ей. Душой — значит, что наше облада- ние должно соединяться с сознательным желанием господствовать над вещью всецело и исключительно, подобно тому, как господствует собственник¹. Это не значит, однако, чтобы владелец должен был считать себя собственником; напротив, он может приобрести вещь порочным способом (кражей, насилием), следовательно, быть заве- домо несобственником; но если он имеет желание господствовать над вещью всецело и исключительно, он будет владельцем, possessor². Потеря права владения наступает тогда, когда владелец утратит одно из условий владения: или animus, или corpus possessionis. Если владелец, продолжая фактически обладать вещью, перестает желать (animus), обладая ею от своего имени, то он перестает считаться вла- дельцем, possessor, т. е. теряет право на защиту и на другие юриди- ческие последствия владения, хотя и остается обладателем, detentor³. Таков, например, случай, когда кто-либо, владея найденной вещью, узнает, кто ее хозяин, и решается беречь ее до появления этого пос- леднего. Наоборот, он может сохранять желание обладать вещью от своего имени, но утратить это обладание, например, уронить вещь в море, лишиться ее вследствие кражи или насилия: и в таком случае он утрачивает право владения⁴. Разумеется, оно утрачивается при исчезновении обоих признаков, т. е. и animus и corpus⁵.

§ 234. Защита права владения. Защищалось право владения, как уже было замечено выше, посредством интердиктов, которые назывались по этой своей цели владельческими, interdicta possessoria. Те из них, которые служили для возвращения утраченного владе- ния, назывались interdicta recuperandae possessionis. Если же владе- лец не терял обладания вещью, а только встречал с чьей-либо сторо- ны помеху или беспокойство, то интердикты назывались interdicta retinendae possessiones.

Этих последних было два. Interdictum uti possidetis употреблялся для защиты владения недвижимым имуществом (землей, домом и

¹ Юрист времен Юстиниана Теофил в своей "Парафразе Юстиниановых Инсти- туций" описывает этот animus словами ωυχή δεσπόζοντος, т. е. animus domini: Theophili Paraphr. ad. I. 2, 9 per quas. pers. nob. adqu. § 4; 3, 29 quib. mod. tollit. obl. §2.

² Это не лишает настоящего собственника права вытребовать свою вещь у тако- го владельца.

³ D. 41, 2 de adqu. et amitt. possess, fr. 3 § 6. ⁴ D. 41, 2 de adqu. v. amiti, poss. fr. 15; 43, 16 de vi et de vi armata fr. 1 §24. ⁵ D. 41, 2 de a. v. a. p. fr. 44 § 2.

3-й период. Вторая половина республики 361

проч.). Название его произошло от начальных слов эдикта, в кото- ром претор указывал, при каких условиях он будет давать этот ин- тердикт. Именно, в эдикте говорилось: "uti nunc possidetis eas aedes (или eum fundum), quibus de agitar, quod nec vi пес clam пес precario alter ab altero possidetis, quominus ita possidetis, vim fieri veto" ¹. В этих словах эдикта вкратце указаны все условия интердикта: 1) он защи- щает владение недвижимостью². 2) Он дается тому из спорящих, кто владел в момент возбуждения тяжбы ("uti nunc possidetis"). 3) Но он пользуется этой защитой лишь под условием, что его владе- ние было беспорочно (non vitiosa possessio) по отношению к его про- тивнику, т. е. чтобы он не приобрел владение от своего противника насильственно (vi) или тайно (clam) или под условием возврата по первому требованию precario³. 4) Как видно из вышеприведенных слов интердикта, они принадлежат к числу т. н. двойных интердик- тов (interdicta duplicia), т. е. он не различает, какая из сторон играет роль истца и какая роль ответчика; он признает каждую сторону и тем и другим, почему обращается не к ней одной, а к обеим сторо- нам: uti possidetis. Чтобы понять практическое значение этого пра- вила, надо обратить внимание на то, что (в классический период, вероятно, и во второй половине республики) при иске о собственно- сти (виндикации) ответчиком считался тот, кто владел спорной ве- щью; его положение было выгоднее, чем истца, потому что он не должен был доказывать своего права собственности; эта обязанность лежала на истце; если этому последнему не удавалось доказать свое- го права, то ответчик оставался во владении (отсюда и юридическая поговорка "beati sunt possidentes"). При интердикте uti possidetis обе стороны должны были доказывать свое владение, а не один только тот, кто первый возбудил тяжбу.

Второй интердикт retinendae possessionis назывался interdictum Utrubi. Он служил для защиты владения движимыми вещами⁴. На- звание его произошло от слов, которыми он начинался в преторском эдикте: "utrubi hic homo, de quo agitar, majore parte hujus anni fuit, quominus is eum ducat, vim fieri veto"⁵. Условия применения этого интердикта те же, что и предыдущего, кроме одного: он защищал не

¹ D. 43, 17 uti possid. fr. 1 pr; Gai. 4. 160; Fest. v. possessio.

² Gai. 4, 149; 1. 4, 15 de interd. § 4.

³ D. 43, 17 uti possid. fr. 1 § 9. Если владение приобретено этим порочным путем от кого-нибудь другого, это не лишает владельца права пользоваться интердиктом относительно противной стороны.

⁴ Gai. 4, 149.

⁵ Gai. 4, 160; D. 43, 31 utrubi.

362 Учебник истории римского права

того, кто владел в момент возбуждения тяжбы, а того, кто владел спорной вещью большую часть предшествующего года, считая год назад с момента возбуждения тяжбы¹. Оба описанных интердикта принадлежали к interdicta prohibitoria, a потому производство их было cum periculo, т. е. обе тяжущиеся стороны вызывали друг друга на заключение штрафных стипуляций (см. § 227).

Интердиктов recuperandae possessionis было также два. Во-пер- вых, interdicami Unde vi (или de vi). Он служил для возврата отнятого силой владения недвижимыми вещами, т. е. земельными участками и зданиями². Во-вторых, interdictum de precario. О том, что такое был рrecarium в древнейшее время, у нас нет достоверных сведений. В классический период этим именем назывался тот случай, когда кто-нибудь давал другому, по просьбе последнего (preces, отсюда и название precarium), владение вещью для пользования безвозмезд- но, но под условием вернуть ее по первому требованию³; например, залогоприниматель при fiducia cum creditore предоставлял залогода- телю владение заложенной вещью, продавец предоставлял покупа- телю проданную вещь, прежде чем последний выплатил деньги⁴. Если прекарный владелец (прекарист) не возвращает вещи по перво- му требованию, то хозяин может предъявить к нему интердикт, на- зывавшийся de precario, с целью вернуть вещь и получить возмеще- ние убытков⁵. В настоящее время высказывают предположение, что начало этому отношению положено было еще в то время, когда пат- риции давали своим клиентам участки из общественной земли (ager publicus), которую они захватили в свое владение. Так как отноше- ния между патрициями и клиентами охранялись нравами и религи ей, а не цивильным правом, так как, следовательно, патриций не мог предъявить цивильного иска к клиенту, который отказывался возвра- тить землю по первому требованию, то судебные магистраты защи- щали владельцев общественной земли интердиктом, который впос- ледствии стали применять и к другим аналогическим случаям. Эта гипотеза, впрочем, подкрепляется только общими соображениями, а не источниками, каковых не имеется вовсе по этому вопросу.