Профессия: симптомы ценностной трансформации

gmichaelg@mail.ru

В сообщении речь пойдет о некоторых симптомах, свидетельствующих о разрушении профессии как социального института (в его классическом виде). Связаны они прежде всего с изменением ценностных оснований профессионального этоса.

Классическая модель профессиональной этики исходит из того, что нет профессий плохих и хороших, а нравственная напряженность возникает на границе профессии и только в связи с этим внутри профессиональной группы. Действительно, традиционными основоположениями профессионального этоса являются публичность, предполагающая манифестацию намерений и понимания ответственности, и отклик профессии как источника существования на официальные формы товарного и нетоварного обмена. Это согласуется с этимологией слова «профессия» – публичное (официальное) заявление о своем занятии, о том, чем зарабатываешь на жизнь.

Между тем в последние годы слова «профессионал», «профессионализм» приобрели оценочное звучание. При этом имеются в виду высокое мастерство, хорошо сделанная работа, то есть качества, которые в большей степени относятся к трудовой этике, нежели к профессиональной. Конечно, такая смена акцентов в оценке профессии выглядит невинной подменой, но может быть и одним из симптомов размывания профессионального этоса, а значит, и профессии как социального института. Разумеется, смысл авторской позиции не в желании вернуть профессии прежний статус, а словам – исходное значение. Рассмотренная ситуация – отправной момент в попытке различить некоторые грани профессионального этоса, как устоявшиеся, так и проявившиеся сравнительно недавно, и предложить для обсуждения версии их изменения.

К числу основных принципов этоса профессий (помимо уже упомянутых), сохраняющих свою актуальность и поныне, можно отнести отклик на потребность в разоблачении «тайны профессии», то есть в преодолении нравственным сознанием, неспециализированным по своей сути, барьеров, создаваемых специализированной профессиональной деятельностью. В современной профессионально-нравственной ситуации данный принцип получает развертывание по целому спектру направлений. В сообщении основное внимание будет уделено двум из них – организационному и технико-технологическому. С возникающими здесь болевыми моментами, возможно, и связана упомянутая переакцентировка в оценке профессионализма.

В первом случае речь идет уже не о «тайне профессии», а о «тайне организации», инспирирующей конфликт между этосом профессиональной группы и субэтосами локальных организаций. Подобные конфликты характерны сегодня для многих профессиональных сообществ, в том числе и с устойчивой традицией нравственного регулирования. Нормы корпоративного поведения начинают доминировать и в таких гуманитарных сферах деятельности, как образование, медицина и даже наука. Что же касается представителей вновь возникающих профессий, то они с самого начала соотносят себя скорее с конкретной организацией, нежели с номинальной профессиональной группой, а их корпоративные интересы становятся препятствием на пути формирования реальных групп.

Другой болевой момент связан с расширением круга технологических профессий, непосредственным объектом которых становится человек, и технологизацией профессий традиционно гуманитарных. И жилец многоквартирного благоустроенного дома, и пациент современной больницы могут оказаться в ситуации заложника сложных технических систем. Систем анонимных, обезличенных, где многие человеческие функции «спротезированы». Обыденное сознание не всегда в состоянии преодолеть возникающую при этом тревожность. В подобных случаях шаг навстречу человеку обычно делала профессиональная этика. Но функционирование многих систем жизнеобеспечения осуществляется надпрофессионально. Анонимную контактную функцию выполняют в них диспетчеры, оперативные дежурные, аварийные службы и т.д.

Казалось бы, здесь может пригодиться социально-нравственный опыт в полипрофессиональных сферах деятельности с повышенной степенью ответственности (воинская этика, этика милицейской службы). Но в высокотехнологичных системах первичным способом рационализации поведения выступают кодифицированные комплексы норм, идущие не от человека и даже не от функции системы, а от технологии. Чтобы превратиться в очевидные правила «техники безопасности», эти нормы должны быть нравственно санкционированы как внутри самих систем, так и вне их. Способен ли современный профессиональный этос обогатиться новыми гранями, связанными с нравственным освоением организации и технологии, покажет будущее.

И.В.Гладкова, г. Екатеринбург