разделяя каждому особо, как Ему угодно. Ибо, как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, — так и Христос.

Итак, дары даются для служения, нет дара без соответ- ствующего служения, и нет служения, которому не соответ- ствовал бы определенный дар. Различают дары постоянные, которые всегда существуют в Церкви, и временные, которые отвечают временным потребностям церковной жизни. К пер- вым относятся дары пастырства и учительства, они связаны со священническим служением. В Еф. 4:11-12 говорится: Он (т. е. Христос. — О. Д.) поставил... иных пастырями и учителя- ми, к совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова, доколе все придем... в меру полного возраста Христова. В то же время Священное Писание говорит о чрезвычайных дарах первенствующей Церкви. Служение апостольское, дар языков, дары истолкования, исцеления, чудотворения, про- роческое служение и прочие дарования могут быть в Церкви, а могут и отсутствовать, однако Церковь от этого не перестает быть тем, чем она является.

Итак, особые дарования благодати суть силы и способ- ности, которые представляют собой либо усиленные и воз- веденные на особенную высоту естественные способности человека, либо совершенно новые, не имеющие оснований в природе и сообщаемые непосредственно Святым Духом не на личную пользу, а на общую — для служения всей Церкви.

2. Отношение благодати к свободе

2.4.1. Ложные учения об отношении благодати к свободе1 Пелагианство

Споры об отношении благодати к свободе впервые воз- никают в первой трети V столетия в связи с учением Пелагия. Пелагий — британский монах, по другим сведениям, миря- нин-аскет, прибыл в Рим в начале V в. Его поразила степень падения нравов в древней столице империи. Христиане, пре-

¹ Методологически представляется целесообразным сначала рас- смотреть возникавшие в истории Церкви заблуждения по вопросу об отношении благодати Божией к человеческой свободе, что поможет лучше понять суть православного учения.

468

дававшиеся всевозможным порокам, оправдывали себя рас- слабленностью и немощью человеческого естества, его удо- бопреклонностью ко злу вследствие первородного греха.

Основываясь на своем личном опыте, Пелагий сделал вывод, что учение о первородном грехе является нравствен- но порочным, поскольку фактически оправдывает безнрав- ственность и личную безответственность человека в духовной жизни. Пелагий выступил в Риме со своим учением, суть ко- торого сводится к следующему:

1. отрицание реальности первородного греха и наслед- ственного повреждения человеческой природы, т. к. при- знание их реальности, по мнению Пелагия, убивает в людях стремление к борьбе с грехом;

2. учение о свободной воле как опоре нравственной энер- гии христианина. Это учение Пелагий излагал таким образом:

а) все люди рождаются невинными, непорочными, как и прародители до грехопадения;

б) воля есть бескачественная способность, по природе она не имеет предрасположенности ни к добру, ни к злу и в любой момент может с одинаковой легкостью обратиться в ту и другую сторону;

в) смерть для человека — вполне естественное явление, все люди смертны не вследствие первородного греха, а по за- кону естества.

Частным моментом учения Пелагия было его весьма од- ностороннее учение о благодати, суть которого можно свести к трем тезисам. Под благодатью Пелагий понимает:

1. естественные дары, данные человеку Богом при творе- нии; среди них выделяются разум и свободная воля. Они мо- гут, при должном их использовании, сообщить человеку воз- можность не грешить (liberum arbitrum). Всю совокупность даров, сообщаемую человеку при творении, Пелагий называл естественной благодатью (gratia naturalis), или законом при- роды (lex naturae);

2. ветхозаветный закон, научающий и побуждающий че- ловека к добру посредством увещаний и обещаний будущих наград, так называемая благодать закона (gratia legis);

3. учение Иисуса Христа и пример Его высоконравствен- ной жизни, которые внешним образом влияют на человека, просвещая разум и волю.

469

По мнению Пелагия, этих трех видов благодати вполне достаточно для спасения, но даже они, с его точки зрения, не являются для спасения совершенно необходимыми.

Таким образом, в учении Пелагия благодать смешивается с общими и внешними дарами Божиими человеку и действи- ем Его Промысла. Фактически здесь отрицается необходи- мость для спасения благодати в смысле особой действующей в человеке силы Божией. Действительность этой силы как та- ковой Пелагий не отрицал, но он не признавал ее необходи- мости для спасения. По его учению, благодать лишь помогает сделать то, что при соответствующих усилиях можно осущес- твить и без нее¹.

Это учение было осуждено на Карфагенском соборе 418 г. (113-е (127-е) правило): «Кто речет, яко благодать оправдания нам дана ради того, дабы возможное к исполнению по сво- бодному произволению удобнее исполняли мы через благо- дать, так как бы и не прияв благодати Божией, мы, хотя и с не- удобством, однако могли и без нее исполнити Божественные заповеди: таковый да будет анафема. Ибо о плодах заповедей не рек Господь: без Мене неудобно можете творити, но рек: без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5)»².

Противопелагианская позиция Римской Церкви и ее предстоятеля св. папы Целестина нашла полную поддержку

¹ Об учении Пелагия см.: Соловьев В. С. Пелагий //Христианство. Т. II. М., 1995. С. 328-330; Иванов М. С. Благодать // ПЭ. Т. V. С. 309— 310; Кремлевский А. М. История пелагианства и пелагианская доктрина. Казань, 1898; Макарий (Булгаков), архиеп. Православно-догматическое богословие. Т. II. С. 192-195.

² Правила Православной Церкви. Т. 2. С. 259.

Против учения Пелагия направлены также правила 111 (125) и 112 (126) того же Собора.

Правило 111 (125): «Аще кто речет, яко благодать Божия... действи- тельна к единому только отпущению грехов уже содеянных, а не подает сверх того помощи, да не содеваются иные грехи, таковый да будет ана- фема» (Там же. С. 258).

Правило 112 (126): «Аще кто речет, яко благодать Божия... вспомо- ществует нам к тому токмо, чтобы не согрешали, поелику ею открыва- ется и является нам познание грехов, да знаем, чего должно искати и от чего уклонятися, но что ею не подается нам любовь и сила к деланию того, что мы познали должным творити, таковый да будет анафема» (Там же. С. 259).

470

со стороны отцов III Вселенского собора 431 г.¹. Правила 1 и 4 этого Собора осуждают учение Целестия, одного из последо- вателей Пелагия, наряду с несторианством².

Учение блаж. Августина

К числу «односторонних» учений о благодати относятся и такие учения, в которых она рассматривается как сила, устра- няющая человеческую свободу. Впервые эти тенденции обна- ружились у главного противника и критика Пелагия — блаж. Августина. Так же, как и у Пелагия, крайности учения блаж. Августина были обусловлены особенностью его личного ду- ховного пути. Блаж. Августин проводил в молодости жизць достаточно греховную и, даже уверовав во Христа, долгое время не мог оставить путь греха. Обращение от греха к пра- ведной жизни произошло для самого Августина совершенно неожиданно и было воспринято им как действие Божест- венной благодати, совершившееся помимо его собственной воли. Этот субъективный опыт, вероятно, оказал воздействие на эволюцию взглядов Иппонского епископа на соотношение благодати и свободы.

В своих ранних произведениях блаж. Августин, в соот- ветствии с традицией предшествовавших ему свв. отцов, от- водил учению о свободной воле существенное место в своей сотериологии. Однако ок. 395 г. во взглядах блаж. Августина наметился перелом, в его трудах появляются мысль о том, что в грехопадении человеческая воля полностью утратила спо- собность желать добра, а также идея предопределения. Блаж. Августин стал утверждать, что свободная воля человека в деле спасения не играет вообще никакой роли, т. к. после ipexo- падения свободной воли у человека в строгом смысле нет, по- скольку через тяжесть первого греха мы совершенно потеряли свободу к добру, место которой заняла необходимость греха. Спасение совершается исключительно всемогущим действи- ем Божественной благодати³.

Например, в письме к римскому пресвитеру Сиксту блаж.

¹ См.: Послание к святейшему и благочестивейшему сослужителю Келестину // Деяния Вселенских соборов. Т. 1. С. 322.

² См.: Деяния Вселенских соборов. Т. 1. С. 401—402.

³ См.: Степанцов С, Фокин А. Р. Августин Блаженный // ПЭ. Т. 1. С 103.

471

Августин утверждает, что, поскольку человек в падшем состо- янии совершенно неспособен желать добра и обратиться к Богу, спасение осуществляется исключительного на основе непостижимого Божественного решения, согласно которому Бог «без всяких предшествующих заслуг... призывает... кого желает» и подает ему «незаслуженную благодать», сообщение которой никак не зависит от расположения воли призываемо- го. Только благодаря этой благодати человек может веровать в Бога, с верой молиться, совершать добрые дела¹.

Благодать, по учению блаж. Августина, есть внутренняя сила, которая заступает место человеческой свободы и про- изводит в душе грешника желание добра и спасения, спасаю- щую веру и вообще соделывает его спасение. Блаж. Августин утверждал, что те, кто спасаются, спасаются единственно по- тому, что Бог хочет их спасения. При этом, по блаж. Августи- ну, непреодолимое действие Божественной благодати подчи- няет себе даже противоборствующую волю².

Впрочем, в своем учении об отношении благодати к свободе блаж. Августин не был до конца последователен, и в поздних его произведениях встречаются утверждения о том, что человек после грехопадения сохраняет способность выбо- ра между добром и злом³.

Более чем через 1000 лет после Августина, в период Ре- формации, Лютер, а затем Кальвин довели это учение до ло- гического конца, создав доктрину об изначальном всеобщем предопределении людей: одних — к вечному спасению, дру- гих — к вечной погибели⁴.

¹ См.: Августин, блаж. Письмо 194, Сиксту, римскому пресвитеру. Гл. II—III//Августин, блаж. Антипелагианские сочинения. С. 99—101.

² См.: Степанцов С., Фокин А. Р. Августин Блаженный // ПЭ. Т. 1. С. 104.

У блаж. Августина уже отчасти намечено, хотя и не в явном виде, учение о предопределении одних людей ко спасению, а других — к по- гибели: «Род человеческий распределяется таким образом, что на неко- торых открывается вся сила благодати, на остальных же — вся сила пра- восудного отмщения» (Августин, блаж. О граде Божием. Т. IV. С. 276. Кн. 21. Гл. 12).

³ См.: Августин, блаж. О благодати и свободном решении. Гл. I—IV //Августин, блаж. Антипелагианские сочинения. С. 148—155.

⁴ Огицкий Д. П., Козлов М., свящ. Православие и западное христи- анство. С. 150—153.

472