Ценности культуры и её историчность

Культуру как социальный феномен невозможно определить, игнорируя её ценностные ориентации. Ценность выражает человеческое измерение культуры, воплощает в себе отношение к формам человеческой деятельности. Ценность – это специфически человеческое отношение к миру, возникающее в процессе формирования и развития культуры. Культура при этом в наиболее абстрактном определении - это развивающаяся система способов очеловечивания окружающей природной и социальной среды. Одно из основных измерений культуры - это ценностное измерение, определяющее именно степень духовности. Именно ценность служит основой и фундаментом всякой культуры. Особенностью мира человеческих ценностей является то, что они определяются представлениями о желаемом, с высшими, общественно-принимаемыми целями. Ценности в своём социальном содержании существуют, будучи элементом культуры надындивидуальных социальных субъектов. Основной функцией ценностей как элемента культуры является мотивация единения, сохранения общности как деятельностного образования. Именно поэтому о ценностях говорят как о семейных, корпоративных, этнических, национальных и общечеловеческих и в неразрывной связи с культурой. Особенностями ценностей является то, что они существуют, лишь будучи интегрированными во внутренний мир человека, в мир, определяющий смысл человеческой жизни.

В структуре ценности, в то же время, присутствуют различные по выполняемым функциям элементы. Это и феномены, принимаемые как определяющие смысл жизни, наиболее значимые в существовании социального субъекта, т.е. ценности как таковые. Кроме того, можно выделить такие явления как идеалы и нормы. Они определяют особенности культуры той или иной общности. Ценности культуры составляют в её структуре её идеальную, духовную основу, ядро.

Ценности возникли в истории человеческого рода как некие духовные опоры, помогающие человеку, направляющие его деятельность. Ценности упорядочивают действительность, вносят в ее осмысление, оценочные моменты. Они соотносятся с представлением об идеале, желаемом, нормативном. Ценности обусловлены культурным контекстом и содержат в себе некую нормативность. Ценности более подвижны, нежели культурно-исторические стандарты. В рамках одной культуры может произойти смена ценностных ориентаций, что в конечном итоге, определяет историчность культуры. Так на протяжении исторической судьбы индустриального общества несколько раз радикально менялись ценностные ориентации - от протестантской этики до модернизма. Процесс смены ценностей, как правило, длителен. К тому же ценностные ориентации могут возрождаться, обретать новое звучание в другую эпоху. Каждая культура несет на себе отпечаток ценностно-нравственного ядра.

В современной теории культуры одним из самых трудных является проблема развития культуры. Так, один из ведущих отечественных её теоретиков М.С.Каган отмечал, что исследование проблем культурных трансформации возможно «применительно к жизни народов, а не отдельных личностей и в крупном историческом масштабе, а не в движении из года в год или из десятилетия в десятилетие» [1, 321]. В то же время, нельзя отрицать, что исторические эпохи складываются и из отдельных годов и десятилетий, и видимо, есть не только необходимость, но и возможность определения логики развития культуры в краткие исторические периоды. Тем более есть такая необходимость, когда речь идет о периодах социальных трансформации.

Состояние динамики является не только естественным, но и необходимым для культуры и является результатом воздействия целого ряда причин. Импульсы, вызывающие изменения культуры, в первую очередь, идут изнутри нее самой. Причина этого лежит в свойственной человеческой деятельности свободе, в стремление к преодолению стереотипного в материальной и духовной сфере. Такое стремление наличествует в многообразной деятельности, на основе которого существует та или иная общность. Эти процессы происходят и в периоды «нормального» развития социального организма, и в периоды неустойчивого, хаотического существования и самоорганизации на основе новых принципов. В такие периоды время оказывается спрессованным во много раз возросшим количеством событий, которые изменяют парадигму существования социального организма. Они оказываются видимыми, осознаваемыми и целесообразными для социальных субъектов, составляющих общность.

Об изменении культуры общества в период социальных трансформации можно судить на основе анализа состояния и динамики духовного, ценностного ядра культуры. Такие изменения способны отражаться в новых символах, предпочтениях и предписаниях. На уровне общности, т.е. всей культуры этот процесс с неизбежностью должен привести к изменению представлении о мире в целом, об окружающей социальной среде, и такое изменение должно отражаться в самоидентификации общности. Меняется самооценка, понимание своего места и роли в историческом процессе, формируется новое самосознание. Без такого изменения невозможно говорить об изменении культуры.

Содержание процессов, происходящих на данном уровне культуры, можно определить как а) процессы дискредитации и более того диффамации существующих моделей поведения и деятельности общности, ценностной составляющей культуры; б) декларирование и легитимацию новой модели образа жизни, знаково-смысловой и ценностной системы как основы существования социального субъекта. Именно в этот период происходит отказ от соционормативной культуры прошлых эпох, и это разрушение существующей культуры лежит во многом в основе неприятия социальных революции. В то же время, в общественную жизнь внедряется новая соционормативная культура, требования которой в обществе вызревают в предшествующие исторические эпохи и существуют в идеальной форме на уровне теоретического и художественно-образного сознания.

В наиболее видимой форме в этот период происходят трансформации политических структур, изменения способов и форм управления и самоуправления. Процессы, происходящие в сфере политических отношении, можно определить как единство деинституционализации и институционализации. Деинституционализация происходит в форме разрушения и даже вивисекции существующих организаций и норм политических отношении. Одновременно с этим происходит институционализация нового образа функционирования общества.

Процедура анализа динамики культуры в период революции неизбежно приводит к дискретному рассмотрению многообразного мира культуры, существующего как сущность, идеальная основа жизнедеятельности общности. При этом теряется содержание культуры, которое может существовать, имея смысл и значение, будучи системой, в единстве все своих элементов и проявлений. Изменение культуры, если идет о качественном уровне таких перемен, может быть лишь как трансформация, которая затрагивает базовые структуры. Новое состояние культуры - это неизбежное изменение парадигмы существования общности.

Принятие вышеприведенных положений с необходимостью требует введения в исследовательское поле категории, отражающей изменение культуры отдельного социального организма как целостности. Общество, существующее в конкретное историческое время и в ограниченном социальном пространстве, есть единый социальный организм, переживающий в период революции коренное преобразование во всей своей целостности. При этом, если культуру в наиболее абстрактной форме можно определить как внебиологически выработанный способ деятельности социальной общности, то о периоде революции можно говорить как о времени изменения такого способа деятельности. Для фиксации и определения такого характера изменения культуры необходимо ввести категорию, способную играть инструментальную роль при исследовании динамики культуры в период революции. В роли такой категории предлагается понятие «культура социоорганизменного существования общества». Оно позволяет интерпретировать культуры отдельных обществ как целостностей, отражающих субъектное существование общностей. Введенная категория ориентирует на поиск критериев системного и целостного изменения культуры. Такое изменение культуры, без сомнения, должно затрагивать константное в культуре, отражающее этническое существование общности, сферу ментальности.

Введение такой категории позволяет, в то же время, сгруппировать преобразования, события, в результате которых меняются способы самоорганизации общности. Существование общности в предшествующие исторические эпохи подчинялось сложившимся механизмам организации общественной жизни. Революция, в первую очередь, изменила эти механизмы. В конечном итоге, можно говорить о формировании новой системы социоорганизменного существования общности. Но такое изменение культуры как целостной зрелой системы не может быть результатом событий короткого исторического отрезка времени, а является результатом, который проявится в дальнейшем, в исторической перспективе. Судить о происходящих процессах на этом уровне существования культуры возможно на основе сравнительного анализа «прошлого» и «будущего» состояния этих феноменов. Получаемые выводы будут в этом случае результатом абстрагирования, и более того, формулирования идеализированных допущении.

В этот период эмпирически фиксируемыми будут перемены в образе жизни как отдельных социальных групп, так и всего общества, изменения, которые происходят в социальных отношениях, в политической структуре. В то же время, о самом факте такого изменения культуры в целом можно судить на основе анализа трансформации самосознания, что проявляется в изменении форм и способов самоидентификации общности. Для определения такого процесса предлагается ввести понятие «символ-доминанта социального организма», отражающее единство и целостность общности как социокультурного организма. Общность существует в жизнедеятельности многих поколении и социальных групп. Такое существование отражается в наличии идеи и образа общности, существующего в историческом времени и социокультурном пространстве, состоящем из многих подобных образований. Организменное и историческое существование той или иной общности имеет своей предпосылкой наличие процесса самоосознания и самопонимания. Это идеальное явление исторично и подвижно в своей структуре и содержании, и его формирование и развитие происходит на основе сопоставления и сравнения с другими общностями. Основой историчности этих феноменов сознания является, в первую очередь, понимание своих интересов.

В то же время в относительно длительный период истории, когда существует определенный тип социальных отношении и деятельности и соответствующая этому состоянию культура, имеются идеальные феномены, где в неких идеях и явлениях отражается существование общности. Эти феномены носят символический характер, они часто непонятны представителям других общностей. Символы появились первоначально у древних греков как опознавательные знаки. Общество также имеет своеобразные «опознавательные» знаки. В системе явлений сознания, отражающего существование общности, они играют доминирующую роль, т.е. это символ-доминанта. Такой символ-доминанта существует на уровне обыденного, массового сознания в феноменах, характерных для этого уровня общественного сознания. Такое явление существует, объединяя всех, выполняя роль идеальной основы единения общности, согласования интересов различных социальных субъектов, начиная от отдельной личности. В такой роли и выступает система ценностных предпочтений и ориентаций общества.

Литература:

1. Каган М.С. Философия культуры. – СПб., 1996.

Т. В. Лазутина, г. Тюмень

БЫТИЕ МУЗЫКИ: АКСИОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Аксиологический подход применим ко всем сферам культуры, частью которой является музыкальная культура. Потребность выявления особенностей многомерного бытия человека, мира его ценностей вызывает обращение к онтологии. В современной философии появляется тенденция рассмотрения онтологических, гносеологических и других вопросов сквозь призму аксиологии, в частности, в работе А.П.Ветошкина проводится мысль о том, что без представлений о бытии нельзя вести речь о формировании развитого мировоззрения и жизненной позиции человека: «Без философского осмысления и постижения бытия невозможно выстроить картину мироздания, Вселенной, Космоса, Универсума в целом» [1, 246]. Такая позиция имеет достаточное основание, так как все, что существует, либо может существовать, обладает бытием.

Под бытием, следуя за Парменидом, понимается любая реальность, существование во всех формах. Трехтысячная история философии показывает особую значимость онтологии – центрального раздела философского знания, исследующего проблемы бытия.

Философия выполняет различные функции, среди которых особую роль играет мировоззренческая, позволяющая сформировать у человека целостную концепцию бытия, общества. Система принципов, убеждений, знаний человека о мире и своем месте в нем характеризуется тем, что ценностно окрашена. Ценностные ориентации – система материальных и духовных благ, которые человек и общество признают определяющими при взаимодействии, складываются у человека в раннем детстве. Известно, что хотя музыкальность - индивидуально-психологическая характеристика личности, способность субъекта к музыкальной деятельности представляет собой комплекс способностей, которые имеют природный характер и заданы человеку от рождения, но музыкальные способности могут быть усовершенствованы в процессе обучения. Музыка способна гармонизовать отношения между человеком и миром.

Человек – существо, производящее ценности и оперирующее ими. Всякий предмет, явление, событие имеют смысл, значимость, положительную или отрицательную ценность. В качестве ценности может быть рассмотрено также и бытие музыки. А.Н.Сохор, рассматривая музыку в качестве искусства, считает, что ее «образными средствами… служат осмысленные и художественно ценные комплексы звуков – в основном, тонов», и уделяет особое внимание анализу эмоций, выражающихся в речевых интонациях [2, 293]. Музыка является только тогда таковой, когда звучит, когда слышима.

Музыка - особое бытие, специфическая форма жизнедеятельности, созданная людьми на протяжении тысячелетий, выработавшая свои специфические символы, приводящие к созданию языка, знаковой системы в подлинном смысле слова. Символ занимает особое место в музыкальном бытии. Современные исследователи С.Л.Борисова и Ф.А.Селиванов считают, что «к музыкальному бытию относится эстетически звучащая действительность в ее многообразии, полифоничности. Звуки действительности, приобретающие характер организованных (обретение ими лада), согласованных (наличие гармонии), та музыка, которую субъект воспринимает по радио, телевидению, в концертных залах, относятся к музыкальному бытию» [3, 76]. Если принять эти положения, то можно утверждать, что символизация музыки определяет и символизацию бытия: субъект живет в мире символов, что определенным образом влияет на его мировосприятие.

Общеизвестно, что ценности неравнозначны. Они имеют для субъекта различную меру значимости. Применительно к музыке это означает, что музыкальный образ обретает ценность в зависимости от уровня подготовленности слушателя, от его художественного вкуса. Музыкальное произведение нередко может остаться непрочитанным, скрывшим смысл от слушателя, так как символический мир у каждого свой. Человек способен выражать себя в творчестве, в его жизни искусство музыки занимает прочные позиции, сопровождая его на протяжении всего его земного бытия.

С древности до наших дней вопросам бытия музыки уделяли внимание как философы (Аристотель, И.Кант, Г.Гегель, А.Ф.Лосев и другие), так и музыковеды (Б.В.Асафьев, А.Л.Мазель, В.В.Медушевский и другие). Современные исследователи музыкального искусства отмечают, что хотя философия музыки насчитывает полтора века в своем самостоятельном развитии, но и по сей день можно наблюдать наличие белых пятен в создании художественной онтологии [4, 1]. Музыкальная онтология находится в развитии, постоянно обогащаясь от содружества с философией, эстетикой и культурологией.

Таким образом, художественно-образное мировоззрение представляет собой сложно организованную систему, где составной частью выступает идеал, средоточием которого являются ценности. Бытие музыки является ценностью особого рода. Бытие музыки – полиязыковая реальность, где находят распространение знаковые системы разных видов искусства.

Литература:

1. Ветошкин А.П. Философия. - Учеб. пос. для студентов высших и средних профессиональных учебных заведений. – Екатеринбург, 2004.

2. Сохор А.В. Вопросы социологии и эстетики музыки. – Л., 1981.

3. Борисова С.Л. Специфика музыкального бытия // ХХI век: будущее России в философском измерении: Материалы Второго Российского философского конгресса. Т.1.– Екатеринбург, 1999.

4. Денисова А.Б. Бытие музыкального образа: онтолого-гносеологический анализ. Автореф. на соиск. уч.ст. канд. филос. наук. – Казань, 2000.