Глава 12. Смиренный разум и непокорная вера. Случай Иова

245

той всех выпавших на его долю бед достаточно, чтобы смирить свою гордыню (если она у него вообще есть). Он словно демонст­рирует Иову, что Богу дозволено все, а человеку — ничего. Впро­чем, Яхве воюет даже не с самим Иовом, он воюет с сатаной, сво­им любимым сыном, порождением своим, в этом смысле — с са­мим собой. Его противником является созданный им призрак непокорного, неверного грешника - нарушителя договора. Но направлен его гнев на праведника, чтобы еще усилить его дейст­вие: если так свирепо может быть наказан праведник, то на какие же муки будет обречен грешник?!

Стоически снося обрушившиеся на него беды, Иов тем не ме­нее недоумевает и страдает в огромной мере потому, что не пони­мает причин событий, не видит их необходимой связи, зависимо­сти настоящего от прошлого. Бог справедливо усматривает в этом сопротивление, ибо он, Яхве - выше всяких законов причинно­сти, он творец всего сущего, причина всех причин, причина само­го себя — как же можно говорить о причинах или условиях его дей­ствий?! Как смеет Иов задаваться вопросом о причинах своих не­счастий, якобы безосновательно обрушившихся на него? Не хочет лион поучить Бога тому, как следует поступать? Как творить спра­ведливость?

Урок, преподанный Иову, «поистине столь впечатляющий, что забыть его просто невозможно, — поясняет Юнг. — Прежде он был наивен, может быть, даже представлял себе "милосердного" Госпо­да благосклонным владыкой и судией праведным, воображал, буд­то "завет" — это предмет права, а договаривающаяся сторона впра­ве настаивать на полагающемся ей по закону; будто Бог крепок в истине и верен или хотя бы праведен»¹. И ему вначале кажется, что, отказавшись от этой точки зрения, он предает Бога. Однако именно в этом обнаруживается гордыня Иова; она коренится в его неспо­собности понять противоречивость и непостижимость Бога. Иов одержим непокорной верой, которая Бога не устраивает: это вера не столько в Яхве самом по себе, сколько вера в силу разума и неже­лание расстаться с ним в пользу веры в бессмысленность и непод­властность бытия. Человеку, впрочем, не оставлено выхода: разум подсказывает, что конец страданиям положат только безусловное смирение и ничем не оправдываемая вера.

Юнг К. Ответ Иову. С. 134.

246

Раздел П. История познания: принципы и примеры

Итак, Бог втаптывает человека в прах, человек покоряется Бо­гу. И здесь происходит метаморфоза, которую иначе как чудом не назовешь. Унижая человека, Бог возвышает его: «В силу своей ни­чтожности, слабости и беззащитности перед могуществом Все­вышнего он ... обладает несколько более острым сознанием на ба­зе саморефлексии: чтобы выстоять, он постоянно должен осозна­вать свое бессилие перед лицом всемогущего Бога. Последний же не нуждается в такой осторожности, ибо никогда не сталкивается с непреодолимыми препятствиями, которые побуждали бы его к колебаниям, а значит, и к саморефлексии»¹. Отныне человек зна­ет Бога лучше, чем тот - самого себя. Будучи лишь внешним пово­дом к разбирательству внутри самого Бога, человек познает про­тиворечивую природу последнего и возвышается над богом с по­мощью самосознания. Его знаменитое признание — «Я слышал о тебе слухом уха; теперь же мои глаза видят тебя»² — означает, быть может, скрытое разочарование в Боге и скрытую гордыню: все-та­ки увидел, все-таки познал! Да, познал - ограниченность своих сил и разума, принципиальную важность этих границ. Отныне ве­ра в Бога — это не доверие, подтверждаемое соблюдением догово­ра; это не рассудочное умозаключение о необходимом мировом порядке; это и не только продукт страха перед грозным судией. Быть может, вера есть, напротив, сознание отсутствия Бога; быть может, она — это полный отчаяния вопль с креста: «Боже Мой, Бо­же Мой! Для чего Ты меня оставил?» Здесь сама человеческая при­рода достигает божественности; в этот момент «Бог переживает бытие смертного человека и на себе узнает то, что он заставил пре­терпеть Иова, верного раба своего. Здесь же дается ответ Иову»³. Иов обретает веру в возвышающую мощь человеческого духа. Ях­ве превращается в Христа. Начинается новая эра.

Первобытная вера, природа которой обязана включенности человека в законосообразную картину мира, сопротивляется ис­ключениям из правил, противится границам человеческого по­знания. Договорная религия, основанная на племенных обычаях,

¹ Юнг К. Ответ Иову. С. 126-127.

² Иов. 42, 5.

³ Юнг К. Ответ Иову. С. 163.