Глава 11. Исторические типы знания. Миф, магия, религия

223

В повседневности частенько находится место сакральному, экстраординарному, творческому. Стоит нам только отказать по­вседневности в этих качествах, она тут же оказывается богаче са­мой себя. Все дело в том, что человек — это «недостаточное суще­ство», по выражению А. Гелена, вынужденное все время выходить за свои пределы, делать шаги в неосвоенном направлении.

Возьмем простейшие жизненные ситуации, в которых человек постоянно пребывает. Одной из них является трудовая деятель­ность, занимающая значительную часть времени. Нам нет нужды обращаться к экстремальным профессиям (речь не идет о воен­ном, журналисте, биржевом маклере или шахтере), достаточно взять самые распространенные — учителя, врача, продавца. Одна­ко и в них рутина неизбежно соседствует с нестандартными ситуа­циями. Сколько раз за день учитель «выходит из себя», не в силах справиться с учениками или заинтересовать их? Сколько страда­ний и трагедий наблюдает врач, который порой не в состоянии по­мочь? Как продавцу не обхамить и не обсчитать покупателя, не­смотря на накапливающуюся усталость и раздражение? И все это успешно преодолевая конфликты с начальством и сослуживцами, продвигаясь по службе, зарабатывая на жизнь. И вместе с тем поч­ти у каждого есть возможность связать свою деятельность с какой-то высокой идеей, что освещает ее волшебным светом и придает ей глобальный смысл и ценность. Это — так называемое призвание, профессиональная легенда, обеспечивающие внут­реннюю мотивацию деятельности. Их символы — Сократ или Песталоцци, Гиппократ или Парацельс, Садко или Синдбад — са­крально-мифологические персонажи, изредка всплывающие из глубин подсознания и приносящие с собой эмоциональное обога­щение.

Другой пример касается игрушек, в которые играют взрослые, включая их в свое повседневное бытие. Возьмем одну из наиболее распространенных -личный автомобиль. Давно доказано, что ис­пользование индивидуального автомобиля в крупных городах Ев­ропы и Америки не является для его владельца экономически оп­равданным, а следовательно, представляет собой предмет не столько необходимой рутины, сколько весьма неоднозначной по своим следствиям роскоши. Автомобиль в одно и то же время — средство развития промышленности, техники и прикладных наук, способ извлечения высоких прибылей, негативный экологиче-

224

Раздел II. История познания: принципы и примеры

ский фактор, объект криминального бизнеса, источник повы­шенной опасности. Однако с молчаливого одобрения цивилизо­ванного человечества на дорогах давно уже развернулась настоя­щая кровавая война, количество жертв которой несопоставимо со всеми потерями в региональных конфликтах. По-видимому, в ря­ду алкоголь—наркотики—секс-индустрия—азартные игры личный автомобиль занимает почетное место, являясь легитимным сред­ством растормаживания человеческой психики, агрессивного по­ведения на грани фола, когда страховка фактически освобождает человека от ответственности за поступки. И это никак не противо­речит тому, что автомобиль — это фактор комфорта, символ соци­ального статуса, способ самореализации человека. В своих же ис­токах автомобиль представляет собой реализацию древнего стремления к мобильности, к возможности поспорить и побо­роться с могущественным Ураном - бесконечным пространством и всепоглощающим Кроносом-Хроносом. В автомобиле отчетли­во просматривается миграционный архетип в его повседневном варианте; стоящее в гараже путешествие; мечта, ключ от которой позвякивает в кармане пиджака.

Стабильные условия, установленные пространственно-вре­менные и причинно-следственные границы определяют повсе­дневное бытие и одновременно вытекают из природы последнего. Одна из важнейших функций сакральных мифических структур также в том, чтобы задавать границы повседневного бытия. При этом сакральное измерение бытия постоянно включается при вы­ходе из границ повседневности и в целях такого выхода. Поэтому элементы мифа, магии, религии, искусства, творчества, будучи иной раз незаметно вкраплены в структуры повседневности, об­разуют возможности выхода за ее пределы, являются окнами в иные, трансповседневные миры.

Притча о «человеке дождя»

Общим местом ряда социологических исследований повсе­дневности является внимание к феноменам, якобы явно выпа­дающим из обыденного мира. Речь идет о магии, колдовстве и прочих оккультных феноменах, с одной стороны, и о наркотиче­ском опыте, патопсихологических состояниях — с другой. В этих