Глава 1. Критерии знания: собственно эпистемические или социальные?

27

на скептическое отрицание возможности знания мира вокруг нас и на упрощенное обоснование возможности такого знания. Отно­сясь всерьез к проблемам, которые ставят скептицизм и филосо­фия здравого смысла, контекстуализм стремится разрешить яв­ный конфликт между следующими утверждениями:

[ 1 ] Я знаю, что у меня есть руки.

[2] Но я не знаю, что у меня есть руки, если я не знаю, что не яв­ляюсь мозгом в бочке (brain-in-a-vat¹ (BIV) — лишенным тела, по­груженным в сосуд с питательной жидкостью и стимулируемым электрохимическим путем, что вызывает точно такие же чувствен­ные восприятия, которые у меня возникают в условиях, рассмат­риваемых как обычные).

[3] Я не знаю, что я не являюсь мозгом в бочке.

Тезис [1] выражает собой тезис философии здравого смысла, или наивного реализма² — достаточно взглянуть вокруг себя, что­бы приобрести некоторое знание, оно, так сказать, просто валяет­ся под ногами. О чем здесь идет речь? Человек и в самом деле знает значительно больше того, что может обосновать рациональным образом. Огромное количество знаний он обретаетчерез практику деятельности и общения, а не из учебников. Эта позиция состоит в принятии весьма слабых эпистемических критериев, т.е. знанием можно объявить едва ли не все, что придет в голову и покажется заслуживающим внимания.

Тезис [2] фиксирует несколько более сложную картину, по­скольку содержит очевидные элементы конвенционализма и кон-текстуализма - знание всегда предполагает некоторое предшест­вующее знание, определенные предпосылки. Не постигнув их смысл, мы не можем получить сколько-нибудь надежное знание. Поэтому положение, содержащее знание, - всегда скрытое услов­ное высказывание, истинное при истинности своих предпосылок. Уже здесь выясняется, что обнаружить «последние основания» знания практически невозможно и программа фундаментализма оказывается несостоятельной. Отсюда, наконец, и тезис |3], кото­рый представляет собой кредо скептицизма — обоснование зна­ние невозможно, поскольку ограничено самим знанием, в свою

¹ «Мозги в бочке» - известный мысленный эксперимент X. Патнэма (См.: ПатнэмХ. Разум, истина и история. М, 2002. С. 19).

² Ср. с известным аргументом Дж. Мура (См.: Мур Дж.Э. Защита здравого смысла//Аналитическая философия: становление и развитие. М., 1998).

28

Раздел. I. Категориальные сдвиги

очередь требующим обоснования, а ничего, кроме знания, мы знать не можем.

Логическая безупречность последнего положения оказыва­ется, впрочем, кажущейся, базирующейся на типичной логиче­ской ошибке — скрытой подмене тезиса. Чтобы ее выявить, дос­таточно поставить вопрос о предмете знания: о чем говорит зна­ние, которое мы имеем в виду? Если оно говорит о том, как действовать и общаться в окружающем нас мире, то это одно де­ло. Такое знание в той или иной мере допускает практическую проверку. Круглая башня издали видится как прямоугольная, но уменьшение расстояния корректирует первоначальный образ. Иное дело, когда знание говорит о самом знании, т.е. имеет его в качестве предмета. Тогда это уже философский дискурс, кото­рый, если он замыкается в себе самом, попадает в ловушку скеп­тицизма. Преодолеть ее пытался тот же Юм, комбинируя бес­компромиссность философского разума и убедительность наив­ного реализма.

«Природа упряма и не хочет покидать поле сражения, как бы сильно не атаковал ее разум, но в то же время [позиция] разума так ясна в данном случае, что нет возможности ее маскировать. Не бу­дучи в состоянии примирить обоих врагов, мы стараемся по воз­можности облегчить свое положение, попеременно уступая каж­дому то, что он требует»¹.

Взятые вместе, эти три тезиса - наивный реализм, контек-стуализм и скептицизм - представляют собой головоломку. Они являются сами по себе возможными, но взаимно несовмес­тимыми. Положение [1] возможно без всяких объяснений; [3] - возможно, поскольку чтобы знать, что я не являюсь BIV, я должен отказаться от возможности, что я - BIV. И все же BIV и я имеем одинаковые чувственные восприятия. И мне, и ему ка­жется, что мы сидим за столом и печатаем на компьютере. Соот­ветственно мои восприятия не дают основания предпочитать одну из этих позиций. И я не могу исключить, что являюсь моз­гом без тела. Все это - аргументы в пользу возможности [3], т.е. скептицизма.

Тезис [2] всегда сохраняет свой статус логической возможно­сти, не важно, сколь высоко или низко мы устанавливаем крите-

¹ Юм Д. Трактат о человеческой природе. ВЗкн. М., 2009. Кн. I.C. 305.